Министр иностранных дел Ирана Али-Акбар Салехи заявил на встрече с российским послом в Тегеране Александром Садовниковым, что Иран хотел бы стать надежным союзником России.
— У Ирана на сегодня фактически нет союзников, кроме президента Сирии Башара Асада и радикальной мусульманской организации «Хезболла», — напомнил «Известиям» сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сажин. — Естественно, что Тегеран заинтересован привлечь на свою сторону Россию, одну из наиболее влиятельных стран в регионе наряду с Турцией.
Сейчас на Ближнем Востоке усиливается влияние Анкары. Это очень не нравится Ирану, традиционному конкуренту Турции. Но чтобы противостоять нарастающим османским амбициям, персам необходимо создавать свою зону влияния.
Еврокомиссия сделала крупную ставку на Транскаспийский проект. Всего 200 км подводной трубы между Туркменией и Азербайджаном принципиально меняют расклад в сфере ресурсного обеспечения «Южного коридора», по которому газ из каспийского региона планируется поставлять в Европу через Грузию и Турцию. Для этого консорциум во главе с ВР построил газопровод Баку-Тбилиси-Эрзерум для транспортировки газа с месторождения «Шах-Дениз» на шельфе Каспия. В 2017-2018 годах здесь планируется начать добычу. Но ресурсов там немного — проектный уровень добычи 16 млрд кубометров газа в год, из которых 6 млрд кубометров собирается покупать по долгосрочным контрактам Турция. Остается всего 10 млрд кубометров излишка. Притом, что с турецкой территории в ЕС предлагается три газопровода — Nabucco, ITGI и TAP — общей проектной мощностью около 50 млрд кубометров. Более того, главный для Брюсселя проект NABUCCO спроектирован на 31 млрд кубометров газа в год.
Территория между Средиземноморьем и Гиндукушем была главной ареной американского вмешательства после атаки 9/11. Очевидно, что США вмешивались в эту зону и в предыдущие годы, но после 9/11 они назначили этот регион главным в конфронтации с джихадистам. В этом противостоянии было много фаз, и оно вошло в новую за последние несколько недель. Некоторые части этого смещения вполне ожидаемы. «Стратфор» предвидел, что напряжённость между Ираном и его соседями вырастет, когда США отступят из Ирака и Иран станет более настойчивым. Мы также ожидали, что отношения между США и Пакистаном достигнут кризиса до того, как переговоры с афганскими талибами станут возможны.
«Нефтяной пик» является теорией о том, что у мира заканчиваются запасы «ископаемых видов топлива», истощение которых перевернёт общество с ног на голову. Тем не менее, до сих пор существуют двойные теории о происхождении нефти, ни одна из которых полностью пока не доказана. Очень важно взвесить обе теории и их последствия. На кону стоят особые интересы, скрытые цели и политика, и для правительств, частных интересов и простых людей, выводы, сделанные на основе ложных заключений, могут иметь печальные последствия.Существует ещё и третий аргумент, утверждающий, что неважно, является ли нефть «ископаемым топливом», или «абиотического» происхождения (т.е. небиологического; прим. mixednews), мы всё равно выкачиваем её быстрее, чем она может себя возобновлять. Такие суждения склонные высказывать теоретики «ископаемого топлива», и те, кто хорошо вложился в движение по защите окружающей среды.