EnergyLand: Договоренность по Nabucco между Турцией и остальными предполагаемыми странами-транзитерами, такими как Болгария, Румыния, Венгрия и Австрия — важный шаг вперед. Однако пока ни одна из каспийских газодобывающих стран под этим проектом не подписалась.Азербайджан, являющийся одним из потенциальных поставщиков газа для Nabucco, договорился об экспорте газа с российским «Газпромом». Официально газ предназначен для российских потребителей, но его можно также с выгодой перепродавать потребителям из ЕС. Однако объем поставок в рамках этого контракта составляет всего 500 миллионов кубометров газа в год, и поэтому цель его, скорее, заключается в привлечении внимания Запада, а не в перекачке серьезных газовых объемов в Россию.
В этом-то заключается главная проблема Евросоюза: не он один хочет заполучить каспийский газ. Кроме России интерес к нему проявляет Китай, а могут проявить Индия и даже Иран, пишет «The Wall Street Journal».
Проект Nabucco не получает достаточного финансирования, в связи с чем график завершения его строительства к 2014 году может оказаться невыполненным. Консорциум национальных энергетических компаний из стран-транзитеров (OMV, MOL, BOTAS, Transgaz, Bulgargaz) и германская RWE выделят конкретные средства лишь после того, как под соглашением подпишутся газодобытчики. Еще хуже то, что другие трубопроводы, предназначенные для подачи газа в Nabucco, пользуются еще меньшим вниманием со стороны Брюсселя.
На первом этапе по газопроводу Nabucco можно будет перекачивать 10-15 миллиардов кубометров газа только с азербайджанских месторождений. Но чтобы загрузить трубопровод полностью на всю его проектную мощность, составляющую 31 миллиард кубометров газа в год (это около 5 процентов прогнозируемого на момент завершения строительства европейского потребления газа), надо будет получить доступ к туркменским запасам. А чтобы дотянуться до месторождений Туркменистана, придется проложить транскаспийский трубопровод, соединяющий эту страну с Азербайджаном. Этот проект можно было реализовать еще до строительства Nabucco. Но из-за отсутствия политической воли у Запада в начале текущего десятилетия этот план был сорван. Вопреки обычной коммерческой практике, европейцы хотели, чтобы Туркменистан и Азербайджан согласились на строительство газопровода еще до того, как Европа подаст свои заявки на закупку газа. Естественно, оба газодобывающих государства от этого отказались.
Затем в прошлом году делегация ЕС едва не заключила предварительное соглашение с Туркменистаном, но в последний момент все испортила. Туркмены предложили подавать в Nabucco 10 миллиардов кубометров газа в год, но они хотели сохранить эту цифру в тайне до подписания окончательного соглашения, чтобы не сорвать свои переговоры с Китаем, Ираном и Россией по поводу того же самого газа. К сожалению, Еврокомиссия сразу же ознакомила с деталями этого предложения общественность, в связи с чем Туркменистан от него отказался.
Европейцам уже не догнать своих китайских конкурентов, которые только что вложили 3 миллиарда долларов в туркменское газовое месторождение Южный Иолотань, а также активизировали усилия по строительству трубопровода в Китай через территорию Казахстана. Прокладка трубопровода может быть завершена уже в 2010 году — с годичным опережением графика.
Другая возможность заключается в том, чтобы соединить Nabucco с Ираком. У этой страны достаточно природного газа, чтобы заполнить как минимум пять трубопроводов размером с Nabucco. Две из входящих в консорциум Nabucco компании — австрийская OMV и венгерская MOL, уже инвестировали средства в газовые месторождения иракского Курдистана. Однако многие иракские политики предпочитают сохранить газ для внутреннего потребления и экспортировать его через Персидский залив. Ни Вашингтон, ни Брюссель пока не предпринимают попыток уговорить Багдад в отношении Nabucco.
Нельзя сказать, что российская альтернатива Nabucco поживает намного лучше. В прошлый четверг премьер-министр Владимир Путин подписал соглашение с турецким премьер-министром Реджепом Тайипом Эрдоганом (Recep Tayyip Erdoğan), заручившись поддержкой Турции в вопросе строительства газопровода «Южный поток», который свяжет Южную и Центральную Европу с Россией через Черное море. Но этот проект — не более чем геополитический гамбит. Стоимость прокладки «Южного потока» составляет 20-24 миллиарда долларов. Это самый дорогой трубопроводный проект в истории, и цена его запредельно высока. Предполагаемый показатель мощности газопровода в 61 миллиард кубометров в год кажется притянутым за уши. Но все равно — Россия сделает все возможное, чтобы сорвать проект Nabucco и получить каспийский газ для удовлетворения собственных потребностей, а также, чтобы усилить энергетическую зависимость Европы от Москвы.
Метка:Азербайджан
Вялые европейские поиски энергоресурсов
ИНОСМИ: Июньская эйфория по поводу соглашения Евросоюза с Турцией о газопроводе Nabucco была, пожалуй, немного преждевременной — ведь Брюсселю предстоит еще пройти долгий путь, чтобы снизить свою энергетическую зависимость от России. Нет сомнений в том, что договоренность относительно условий сооружения Nabucco между Турцией и остальными предполагаемыми странами-транзитерами, такими как Болгария, Румыния, Венгрия и Австрия, это важный шаг вперед. Однако проблема заключается в том, что пока ни одна из каспийских газодобывающих стран под этим проектом не подписалась.Прямо накануне подписания этого соглашения в Анкаре Азербайджан, являющийся одним из потенциальных поставщиков газа для Nabucco, договорился об экспорте газа с российским «Газпромом». Официально газ предназначен для российских потребителей, но его можно также с выгодой перепродавать потребителям из ЕС. Однако объем поставок в рамках этого контракта составляет всего 500 миллионов кубометров газа в год, и поэтому цель его, скорее, заключается в привлечении внимания Запада, а не в перекачке серьезных газовых объемов в Россию. По сути дела, это предупредительный выстрел Баку в сторону Европы, которым Азербайджан хочет сказать Брюсселю, что если ЕС не будет правильно себя вести, то он может заключить и более крупную сделку с Москвой.
В этом-то заключается главная проблема Евросоюза: не он один хочет заполучить каспийский газ. Кроме России интерес к нему проявляет Китай, а могут проявить Индия и даже Иран. Брюсселю, а также американским дипломатам, получившим задачу укреплять европейскую энергетическую безопасность, придется активизировать свои усилия, чтобы составить всестороннее и содержательное соглашение.
Проект Nabucco это главный южный маршрут ЕС, призванный диверсифицировать поставки топлива и снизить зависимость от России. Но он явно не получает достаточного финансирования, в связи с чем график завершения его строительства к 2014 году может оказаться невыполненным. Консорциум национальных энергетических компаний из стран-транзитеров (OMV, MOL, BOTAS, Transgaz, Bulgargaz) и германская RWE выделят конкретные средства лишь после того, как под соглашением подпишутся газодобытчики. Еще хуже то, что другие трубопроводы, предназначенные для подачи газа в Nabucco, пользуются еще меньшим вниманием со стороны Брюсселя.
На первом этапе по газопроводу Nabucco можно будет перекачивать 10-15 миллиардов кубометров газа только с азербайджанских месторождений. Но чтобы загрузить трубопровод полностью на всю его проектную мощность, составляющую 31 миллиард кубометров газа в год (это около 5 процентов прогнозируемого на момент завершения строительства европейского потребления газа), надо будет получить доступ к туркменским запасам. А чтобы дотянуться до месторождений Туркменистана, придется проложить транскаспийский трубопровод, соединяющий эту страну с Азербайджаном. Этот проект можно было реализовать еще до строительства Nabucco. Но из-за отсутствия политической воли у Запада в начале текущего десятилетия этот план был сорван. Вопреки обычной коммерческой практике, европейцы хотели, чтобы Туркменистан и Азербайджан согласились на строительство газопровода еще до того, как Европа подаст свои заявки на закупку газа. Естественно, оба газодобывающих государства от этого отказались.
Затем в прошлом году делегация ЕС едва не заключила предварительное соглашение с Туркменистаном, но в последний момент все испортила. Туркмены предложили подавать в Nabucco 10 миллиардов кубометров газа в год, но они хотели сохранить эту цифру в тайне до подписания окончательного соглашения, чтобы не сорвать свои переговоры с Китаем, Ираном и Россией по поводу того же самого газа. К сожалению, Еврокомиссия сразу же ознакомила с деталями этого предложения прессу, в связи с чем Туркменистан от него отказался.
Ашхабад недавно попытался возобновить переговоры, направив своего посланника в Брюссель, а министра иностранных дел в Вашингтон. Но это окно возможностей, видимо, уже закрылось. 24 июля в обстановке повышенной раздражительности ничем закончились переговоры между Азербайджаном и Туркменистаном о разделе ресурсов дна Каспия. Твердое предложение со стороны Европы помогло бы урегулировать этот спор двух государств.
Европейцам также предстоит пройти долгий путь, чтобы догнать своих китайских конкурентов, которые только что вложили 3 миллиарда долларов в туркменское газовое месторождение Южный Иолотань, а также активизировали усилия по строительству трубопровода в Китай через территорию Казахстана. Прокладка трубопровода может быть завершена уже в 2010 году — с годичным опережением графика.
Другая возможность заключается в том, чтобы соединить Nabucco с Ираком. У этой страны достаточно природного газа, чтобы заполнить как минимум пять трубопроводов размером с Nabucco. Сегодня, когда, наконец, доработан долгожданный закон Ирака о природных ресурсах, эта все еще неспокойная страна представляет собой вполне реальный вариант для Европы. Две из входящих в консорциум Nabucco компании — австрийская OMV и венгерская MOL, уже инвестировали средства в газовые месторождения иракского Курдистана. Однако многие иракские политики предпочитают сохранить газ для внутреннего потребления и экспортировать его через Персидский залив. Ни Вашингтон, ни Брюссель пока не предпринимают попыток уговорить Багдад в отношении Nabucco.
Российская альтернатива Nabucco — газопровод «Южный поток». Россия делает все возможное, чтобы реализовать этот проект. В прошлый четверг премьер-министр Владимир Путин подписал соглашение с турецким премьер-министром Реджепом Тайипом Эрдоганом (Recep Tayyip Erdoğan), заручившись поддержкой Турции в вопросе строительства газопровода «Южный поток», который свяжет Южную и Центральную Европу с Россией через Черное море. Стоимость прокладки «Южного потока» составляет 20-24 миллиарда долларов. Предполагаемый показатель мощности газопровода в 61 миллиард кубометров.
Принять на борт каспийские газодобывающие страны — вот лучший шанс Европы на обеспечение собственной энергетической безопасности. Но пока европейские столицы делают явно недостаточно для достижения этой цели.
/»The Wall Street Journal»/
Продолжает обостряться ситуация на Каспии
«Нефть России»: МИД Туркмении в опубликованной во вторник в газете «Нейтральный Туркменистан» статье заявляет, что «Туркмения считала и считает неприемлемым осуществление на Каспии каких-либо односторонних действий, без заключения соглашения между соответствующими прикаспийскими государствами, определяющего их юрисдикцию в отношении конкретных участков морского дна».
По мнению туркменского МИД, согласно Конвенции о континентальном шельфе, принятой в 1958 году в Женеве, разграничение дна и недр Каспийского моря осуществляется на основе соглашений, заключаемых между государствами, имеющими смежные или противолежащие берега. При этом делимитация дна и недр Каспия должна осуществляться на основе серединной линии, которая и служит границей между государствами.
В международном праве существует общепризнанная методика построения такой линии, основанной на принципе равного удаления ее точек от базовых береговых исходных линий. При этом в мировой практике срединная линия определяется с учетом «особых обстоятельств», связанных с крайне неординарной географической конфигурацией берегов (резко выступающие в море участки суши, либо острова, исторически не связанные с сушей), указывается в статье.
Именно эти «особые обстоятельства» негативно влияют на реализацию принципа справедливости при разграничении морских границ, который закреплен в Конвенции ООН по морскому праву 1982 года.
В этой связи Ашхабад твердо придерживается позиции, что разграничение дна и недр Каспия между Туркменией и Азербайджаном должно осуществляться без учета влиянии полуострова Апшерон и острова Жилой, которые по международному морскому праву являются «особыми обстоятельствами» и поэтому не должны приниматься во внимание при проведении серединной линии.
МИД Туркмении в статье отмечает, что туркменская сторона приложила максимум усилий, чтобы решить все вопросы по морской границе в рамках двусторонних переговоров с Азербайджаном. Внешнеполитическое ведомство Туркмении полагает, что в сложившейся ситуации будет верным обращение в международные арбитражные инстанции, что является способом правового цивилизованного разрешения спорных ситуаций между странами.
Разногласия между Туркменией и Азербайджаном возникли из-за трех нефтегазовых месторождений — «Сердар» (в азербайджанской версии «Кяпаз»), «Омар» («Азери») и «Осман» («Чираг»), расположенных в спорной части Каспийского моря.
На заседании туркменского правительства 24 июля президент Гурбангулы Бердымухамедов, заслушав информацию об очередном, безрезультатном, 16-м по счету раунде туркмено-азербайджанских переговоров по разграничению морского дна, дал поручение МИД Туркмении досконально изучить этот вопрос с привлечением специалистов по морскому праву и для его справедливого решения подготовить документы в Международный арбитражный суд. При этом Бердымухамедов подчеркнул, что Туркмения примет любое решение Международного арбитражного суда, каким бы оно ни было.
В ответ на это министр иностранных дел Азербайджана Халаф Халафов заявил, что Азербайджан готов защитить свою позицию по вопросу принадлежности месторождений на Каспии на любом уровне, в том числе посредством всех дипломатических средств
«Мы готовы защищать интересы Азербайджана всеми доступными средствами, в том числе и дипломатическими. Что касается судебных процедур, то в случае если возникнет такая необходимость, то мы готовы рассмотреть и их», — сказал Х.Халафов.
Он подчеркнул, что Азербайджан еще в начале 90-х годов прошлого века, до подписания «контракта века» провел необходимые исследования по вопросам разработки месторождений, включая географические, физические, и правовые аспекты.
«Мы провели все необходимые исследования для обоснования нашей позиции и прав», — сказал Х.Халафов.
Вопрос о спорных с Азербайджаном морских территориях по Каспию не поднимался во времена СССР, и приобрел особую актуальность после распада Союза. Из-за этих территорий во время правления первого президента Туркмении Сапармурата Ниязова отношения между Туркменией и Азербайджаном почти полностью прекратились.
Туркменбаши в этих вопросах компромисса не признавал, требуя вернуть Туркмении все спорные территории, на что Азербайджан не соглашался, считая эти территории своими. С избранием в феврале 2007 года президентом Туркмении Гурбангулы Бердымухамедова появилась надежда, что стороны смогут найти взаимоприемлемое решение по определению двусторонней границы по Каспию. Неопределенность границ на Каспии и проблемы спорных территорий на море препятствуют в целом выработке соглашения между прикаспийскими государствами по правовому статусу Каспийского моря, что препятствует освоению богатейших природных ресурсов этого уникального водоема, — передает «Новости-Азербайджан».
У Nabucco новые проблемы из-за спора между Туркменистаном и Азербайджаном
EnergyLand: Возобновившийся внезапно спор между Туркменистаном и Азербайджаном по поводу месторождений углеводородов в центре Каспийского моря стал очередным препятствием на пути реализации проекта Евросоюза по прокладке газопровода Nabucco.Спор по поводу прав собственности на каспийские месторождения уже более десяти лет отравляет туркмено-азербайджанские взаимоотношения, пишет турецкое издание «Turkish Weekly» (перевод публикует inosmi.ru). Но на протяжении двух последних лет представители обеих стран под нажимом руководства ЕС и США регулярно проводили встречи, возродив надежду на то, что проект Nabucco все же будет реализован.
24 июля по этим надеждам был нанесен новый удар, когда туркменский президент Гурбангулы Бердымухамедов во время заседания кабинета министров упомянул о докладе заместителя министра иностранных дел Тойлы Комекова.
Бердымухамедов сказал, что согласно выводам доклада, тупиковая ситуация, сложившаяся в вопросе разграничения дна и недр Каспийского моря, остается неразрешенной «из-за особой позиции Азербайджана. Главная причина такой ситуации в том, что прямо в спорных районах Каспийского моря находятся месторождения полезных ископаемых. Азербайджан претендует на право владения этими месторождениями, включая месторождение, которое в советскую эпоху было известно как «Промежуточное», и которое сейчас мы называем своим месторождением «Сердар»».
Далее Бердымухамедов упомянул месторождения «Омар» и «Осман», заявив, что Азербайджан уже приступил к их разработке, хотя, по его словам, эти запасы «принадлежат нам». Туркменский президент выразил сожаление в связи с тем, что 16 двусторонних встреч так и не привели к решению проблемы, а затем дал указание министру иностранных дел Рашиду Мередову передать это дело на рассмотрение Международного арбитражного суда.
Это может создать мощное препятствие на пути планов ЕС по строительству трубопровода Nabucco. Предлагаемый к прокладке 3300-километровый трубопровод должен пройти от западной границы Грузии в Европу через территорию Турции. В трубы Nabucco планируется закачивать газ из Cредней Азии, в частности, из Туркменистана, который обладает крупнейшими запасами «голубого топлива».
На протяжении 15 лет данный план предусматривает сооружение «транскаспийского» газопровода по дну Каспия из Туркменистана в Азербайджан, где эту ветку планируется подключить к трубопроводу, идущему к западной границе Грузии. Но спор между Ашхабадом и Баку за право собственности на три каспийских месторождения помешал сооружению этого газопровода.
Недавно произошло некоторое потепление в отношениях между двумя странами, когда Бердымухамедов в прошлом году посетил Баку. Это породило надежды на то, что трубопровод все же будет построен.
Выступая 25 июля по государственному телевидению, заместитель министра иностранных дел Азербайджана Халаф Халафов дал понять, что Баку готов к судебному разбирательству по вопросу собственности на месторождения. «Мы считаем, что готовы отстаивать позицию и права Азербайджана на всех уровнях», — сказал он.
Азербайджанский эксперт по вопросам энергетики и редактор ежедневного информационного бюллетеня Turan Energy Ильхам Шабан рассказал туркменской службе «Радио Свободная Европа/Радио Свобода», что после многолетних споров решение суда может стать самым «цивилизованным» способом выхода из тупика.
«Передать это дело в суд — вполне естественный шаг, и мы надеемся, что суд вынесет справедливый вердикт», — заявил Шабан.
Он добавил, что решение вопроса о праве собственности может заложить основу для радикального улучшения туркмено-азербайджанских отношений, а это, в свою очередь, откроет дорогу таким проектам, как Nabucco. В рамках этого проекта предусматривается, что львиная доля из предполагаемого объема закачки газа в 31 миллиард кубометров будет поступать из Туркменистана.
«У меня есть ощущение, что этот суд вынесет такое решение, которое еще больше сблизит наши страны, если Ашхабад и Баку примут и будут соблюдать постановление Международного арбитражного суда», — заявил Шабан.
Он признал, что если две страны не проявят уступчивость и будут как и раньше занимать жесткие и несговорчивые позиции, которые уже очень долго портят двусторонние отношения, то суд может тянуться годами, ставя под угрозу сооружение транскаспийского трубопровода и трубопровода Nabucco.
Россия поможет Ирану добыть газ для «Набукко»
Каспаров.ру: Огромное количество упоминаний о «Набукко» в СМИ в последние две недели наводит на мысль о заранее спланированной информационной акции. Началось все неожиданно: глава Туркмении сделал официальное заявление о готовности участвовать в проекте. Газ для «Набукко», имеющий проектную мощность примерно 30 миллиардов кубометров топлива в год, предположительно будут поставлять Азербайджан (7-8 млрд кубометров) и Ирак (15 млрд кубометров). Эти пока что виртуальные посулы тем не менее легли в основу заявлений на весь мир, что проблем с наполняемостью трубопровода больше нет. По этой причине активизировался и договорной процесс.
В Анкаре главы правительств Турции, Австрии, Венгрии, энергокомпаний Болгарии и Румынии парафировали соглашение по проекту «Набукко». Более того, на церемонии подписания документа присутствовали более 30 представителей иностранных государств и ЕС, в том числе представители Грузии и Украины. При этом число сторонников конкурента «Набукко» — российского проекта газопровода «Южный поток» — резко поубавилось. В частности, новый премьер-министр Болгарии заявил о пересмотре всех крупных энергетических сделок с Россией.
О поддержке проекта «Набукко» заявили сразу несколько представителей властей США, правда, не из числа первых лиц, а всего лишь крупных чиновников, что, впрочем, неудивительно.
США вообще являются основным лоббистом «Набукко», но на этот раз была предпринята попытка привлечь на сторону проекта и нового президента Барака Обаму. С открытым письмом в его адрес обратилась большая группа европейских политиков, в том числе экс-президент Литвы Валдас Адамкус, экс-президенты Польши Лех Валенса и Александр Квасьневский, экс-президент Чехии Вацлав Гавел, бывший премьер-министр Эстонии Март Лаар, экс-президент Латвии Вайра Вике-Фрейберга и многие другие. Они призвали Обаму проявлять бдительность в отношении Москвы и с целью укрепления евро-атлантической мощи избавить Европу от энергетической зависимости от России. Дескать, США уже помогли построить нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан, так помогите построить «Набукко», призывают в письме политики. Это послание помогает развязать руки США.
Другая цель у всей этой информационной кампании — раздразнить Россию. Изначально процесс противодействия «Набукко» российские власти строили на договоренностях с производителями газа. Россия закупала оптом газ по выгодной цене у Туркменистана и Азербайджана. Но в этом году в условиях кризиса она предложила еще снизить цену на газ в расчете удержать эти страны другими способами. Например, перекрыть газ из Азербайджана в Европу можно за счет возобновления карабахского конфликта, в урегулировании которого важную роль занимает Россия. Из Туркменистана газ пока также на сможет поступать в Европу, поскольку не решены проблемы транзита голубого топлива по дну Каспийского моря. В то же время путь на восток для Туркменистана открыт, и для страны гораздо более выгодным в настоящее время является договор по строительству газопровода с Китаем. Так что все свои дипломатические усилия российские власти направили на другого потенциального поставщика газа — Иран, обладающего к тому же самыми большими запасами голубого топливо.
Заметно, что тактика России по противодействию «Набукко» изменилась, о чем свидетельствует реакция наших властей на событие в Анкаре, которая была необычайно спокойной. Подписание соглашений прокомментировал президент Дмитрий Медведев, отправившийся после Южной Осетии и Абхазии в Германию. Там на пресс-конференции, отвечая на вопрос по «Набукко», он совершенно спокойно заметил, что раз этот проект нужен Европе, то он нужен и России. «Мы ведь тоже европейцы», — подчеркнул Медведев. Это спокойствие связано с тем, что России удалось договориться с Ираном о совместной разработке иранских газовых месторождений. Так что предложение Ирана участвовать в проекте «Набукко» исходит и от России тоже.
Эту новую конфигурацию «Набукко», в трубу которого, возможно, будет поступать все тот же российский газ, США до конца еще не осмыслили. На данном этапе американские чиновники отвергают участие в проекте Ирана по той причине, что к нему есть вопросы у МАГАТЭ.
Однако последнее слово, возможно, будет за европейцами, ведь речь идет все же о газе для Европы. Здесь российские власти нашли себе союзника в лице Германии. Ангела Меркель после встречи с Дмитрием Медведевым заявила, что «Набукко» не должен финансироваться за счет средств европейских налогоплательщиков, она высказалась в пользу привлечения частных инвестиций. По всей видимости, Меркель имела в виду прежде всего германские фирмы, которые уже вкладывают средства в газоразведку перспективных месторождений ряда стран — поставщиков голубого топлива. Германия явно будет стремиться играть большую роль в проекте «Набукко» в ответ на то, что европейские страны чинят препятствия в реализации газпромовского «Северного потока».
Очевидно, что усиление позиций России в Иране, да еще в стратегически важной нефтегазовой сфере, не понравится США, которые считают для себя жизненно важным установление контроля над ресурсами всей планеты.
Ситуация вокруг «Набукко» по большому счету близка к взрывоопасной. Какой же выход есть из нее? Это отказ вообще от всех трубопроводных проектов, как лоббируемого США «Набукко», так и российских «Северного потока» и «Южного потока». Слишком нездоровую атмосферу они вокруг себя создают, подпитывая паразитарные настроения многочисленных государств, желающих прислониться к трубе. Тут необходимо помнить, что существует более достойная альтернатива трубопроводным проектам, притом реализуемая.
На рынок Европы вышел реальный конкурент России — маленький Катар, который, впрочем, уже сейчас является крупнейшим в мире производителем сжиженного природного газа, а к 2012 году собирается нарастить экспорт до 220 млрд кубов газа, то есть будет экспортировать больше, чем Россия.
Запасы природного газа Катара составляют порядка 60 процентов от российских. Катар совместно с рядом крупных нефтекомпаний из США и ЕС строит по периметру Европы терминалы по регазификации (уже подписал договор с Польшей). Причем терминал по регазификации будет расположен вблизи польско-германской границы, так что покупателем катарского газа будет и Германия. Европа и сама стремительно наращивает мощности по регазификации. В совокупности они составляют около 128 млрд кубов и продолжают расти.
Эта альтернатива более выгодна и Грузии. Она может реализовать свою мечту стать перепродавцом газа, но не в рамках «Набукко», а в результате строительства терминала для принятия сжиженного газа в Поти. Помощь в этом ей обещает оказать Румыния, и соответствующие соглашения уже подписаны. Аналогичный проект — строительства терминала для принятия сжиженного газа — рассматривается и на Украине. Так что и она вполне может найти замену российскому газу и своему трубопроводному бизнесу. Не говоря уже о том, что бешеными темпами в мире идут поиски альтернативы углеводородному топливу. И они, вне всякого сомнения, будут найдены.
Проект «Набукко» обходит «Южный поток» в региональной энергетической гонке
EnergyLand: Проект трубопровода «Набукко» заметно продвинулся вперед, тогда как конкурирующий российский маршрут «Южный поток» начал, похоже, сбавлять обороты.
Изменению ситуации на энергетическом поле способствовали два недавних события: подписание 13 июля транзитного соглашения по «Набукко» и состоявшиеся в начале июля выборы в Болгарии, пишет американское издание «EurasiaNet» (перевод публикует inosmi.ru). Церемония подписания договора по «Набукко» с участием Турции, Болгарии, Румынии, Венгрии и Австрии показала всем, что после длительных колебаний продвигаемый США и Евросоюзом проект начинает, наконец, набирать обороты. По итогам же выборов в Болгарии к власти пришел экс-мэр Софии Бойко Борисов, уже заявивший о своем намерении добиться выхода Болгарии из возглавляемого Россией консорциума по строительству трубопровода «Южный поток». А без Болгарии проекту «Южный поток», скорее всего, придет конец. Российские власти постарались преуменьшить значение заявлений Борисова, приписав их, по сообщению деловой российской газеты «Коммерсант», поствыборной «эйфории».
Спрос на природный газ — вот ключевой фактор, который, похоже, и определит, какой из трубопроводов будет построен. Требования к каждому из проектов поистине огромны. Центральноазиатские производители должны будут транспортировать гигантские объемы природного газа транзитом по территории многочисленных стран, прежде чем энергоресурсы попадут к конечным потребителям. И чем больше стран при этом будет задействовано, тем больше вероятность возникновения сложностей при реализации любого из вышеозначенных проектов.
Оправдать гигантские расходы на строительство может только спрос. А если спрос невысок, как сейчас, предпринимать ни «Набукко», ни «Южный поток», возможно, нет никакого смысла. Поскольку никто не может сказать, когда нынешняя ситуация со спросом и низкими ценами изменится, участники строительства новых маршрутов, понятное дело, будут пребывать в нерешительности. На сегодняшний момент представляется маловероятным, что проекты «Набукко» или «Южный поток» будут реализованы в заявленный срок. По существующим планам, «Набукко» должны ввести в эксплуатацию в 2014 году, в «Южный поток» — в 2015 году.
До недавнего времени казалось, что именно проект «Набукко» рискует остаться не у дел. Но сейчас эта судьба, похоже, уготована «Южному потоку», и самым слабым звеном на его пути стала Болгария. Проблемы в отношениях Кремля и Софией со всей очевидностью проявились в 2009 году, когда Болгария отклонила предложение контролируемого российским правительством «Газпрома» о приобретении 50-процентной доли в газораспределительной сети страны. Остается неясным, придется ли России строить новые трубопроводы или она сможет использовать существующую в Болгарии систему. Похоже, что приход Борисова к власти стал просто еще одним, дополнительным, осложнением на пути реализации проекта «Южный поток» в Болгарии.
Еще в мае этого года будущее «Южного потока» казалось сравнительно безоблачным. На торжественной церемонии в городе Сочи российское руководство и должностные лица Болгарии, Греции, Италии и Сербии подписали соглашения, обеспечивавшие «Южному потоку, как тогда казалось, безусловное лидерство в соперничестве с «Набукко». Так, в рамках одного из соглашений итальянская энергетическая компания ENI SpA согласилась более чем вдвое увеличить ежегодную мощность газопровода, доведя его до 63 млрд. куб.
Но этими, подписными в мае, договорами были заложены и семена раздора. Так, например, итальянская ENI выступала за наращивание мощности трубопровода, движимая желанием продавать газ не только в Италии, но и на всем пути прохождения трубопровода. Таким образом, страна потребовала увеличить свою долю в потенциальных поставках «Южного потока». Эти требования привели к трениям с Россией.
Финансирование сооружения трубопровода также не является таким уж решенным делом, как это казалось раньше. В апреле «Газпрому» пришлось выкупить у ENI свою долю в нефтяном подразделении компании, причем за цену намного выше рыночной, и теперь Италия добивается от «Газпрома» дополнительных гарантий в обмен на свое участие в финансировании «Южного потока». После аварии, имевшей место в апреле месяце на трубопроводе «Газпрома», Туркменистан приостановил продажу газа России и явно выбирает между «Набукко» и «Южным потоком», желая получить для себя лучшую цену. Азербайджан также пока не взял на себя никаких твердых обязательство перед Россией.
В конечном итоге, самое разрушительное воздействие на «Южный поток» оказывает скаредность России. По имеющимся на данный момент планам, сотни километров трубопровода должны пройти по дну Черного моря, причем на большем протяжении по самым его сложным глубоководным участкам. Москва не располагает технологиями морского строительства, необходимыми для прокладки подобного маршрута, а также финансовыми средствами на его сооружения. Но Москва, тем не менее, желает получить большую долю в проекте, хоть и требует, чтобы европейские страны приняли участие в финансировании строительства. В нынешней ситуации желаемое вряд ли удастся Москве.
Кроме того, в списке приоритетов Кремля «Южный поток» явно уступает двум другим крупным проектам — освоению Ямальского и Штокманского газовых месторождений. По словам некоторых экспертов, для обеспечения соответствующих поставок для «Южного потока» необходимо задействовать ямальские резервы. Проблема для России, однако, состоит в том, что сложные экономические времена заставили «Газпром» урезать в 2009 году соответствующие инвестиции на 26 процентов.
Без ТЭО никто не сможет оценить точность выкладок Москвы по «Южному потоку». Россия планирует, что сооружение проекта обойдется в 15 млрд. долларов. Некоторые же западные эксперты полагают, что стоимость строительства приблизится к 45 млрд. долларов.
Финансирование остается проблемой и для проекта «Набукко». В сложившейся ситуации вполне может статься, что в ближайшее время ни один из трубопроводов не будет реализован, а Европа с Россией будут вынуждены вести торговлю по существующим трубопроводам, идущем по украинской территории. Подобная перспектива никого не радует, особенно в свете сложившихся в последнее время непростых российско-украинских отношений. Единственно, что можно предсказать с той или иной степенью определенности, это что данные трубопроводы и впредь будут оставаться источником серьезной геополитической напряженности в Каспийском и Черноморском регионах.
«Взгляд»: Симптом «Набукко»
«Нефть России», Леонид Радзиховский: Газовая труба как политическое орудие оказалась бумерангом. «Набукко» грозит разрушить сложившуюся экономически-геополитическую стратегию России. В этом – принципиальное, «метафизическое» значение этого газопровода.
Голые цифры
Подписанное в Анкаре 13 июля с большой помпой многостороннее соглашение о строительстве газопровода «Набукко» было воспринято в Москве со скрежетом зубовным. Раздражение и растерянность торчали из всех комментариев о том, что «соглашение необязательное», а главное – «трубу и заполнить-то нечем».
«Десятки лет, еще во времена СССР, Министерство газовой промышленности (Газпром) тихо и точно, как швейцарские часы, выполняло все свои экспортные обязательства. Идеальный поставщик, товар – деньги – товар»
Соглашение, конечно, важное. Ясно, что пусть не в 2014-м, как планируется, а чуть позже, но эта опера («Набукко» – название оперы Верди) зазвучит. Да и с наполнением не так все плохо. Азербайджан заявил, что готов дать газ. Чуть не половину газа обещает Ирак. Туркмения тоже предлагает свой газ.
В общем, нечего прятать голову в трубу. «Набукко» с большой вероятностью – будет. И газ в трубе тоже будет. Да еще откуда не возьмись выскочил какой-то газопровод ITGI (раньше о нем и не писали), и по нему из Азербайджана в Болгарию может проступать до 5 млрд кубометров газа, что окончательно избавляет болгар от необходимости покупать российский газ.
Чем отрицать очевидность, лучше понять а) насколько она реально плоха для России и б) какие из всей этой истории надлежит сделать выводы.
Вернемся к «Набукко». Его проектная мощность – 31 млрд кубометров газа в год.
Согласно официальным данным Газпрома, их экспорт в Европу в 2008 году составил больше 184 млрд кубометров.
По одним данным (так утверждают официальные сайты Газпрома), российский экспорт покрывает 32% европейского потребления газа, по другим данным – 25%. В любом случае доля «Набукко» может составлять не более 5% европейского рынка.
Кажется, с точки зрения «голых цифр» Газпром если и понесет потери, то все же далеко не смертельные. К тому же далеко не факт, что весь этот газ пойдет ВМЕСТО российского. Ведь потребности ЕС растут – и вполне возможно, что для Газпрома речь пойдет не столько о прямых потерях, сколько о том, что не будет РАСШИРЯТЬСЯ (или будет медленнее расширяться) рынок его сбыта.
Что касается ЕС, то он если и получает «независимый источник», то уж больно жиденький… Во всяком случае, 31 млрд не заменит 184 млрд!
Спрашивается: так чего же Россия так на дыбы встает по поводу этого «Набукко»?
Спрашивается – так чего европейцы и особенно председатель Еврокомиссии Баррозу так уж в присядку-то пошли?
Потоки амбиций
Как я понимаю, дело в том, что трубой Россию ударили не столько по карману, сколько по амбициям. «Набукко» грозит разрушить сложившуюся экономически-геополитическую стратегию России. В этом – принципиальное, «метафизическое» значение этого газопровода.
Если бы увеличилась доля норвежского газа в европейском потреблении – Россия бы переживала?
Полагаю, нет.
Если бы увеличилась доля Северной Африки – Россия бы переживала?
Полагаю, куда меньше.
Если увеличится добыча газа в собственно странах-потребителях – Россия будет переживать?
Да, конечно, но, полагаю, меньше.
Почему мне так кажется?
Да потому, что в продаже газа в Европу есть ДВЕ составляющие.
Денежная и политическая.
Уменьшение денежных потоков – штука неприятная, но хотя бы точно измеримая. В деньгах.
А в чем измеришь уменьшение «потока амбиций»? Только в потоках обиды и раздражения…
«Набукко» грозит разрушить сложившуюся экономически-геополитическую стратегию России (фото: Reuters)
«Набукко» грозит разрушить сложившуюся экономически-геополитическую стратегию России (фото: Reuters)
Газ Средней Азии и Азербайджана Россия – молчаливо – продолжала считать «своим». Да, он не принадлежит Газпрому. Но его транспортирует Газпром, его покупает и перепродает Газпром. Причем если в золотые 1990-е тот же туркменский газ Газпром покупал практически даром, перепродажа имела прямой денежный смысл, то вот теперь картина куда запутаннее. Торговля газом – в отличие от самого газа – совершенно непрозрачна. К каждому соглашению есть столько «дополнительных условий», что реально понять «объем денежных потоков» не так-то просто. Тем не менее все специалисты сходятся в том, что покупает Россия газ из Туркмении, а тем более из Азербайджана совсем уж не по «льготным» ценам и едва ли что-то денежно выигрывает на последующей перепродаже. В известном анекдоте человек покупает сырые яйца и за ту же цену продает вареные. На вопрос: «А в чем гешефт?» – он отвечает: «Мне остается навар».
Навар России от торговли среднеазиатским и азербайджанским газом сейчас не денежный, а ПОЛИТИЧЕСКИЙ, точнее – ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ. Россия «контролирует» газовые потоки этих стран и тем самым если не «контролирует», то хотя бы влияет на их политику. Газопроводы – пуповины, связывающие бывшие республики СССР с Россией в СНГ – Союз Нефтегазовых Государств.
Это – одна сторона медали.
Другая – геополитическое (и просто политическое) влияние на покупателей, на Европу.
Если (пока) весь бывший «советский газ» идет через РФ – мы Великая Энергетическая Держава! Газовый СССР, а не просто газовая колонка Европы, да еще и одна из многих колонок…
Да, РФ – не сверхдержава. Пусть так, признаем. Зато Газпром – СВЕРХКОМПАНИЯ! Монополист в торговле «бывшим советским» газом. Держатель блокирующего (а там, глядишь, и контрольного) пакета акций в европейской газовой отрасли. Компания, которая может торговать газом с большой политической премией.
Таковы были достаточно очевидные геополитические расчеты России.
Осталось только понять – были ли тут «расчеты» или же ЭМОЦИИ И ХИМЕРЫ?
Сложение – или вычитание?
В чем, собственно, была (и есть) «политическая составляющая» газовой отрасли?
Здесь возможны два подхода.
Первый. Политика – инструмент для бизнес-экспансии. Россия использует свое политическое влияние, чтобы пробивать новые рынки сбыта для Газпрома, прокладывать новые газопроводы и т. д. Словом – политика России работает на рост РЫНОЧНОЙ капитализации Газпрома, этого «национального достояния», на его экономическую экспансию.
Второй. Бизнес – инструмент для политической экспансии. Газпром работает на увеличение политического влияния России, на увеличение ее ПОЛИТИЧЕСКОЙ капитализации, политической экспансии.
В реальной жизни, понятно, эти две линии сплошь да рядом пересекаются, а то и просто совпадают.
Политика РФ работает на Газпром; Газпром работает на РФ. Торговля – политика – торговля. Можно иначе: политика – торговля – политика. Диалектическая взаимопомощь.
Бизнес плюс геополитика равно Великая Энергетическая Держава.
Само это понятие предполагает обоюдовыгодный синтез бизнеса и политики, их симбиоз.
Так обстоит дело В ИДЕАЛЕ.
А на практике?
На практике бизнес и политика у нас часто не помогают друг другу, а ведут как раз игру с нулевой суммой! Не складываются, а вычитаются…
На практике острые ПОЛИТИЧЕСКИЕ решения как будто бы преследовали цель «защитить Газпром» от воровства газа на Украине. Но на самом деле эти решения, эти «войны» не только не принесли никакой быстрой коммерческой выгоды Газпрому, не только обернулись многомиллиардными потерями для компании, но, что гораздо хуже, испортили самое ценное – РЕПУТАЦИЮ, бренд Газпрома.
Десятки лет, еще во времена СССР, Министерство газовой промышленности (Газпром) тихо и точно, как швейцарские часы, выполняло все свои экспортные обязательства. Идеальный поставщик, товар – деньги – товар. И никогда в эту триаду не вмешивался никакой политический элемент (и это – во времена холодной войны, жесткого противостояния с Европой).
СССР реализовывал свои политические амбиции не за счет Министерства газовой промышленности, а за счет Минобороны, КГБ, других ведомств, специально для этих целей предназначенных.
У России возможностей реализовывать свои амбиции таким образом больше нет. А амбиции-то есть! Пусть они подсохли, но, в общем-то, никуда не делись. И вот как-то незаметно они стали «вылезать из трубы» – с весьма опасными для трубы последствиями.
Наше оружие – бумеранг
«Газпром – новейшее русское оружие». Такие заголовки – банальность в западных СМИ. А мы только кокетливо улыбались улыбкой «газовой Джоконды», вместо того чтобы с пеной у рта отрицать такую возможность…
Впрочем, словам все равно никто не верит – ни в России, ни на Западе.
Верят, понятно, делам.
А дела, например ту же «газовую войну» с Украиной, ЕС трактовал однозначно: «газовая атака» на Украину по политическим мотивам. Значит, пожалуй, завтра подобная война станет возможна и по отношению уже к странам ЕС?! «А не станут брать – отключим газ!»
И возможность (а главное – ОПАСНОСТЬ) такой трактовки своей позиции Россия явно недоучла. Тут уже пела и плясала психология «море-по-колено»: «А куда ж они от нас денутся!» Эта психология была явно написана на лицах многих (слишком многих!) наших политиков. Вот Европа и стала искать, «куда деться».
Опьяненные своими успехами – халявными, честно говоря, успехами, – мы забыли золотое правило торговли: КЛИЕНТ всегда прав! И если он не желает брать газ «с политической наценкой», он его и не возьмет. А мы как-то быстро перешли к принципам советской торговли: продавец – начальник, покупатель – подчиненный, «вас много, а я – одна». НЕ ОДНА! Далеко не одна, в том-то вся и штука… Монопольной торговли нет – в газовой отрасли тоже.
Не лучше обстояли дела и в СНГ.
«Россия встает с колен». Отлично. Но проблема в том, что не одна Россия! Страны СНГ проделали – параллельно с нами – то же самое гимнастическое упражнение. Сырьевые страны (Азербайджан, Туркменистан) и несырьевые (та же Украина), они в 2000-е почувствовали себя настолько же увереннее, насколько и сама Россия. И тот традиционно «старшебратский» тон, который еще как-то терпели в 1990-е, больше терпеть не намерены. Как мы не намерены терпеть «поучения США» (которые приходилось глотать в 1990-е), так точно и они не хотят больше «поучений России» (которые кое-как глотали в 1990-е).
Все это имеет самое прямое отношение и к Газпрому.
С одной стороны, теперь с ним открыто конкурируют – тот же Азербайджан, а завтра, пожалуй, Узбекистан может. Туркмения «подняла с колен» цены на газ для Газпрома и тоже перешла к активной конкуренции с ним.
С другой стороны, попытки использовать Газпром, чтобы «отмстить неразумным хазарам», обернулись проблемами для самого Газпрома. Казалось бы – что может быть ЗАКОННЕЕ требований России к Украине? Платите за газ – и все. Платите по международным ценам. Только бизнес – ничего личного!
Но и самые законные требования в определенном политическом контексте воспринимаются иначе – как «месть Империи». В какой мере несправедливы такие оценки действий Газпрома? Конечно, несправедливы, ведь РФ не требовала ничего политического, за исключением денег! Но ведь демонстративно разные подходы Газпрома к «дружественной Белоруссии» и «недружественной Украине» невольно наталкивали именно на такую трактовку. И, что самое опасное, Газпром начинали воспринимать как «передовой легион Империи».
И начали выстраивать против «газовой атаки» свою оборону.
Первая оборонительная линия – тот самый «Набукко».
В этом и смысл ликования господина Баррозу: невероятно путаные переговоры с участием многих стран, которые идут уже пять лет, удалось привести к какому-то промежуточному финишу. Может быть, «Набукко» этот самый и не построят к 2014 году, но принципиальное политическое решение принято. Европа показала клыки, ответила на ухмылку «куда ж они денутся!».
И «Набукко» здесь – лишь первый шаг. Лиха беда начало. Много есть других способов реально уменьшить долю Газпрома на газовом рынке ЕС, хотя, разумеется, о полном его выдавливании из Европы никто и не думает – это просто невозможно.
И второе. Раз в «Набукко» задействованы страны СНГ, то этим они показывают России: «СНГ тоже МНОГОПОЛЯРНЫЙ мир. И с этим России придется считаться. А каждая страна СНГ будет преследовать СВОИ интересы – как вполне независимая от России».
Есть здесь и еще один довольно прозрачный подтекст. Если Армения подпишет «исторический мир» с Турцией и как-то решит Карабахский вопрос с Азербайджаном (последнее, конечно, самое трудное и маловероятное), то последний «верный союзник России» – уходит. Закавказье разворачивается в сторону Турции с перспективами присоединения к НАТО, хотя, разумеется, о прямом ВСТУПЛЕНИИ в НАТО речи нет.
Газовая труба как политическое орудие оказалась бумерангом.
Политика – что это такое?
Означает ли все это «поражение России»?
А вот это – как посмотреть. Смотря какие ЦЕЛИ ставит перед собой Россия.
Газпром усиливает политическое влияние, геополитическое влияние России…
Звучит – как белые стихи, как лозунг и слоган.
А если присмотреться конкретнее?
КАКИЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ЦЕЛИ ставит перед собой Россия?
И чем в реализации этих целей мог бы помочь Газпром?
Цели СССР – хотя бы декларативные – были понятны. Поддержка левых движений, теоретическая программа-максимум – социалистическая Европа, практическая программа-минимум – оторвать ЕС от США. Ну, в общем, если шла ГЛОБАЛЬНАЯ холодная война СССР – США, то цель – одержать победу на разных «фронтах», в том числе на европейском.
Ну, а РФ?
Глобального противостояния нет. Холодной войны нет. Разницы идеологий нет. Поддержки левых движений нет. А что есть-то?
ЧЕГО МЫ ПОЛИТИЧЕСКИ ХОТИМ ОТ ЕС?
Чтобы НАТО не расширялось на Восток? И чем это так страшно для России? Ну, вступили в НАТО страны Восточной Европы, затем Балтии – и что случилось? Кто и чем нам угрожает?
И даже если такие цели очень важны, то чем тут мог бы помочь Газпром?
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ Газпрома в этих целях не повышает политическую капитализацию России, но понижает рыночную капитализацию Газпрома.
Единственная АБСОЛЮТНО РАЗУМНАЯ стратегическая задача, которая была сформулирована перед Газпромом, звучит так: добиться, чтобы Газпром стал совладельцем европейских газовых сетей, газовых компаний. В обмен Россия соглашалась продать европейским компаниям доли в газотранспортной системе Газпрома. Реализация этой идеи и правда сулит России СТРАТЕГИЧЕСКИЙ выигрыш. Это и резкое (кратное) увеличение доходов от экспорта газа, и реальное вхождение в европейскую экономику, реальный симбиоз с ней.
Итак, цель – прекрасная.
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ Газпрома в этих целях не повышает политическую капитализацию России, но понижает рыночную капитализацию Газпрома (фото: Дмитрий Коротаев/ВЗГЛЯД)
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ Газпрома в этих целях не повышает политическую капитализацию России, но понижает рыночную капитализацию Газпрома (фото: Дмитрий Коротаев/ВЗГЛЯД)
Но она не только не имеет НИКАКОГО отношения к «политике», тем более «великодержавной политике», но и ПРЯМО ПРОТИВОПОЛОЖНА ЕЙ. Иначе говоря – каждое брутальное политическое заявление работает ПРОТИВ идеи обмена активами между Газпромом и европейскими компаниями.
Если мы хотим реального продвижения Газпрома к конечному потребителю в Европе, мы должны всячески РАЗДЕЛЯТЬ бизнес Газпрома и политику, УСПОКАИВАТЬ европейцев, а не показывать им свою «невозможную крутизну». Демонстрации же СЛОВЕСНОЙ крутизны а) бесцельны, потому что реально никакой политической экспансии мы в Европе вести не хотим и не можем, и б) вредны России, т. к. только пугают, настораживают Европу, заставляют ее искать альтернативы Газпрому.
Тоже самое касается и СНГ.
Какие наши политические цели в СНГ? И чем тут может помочь Газпром?
«Удержать страны СНГ в зоне своего влияния»? Опять же – звучит как песня. Только ЧТО КОНКРЕТНО поется в этой песне?
Чтобы Москва имела право «вето» на решения правительств независимых стран? Абсурд. Никто на это не согласится. Да и ЗАЧЕМ это нужно Москве?
Чтобы эти страны «не дружили» с ЕС? Я нарочно выбрал «детскую» формулировку, чтобы была яснее видна ГЛУПОСТЬ такой постановки вопроса.
Чтобы не вступали в НАТО? Во-первых, повторяю – чем это нам грозит? А во-вторых, чем настойчивее мы с этим призраком НАТО боремся, тем больше портим отношения со странами СНГ.
А ведь есть вполне РЕАЛЬНЫЕ темы.
Русский язык. Русскоязычные граждане. Мигранты. Возможности российского бизнеса в странах СНГ. Вот это все – вещи важные. Но они решаются тем успешнее, чем менее жестко давит Москва.
А Газпрому нужно одно: продавать свой газ в СНГ по международным ценам. Требование, разумеется, абсолютно законное. Но для того, чтобы добиться его выполнения, как выясняется, мало прямого давления в лоб. Оно оборачивается, увы, только репутационными потерями для Газпрома.
А вот если бы Россия убедила Европу, что у нее нет НИКАКИХ политических намерений ни в отношении ЕС, ни в отношении Украины, вот тогда, пожалуй, Европа смотрела бы на нашу газовую войну совсем иными глазами. И искала бы не альтернативу Газпрому как поставщику, а помогала строить альтернативные транзитные пути для Газпрома – те самые «Северный поток» и «Южный поток», судьба которых сейчас под большим вопросом.
Какой вывод сделает Россия?
Возможны два варианта.
Первый. Никакие геополитические экспансии нам не нужны. Если допустить, что нужны, то нереальны. Но даже если искать возможность их реализовать, во уж всяком случае – не с помощью Газпрома! НЕ ЗА СЧЕТ Газпрома. Отделите бизнес Газпрома от политики!
Цель Газпрома – добывать, транспортировать, продавать газ. И ВСЕ. НИКАКИХ других целей у него нет и быть не может.
Газпром не сверхкомпания, не концентрация нашей политической и геополитической мощи и т. д. и т. п. Газпром – это просто добывающая и продающая компания. Вполне можно продавать свой газ и через «Набукко», как нам многие предлагают. Газпром – как и в советские времена – должен стать самым тихим, точным и надежным торговцем газом.
И проблемы Газпрома – как осваивать новые месторождения да поменьше швыряться деньгами. Других проблем у него нет. И спасибо «Набукко», что открыл нам на все это глаза.
Второй. У Газпрома не может быть «тихого, аполитичного бизнеса». Торговля газом – не торговля фиалками. Газпром – в силу специфики своего геополитического бизнеса – НЕОТДЕЛИМ от политики, от геополитики.
Газпром зависит от политического статуса РФ, но и политический статус РФ зависит от успехов Газпрома.
Мы продолжим бороться с «Набукко», мы сделаем все, чтобы контролировать транспортировку газа из республик СНГ, чтобы усилить свое влияние в Европе.
Газпром или будет сверхкомпанией – или не будет вообще.
Вот примерно такие две логики. Конечно, я их представил в огрубленном, жестком виде. Но при всех смягчениях они реально примерно таковы.
И какую из них выберет наша страна, мы скоро увидим.
Старт NABUCCO и начало интеграции Южного Кавказа в НАТО
ИА РЕГНУМ: Возможное назначение заместителя госсекретаря США Мэтью Брайзы послом США в Азербайджане на фоне подписания 13 июля 2009 года Турцией и рядом стран Евросоюза (Болгария, Румыния, Венгрия, Австрия) межправительственного соглашения по энергетическому проекту NABUCCO будет, скорее всего, являться отправной точкой в процессе интеграции государств Южного Кавказа в НАТО. Об этом заявил европейский эксперт по проблемам Евразии и Европы Симон Манукян (Simon Manukyan), сообщает армянское агентство NEWS.am.
По мнению Симона Манукяна, после принятия документа по прокладке газопровода NABUCCO и перехода проекта в практическую плоскость, США и странам ЕС будет необходимо обезопасить новый энергетический коридор от внешних воздействий. Для этого участвующим в данном проекте государствам – транзитерам (Грузия, Азербайджан) в ближайшее время может быть предложена интеграция в той или иной форме в евроатлантические структуры.
Эксперт считает, что предложение поступит, скорее всего, в октябре-ноябре 2009 года, после того, как состоится исторический визит президента Армении Сержа Саргсяна в Анкару, предусматривающий подписание двустороннего договора по армяно-турецкому примирению.
Это событие должно ознаменовать собой завершение взаимозависимых процессов урегулирования армяно-азербайджанских и армяно-турецких противоречий, которые уже более 15 лет являются камнем преткновения для расширения НАТО на Южном Кавказе, считает эксперт.
Вовлечение республик Южного Кавказа в американо-европейские политико-экономические проекты ( «Платформа стабильности и сотрудничества на Кавказе», программа «Восточное партнерство», проект NABUCCO), разрешение нагорно-карабахского конфликта и разблокирование армяно-турецкой границы свяжут Турцию, Грузию, Азербайджан и Армению в единый мощный транзитный узел по транспортировке в обход России грузов и энергоресурсов с Востока на Запад, уверен он. По словам Манукяна, осуществление этого глобального проекта неминуемо поставит вопрос политической и военной ориентации Грузии, Азербайджана и Армении.
Именно с данными процессами Симон Манукян связывает возможное назначение заместителя госсекретаря США Мэтью Брайзы послом США в Азербайджане, считая, что это обстоятельство только ускорит процесс интеграции республик в Альянс. «Брайза хорошо информирован о процессах армяно-турецкого и нагорно-карабахского урегулирования, знает все тонкости армяно-азербайджанских отношений и слабые места глав этих государств», – сказал эксперт. По его мнению, Мэтью Брайза, скорее всего, будет направлен послом в Баку для того, чтобы в крайне сжатые сроки, до октября 2009 года, как того требует турецкое руководство, завершить процесс карабахского урегулирования.
«Связка посол в Армении Мари Йованович и посол в Азербайджане Мэтью Брайза будет представлять собой подобие жесткого «пресса», выдавливающего из Армении уступки по статусу Нагорного Карабаха и согласие на подписание Карского договора с Турцией, а из Азербайджана – уступки по Лачинскому коридору и референдуму в НКР», убежден Манукян. По его словам, тандем специалиста по «цветным» революциям (М.Йованович) и специалиста по геополитике (М.Брайза) может серьезно пошатнуть позиции России и военно-политического блока ОДКБ в кавказском регионе.
Эксперт также не исключил, что осуществление США и ЕС указанных планов может привести и к серьезной дестабилизации нутриполитической ситуации в Армении и Азербайджане, так как политические круги этих государств крайне негативно воспринимают навязываемый извне вариант урегулирования карабахского конфликта.
Туркмения и Азербайджан ведут переговоры по разграничению дна и недр Каспийского моря
Разграничение дна и недр Каспия между Туркменистаном и Азербайджаном приобретают особую актуальность в связи с готовностью Туркменистана принять участие в реализации проекта «Набукко». Для того чтобы Туркменистан мог поставлять газ в «Набукко» надо проложить Транскаспийский газопровод по дну Каспия, соединяющий Туркмению и Азербайджан. Правовая неразбериха на Каспии может помочь противникам «Набукко» тормозить реализацию проекта.
Nabucco стартует без газа, но с политической поддержкой
EnergyLand: Межправительственное соглашение по проекту подписали пять из шести стран, участвующих в нем, — Турция, Австрия, Венгрия, Болгария и Румыния.
Германия подпись под документом не ставила, так как не является транзитным государством. Акционеры консорциума намерены использовать 50% всего газа, идущего по трубопроводу. Хотя откуда пойдет газ в Nabucco, все еще не ясно, пишет РБК daily. О готовности поставлять в трубу 15 млрд куб. м газа заявил Ирак, но сроки начала поставок не уточнил. Эксперты по-прежнему считают европейский газопровод виртуальным проектом.
Газопровод Nabucco планируется ввести в строй в 2014 году, его мощность составит 31 млрд куб. м в год. Стоимость проекта оценивается в 8 млрд евро. Nabucco станет продолжением газопровода Баку — Тбилиси — Эрзурум и пройдет через Турцию, Болгарию, Румынию, Венгрию и Австрию. В консорциум Nabucco Gas Pipeline International, реализующий проект, входят австрийская OMV, венгерская MOL, румынская Transgaz, болгарская Bulgargaz, турецкая Botas и немецкая RWE.
Представители Турции, Австрии, Венгрии, Болгарии и Румынии вчера в Анкаре подписали межправительственное соглашение по проекту Nabucco. В церемонии подписания приняли участие представители около 20 стран, а также председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу. Как сообщил премьер Турции Тайип Реджеп Эрдоган, через полгода стороны подпишут дополнительное соглашение с более конкретными деталями. Но уже известно, что половину объемов всего газа, проходящего по Nabucco, будут использовать акционеры проекта, сообщила Nabucco Gas Pipeline International, передает Reuters.
При этом министр энергетики и природных ресурсов Турции Танер Йылдыз, заявивший в воскресенье, что страна готова отказаться от притязаний на 15% всего газа из трубы, позже отступил от своих слов. Он отметил, что Анкара по-прежнему рассчитывает получить гарантии на 15% сырья, пишет ИТАР-ТАСС. Между тем участницы проекта явно делят шкуру неубитого медведя, так как, откуда в Nabucco возьмется газ, все еще не ясно. Основными поставщиками называются Азербайджан, Туркмения, Ирак и Египет. Турция не исключает, что в перспективе поставщиками могут стать Иран и Россия. США уже согласны на участие России, но не Ирана. «В будущем мы можем рассчитывать на российский газ, только не на иранский», — заявил помощник заместителя госсекретаря США Мэтью Брайза.
Ирак еще за день до подписания соглашения по проекту говорил, что у него нет лишнего газа, так как сырье нужно стране для внутренних нужд. Но вчера иракский премьер-министр Нури аль-Малики заявил, что страна планирует поставлять для европейского газопровода около 15 млрд куб. м газа в год, сообщило Bloomberg. Однако сроки начала поставок министр не уточнил. По мнению руководителя отдела исследований газовой отрасли Института проблем естественных монополий Алексея Белогорьева, такие объемы экспорта Ирак сможет обеспечить не ранее 2018—2020 годов. Реальная альтернатива Ирану только одна — Туркмения, но ее участие упирается в пресловутый вопрос Транскаспийского газопровода и в напряженную ситуацию в Закавказье, отмечает эксперт. Азербайджан и Египет пока играют в проекте лишь роль статистов.
Участие России в Nabucco сделало бы бессмысленным весь этот проект, призванный диверсифицировать поставки газа в Европу. Это возможно лишь при радикальном изменении политических отношений России и ЕС. Для «Газпрома» участие в Nabucco, безусловно, экономически выгодно, однако противоречит всей его стратегии экспансии на европейском рынке, отмечает г-н Белогорьев. Так что пока у проекта фактически нет ресурсной базы. Проблема заключается в том, что подписи под документом поставили те страны, у которых нет газа, соглашается директор Института национальной энергетики Сергей Правосудов. Поэтому пока Nabucco остается виртуальным проектом.
Между тем российский конкурент Nabucco — «Южный поток» — тоже встал перед проблемой: будущий премьер-министр Болгарии Бойко Борисов потребовал приостановить переговоры с Россией по участию в строительстве газопровода, передает пресс-служба болгарской партии ГЕРБ.