Метка:Азербайджан

Москва и Баку сыграют против Nabucco

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

ЦПКР: Состоялись российско-азербайджанские переговоры. Основной темой встречи стала энергетика. На фоне осложнения отношений между Баку и Вашингтоном Россия пытается воспользоваться ситуацией для укрепления своих позиций в регионе.

Последнее время Госдеп США делает ставку на Турцию. Именно через Анкару проходит переговоры с Ираном на предмет участия в Nabucco и сворачивания ядерной программы. Интерес к Азербайджану со стороны Вашингтона, напротив, ослабевает. Собственных газовых ресурсов Баку для заполнения Nabucco не хватит, а строить транскаспийский газопровод в направлении Туркмении – дорогостоящий проект. Сейчас Госдеп США склоняется скорее к иранскому варианту, когда туркменский газ пойдет в Турцию по суше через Иран.

Понимая слабость собственных позиций и проблемы ренессанса американо-иранских отношений, Баку ищет поддержку России. Москва рассчитывает существенно укрепить собственные позиции, тем более, что на фоне падения цен на нефть пространства для маневра у Азербайджана остается немного.

«Большая Труба»: два угла интерпретации газовой войны. Задача диверсификации путей поставок энергоносителей, минуя Россию невыполнима

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

ИАЦ МГУ: Обратимся к известному конфликту современности. В нем есть как минимум два основных игрока, рисующих собственную картину газово-денежных отношений – «Россия» и «Запад». У этих игроков есть свои позиции на территориях друг друга, есть союзники-компании. В целом, они предстают как два геополитических конкурента. Тактические задачи и сюжеты противостояния они видят по-разному, но цели понимают вполне одинаково. Запад это обозначил  – сетевая диверсификация газовых поставок на несколько ресурсных регионов. У России – диверсификация от транзитеров. К России правда больше вопросов. Например, не вполне понятно, а что именно хотят на выходе: полную монополию и ответственность российской компании или консорциум газовых союзников? Но очевидно, что известные цепочки событий мы можем трактовать как набор действий и противодействий двух сознательных противников. В таком случае, вот как выглядит второй акт борьбы, после новогодней баталии 2009 года. 

Сценарий: «мирные шаги навстречу». 

— 1 шаг пиарский, но с нормативно-правовыми последствиями. Меморандум по ГТС в Брюсселе. Как следствие: неожиданный удар по самолюбию Кремля; демонстрация единства двух украинских антагонистов; возможность вхождения в Украину корпораций строителей Трубы; намек на возможность избавиться от газовой коррупции. Все это на фоне снижения украинского импорта газа.
— 2 шаг пиарский, с будущими нормативно-правовыми последствиями. Меморандум о трубе «Белый Поток» Грузия-Украина мощностью на первом этапе 8 млрд. кубометров газа в год с возможностью расширения до более 24 млрд. кубометров запланированного на 2012-2015 годы.
— 3 шаг — с помощью туркменских партнеров делаем удачное стечение обстоятельств. Разрыв трубы. Хорошая демонстрация ненадежности российско-среднеазиатских поставок. Изношенности оборудования, «совдепии» и низкого уровня менеджмента якобы гарантированного газпромовского газа из Туркмении на века вечные аминь. 

Отсюда вывод: если бы у ЕС были деньги на «Транскаспий», «Белый поток» и другие элементы Набукко, время это все строить, согласие Ирана на всякий случай, то в Туркмении очень быстро обнаружатся необходимые объемы, освобожденные от поставок Украине через Россию, и таким образом, ЗАДАЧУ диверсификации путей поставок энергоносителей, минуя Россию, но заходя в Украину и Крым, к большому счастью всего прогрессивного человечества, в перспективе РЕШИТЬ МОЖНО. 

Сценарий: «мирные шаги в ответ». 

— 1 обстоятельство: Украина снижает потребление, газ в таких объемах ей пока не нужен, а он поступает из среднеазиатских недр. Неожиданный брюссельский меморандум по ГТС.
— 2 обстоятельство: платить Туркмении и другим среднеазиатским недрам надо деньгами ценными.
— 1 решительный шаг: делаем удачное стечение обстоятельств.  Рвем дряхлую трубу каким-либо инновационным образом.
— 2 решительный шаг руководителя. Получаем с Украины штрафные санкции за недобор газа, а в марте, он кстати может составить $530 млн.
— 3 необходимый шаг: восстанавливаем трубу и работаем со всеми субъектами первого сценария на предмет закупки газа для наших будущих «южных» потоков. 

Отсюда вывод: когда восстановим прежнюю трубу САЦ-4 и с трудом вернем прежний уровень закупки, может статься, что дорогой «Прикаспий» нам не нужен вовсе. Ведь необходимых объемов на все стороны заполнения нету, да и конкурентам не пробиться — все равно там на Каспии масса конфликтов, специальные условия Азербайджана и вообще такая страна как Иран. А Китай не проблема. Таким образом, ЗАДАЧА диверсификации путей поставок энергоносителей, минуя Россию, заходя в Украину и Крым, к большому счастью всего пророссийски настроенного человечества – НЕ ВЫПОЛНИМА. 

Как и в жизни, первый игрок  активен, его действия имеют четкую стратегическую линию – сетевая диверсификация — хотя и не может похвастаться быстрым результатом. Второй игрок – имеет много преимуществ, но слишком самодоволен и занят собой: экспансия местами велась, но не заладилась. Зато пестовалось  устойчивое представление, что конкуренты в этом регионе слишком слабы, чуть ли не навсегда. В общих чертах ход мысли должен быть ясен: стороны стремятся к одному, но находятся в разных условиях и не одинаково мотивированы.
При этом у обоих игроков есть своя идеология, объясняющая, почему именно их чудесная труба несет демократию и стабильность в регион, а труба соседей несет зло и разделение, поэтому оба сценария могут быть использованы как контрпропаганда.
Но если принять третий вариант — что это просто капиталистическая борьба за ресурсы и ничего личного, национального, религиозного, то в таком раскладе враги меняются кардинально —  не по горизонтали карты, а по вертикали классовых делений.

Александр Караваев.

Экспансия США и НАТО на Южном Кавказе: последствия для Ирана и России

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Фонд стратегической культуры: С приходом к власти в США администрации Обамы заговорили о всевозможных «перезагрузках» и грядущих глобальных переменах к лучшему. Полагаем, однако, что речь может идти лишь о некоторых нюансах преемственной американской стратегии, которая будет осуществляться так же последовательно, как и прежде. НАТО по-прежнему рассматривается в качестве инструмента реализации внешнеполитических целей США.

Без общей платформы во внешней политике России и Ирана любые достижения в сфере экономического сотрудничества двух наших стран будут «висеть в воздухе», подвергаясь разного рода вызовам и рискам. Шаги, предпринимаемые новой американской администрацией по отношению к Ирану, могут свидетельствовать о тактике более мягкого давления, призванного в конечном итоге создать необходимые предпосылки для внутриполитических трансформаций внутри Ирана в выгодном Вашингтону направлении.

Относительно новой тактики «вовлечения», которую пытаются применить к Ирану, исходя из опыта действий США в Афганистане и Пакистане. Глава Центрального командования армии США Дэвид Петреус даже заявил, что интересы Америки и Ирана в установлении стабильности в Афганистане могут совпадать, однако это не вызвало в Тегеране (в отличие от некоторых других столиц) бурных приступов восторга – там вполне резонно хотят видеть реальные дела, а не красивые слова.

Рассматривая динамику развития ситуации на Кавказе, в этом пограничном с Ираном регионе, часто говорят о его важном геополитическом значении, о теснейшей связи с Центральной Азией, о наличии богатых месторождений сырья и маршрутов его транспортировки на европейские рынки. Эти и другие факторы надо рассматривать в комплексе. Среди основных тенденций, определяющих вероятные сценарии развития событий на ближайшие годы, можно выделить следующие:

— согласно оценкам специалистов ООН, целью террористических и экстремистских группировок будет не столько свержение того или иного центрального правительства, сколько установление и удержание контроля над ресурсами. То есть деятельность террористических организаций из политической сферы постепенно перемещается в экономическую;

— в краткосрочной перспективе американские эксперты считают самой серьезной угрозой национальным интересам США закрытие доступа к мировым энергетическим ресурсам и коммуникационной инфраструктуре. «Несмотря на то, что большая часть мира претерпела серьезные изменения к лучшему в интеллектуальном отношении, само понятие «конфликт» никуда не исчезло. Война являлась основным средством изменений на протяжении всей истории человечества, и нет никаких причин для того, чтобы в будущем всё стало иначе. Так же как и не изменятся фундаментальные основы войны, являющейся формой человеческого поведения».

— возрастающая роль транснациональных негосударственных образований заставит американских военных осуществлять операции по сдерживанию с применением новых и нестандартных решений, ещё не знакомых противнику;

— борьба за так называемые «площадки подскока» обещает быть не менее напряжённой, чем борьба за установление контроля над энергоресурсами;

— согласно директивным документам Пентагона, финансирование и планирование операций иррегулярной (асимметричной) войны отныне приравнивается по рангу к обычным военным операциям, то есть к боевым действиям против вооружённых сил какого-либо государства. К иррегулярным операциям директива относит борьбу с терроризмом, с повстанцами и партизанами, помощь в обеспечении внутренней безопасности иностранному государству, а также операции по поддержанию стабильности в различных регионах планеты.

Говоря в этом контексте об Иране, можно вспомнить о крупнейшем газовом месторождении «Южный Парс», а также об этническом факторе. Здесь Российская Федерация и Исламская Республика Иран стоят перед весьма схожими вызовами.

То, с чем столкнулась Россия в августе 2008 года, можно назвать примером именно «непрямой» военной операции, проводившейся опосредованно, через армию сателлита. Напомним, еще в 2003 году между США и Грузией было заключено соглашение о сотрудничестве в военной области. В соответствии с данным соглашением, переброска любой американской военной техники на грузинскую территорию должна осуществляться по первому требованию командования вооружённых сил США, которое пользуется полной свободой в её дальнейшей передислокации. Это только один из примеров подобного рода. По свидетельству многих специалистов, «Грузия рассматривалась Вашингтоном как имеющая две стратегические цели. Первая цель – постоянно поддерживать конфликтные ситуации на Кавказе. И вторая цель: Грузия рассматривалась как плацдарм для развязывания войны с Ираном. Если с аэродромов Грузии поднять авиацию и она будет лететь над этими хребтами, то средства наблюдения ПВО её из-за этих хребтов не обнаружат. И подлётное время к рубежу применения пуска ракет с авиации будет не более двух минут. Потому что за 2 минуты среагировать, да ещё и при применении определённого радиоэлектронного противодействия практически невозможно [отразить этот удар]…»
За недавнее время Иран неоднократно сталкивался с «непрямыми» военными операциями по периметру своих границ, и совершенно очевидно, что Кавказ и Каспий с их неурегулированными конфликтами, внешними влияниями и разделёнными народами продолжает оставаться потенциально опасным регионом.

События августа-2008 не остались незамеченными в Тегеране. После кавказского кризиса министр иностранных дел Ирана Манучехр Мотакки предупредил администрацию США о том, что ей не следует вмешиваться в «дела региона». При этом министр намекнул на плачевные последствия американской интервенции в Ираке и Афганистане: «Судьба Кавказа, конечно же, в случае вмешательства, не будет отличаться от той дилеммы, которую должны решать регионы, где кризис уже искусственно создан».

Иран проводит достаточно активную политику на Южном Кавказе, принимая участие в различных инвестиционных проектах. Вот лишь последние примеры: Иран выделяет $280 млн на строительство гидроэлектростанции в Мегри. Армения рассчитается за это электроэнергией. Также принят к реализации проект постройки нефтеперерабатывающего завода в Армении (в Ерасхе).
Стоимость проекта — порядка $250-280 млн. НПЗ будет совместным армяно-иранским предприятием. Совместные транспортно-коммуникационные проекты у Ирана есть также с Азербайджаном, Россией, Турцией. 17 марта 2009 г. Россия заключила с Ираном соглашение о своповых (обменных) поставках энергоресурсов, что может усилить позиции Москвы в Каспийском бассейне. По условиям этого бартерного соглашения Россия будет покупать туркменский газ по повышенным ценам, а затем экспортировать его в отдельные районы северного Ирана. Взамен она получит доступ к поставкам природного газа с иранского месторождения «Южный Парс», которое составляет 8% общемировых газовых запасов.

Любому экономическому развитию необходима политическая стабильность, минимизация рисков военного характера. Между тем ощутимых подвижек в вопросе создания целостной системы региональной безопасности на Ближнем и Среднем Востоке пока не наблюдается.
Предложения, выдвигавшиеся Турцией, роль Ирана в достаточной степени не учитывали; впрочем, есть признаки того, что ситуация может измениться. Пока от внерегиональных сил (ЕС и особенно США) зависит очень многое.

Оценивая роль Южного Кавказа, можно выделить две тенденции. Во-первых, это возрастающее значение региона при проведении различных военных кампаний. По признанию американских экспертов, США, возможно, нуждаются в грузинских портах для поставок в Азербайджан в случае конфронтации с Ираном или для обеспечения размещения в Афганистане и Центральной Азии. Западные СМИ со ссылкой на источники в Пентагоне отмечают, что США уже начали использовать новый транспортный маршрут через Грузию и Азербайджан для доставки вооружения и других грузов в Афганистан. Пока этот путь используют как пробный, но в будущем он превратится в постоянный. Хотя этот путь с точки зрения логистики крайне неудобен (хотя бы из-за необходимости морской перевалки грузов через Каспий), однако не исключено, что посредством освоения данного маршрута США попытаются наладить военное сотрудничество на двусторонней основе с Грузией, Азербайджаном, Казахстаном, Узбекистаном и Туркменистаном. Переброска военных грузов параллельно северным границам Ирана создаёт дополнительные вопросы с точки зрения обеспечения национальной безопасности для этой страны, учитывая этнический фактор, наличие разделённых народов.6 Мероприятия НАТО в Грузии и на Кавказе, предполагающие вытеснение оттуда России, в целом серьёзно усложнят общую ситуацию в регионе, так как в этом случае блоковое противостояние получает дополнительный импульс. Добавим, что конкретные планы по расширению военной экспансии могут иметь и политическое оформление. Высказываются идеи возможного превращения НАТО в альтернативную ООН глобальную организацию.

В то же время можно говорить о снижении роли кавказского коммуникационного коридора в реализации масштабных энергетических проектов. Так, между «Газпромом» и государственной нефтяной компанией Азербайджана подписан меморандум о взаимопонимании, согласно которому уже в 2010 году Россия должна начать закупать голубое топливо, добытое на месторождении Шах-Дениз. Практически одновременно Иран объявил о возможности строительства «Персидского газопровода» через Ирак, Сирию, Средиземное море и далее в Грецию и Италию7. Этот проект может показаться достаточно привлекательным как для европейцев, так и с точки зрения возможного участия российских энергетических компаний (а вот позицию Вашингтона в этом вопросе прогнозировать гораздо труднее).
В любом случае США вряд ли откажутся от планов форсированного проникновения на Кавказ и расширения там своего военного присутствия. Это представляет чрезвычайно серьёзный вызов Ирану и России, создавая предпосылки их сближения. Такое сближение может означать более тесную координацию внешней политики, расширение экономического сотрудничества, возобновление ряда свёрнутых ранее программ в образовательной и гуманитарной сфере и, возможно, заключение соглашений военно-политического характера.

Статья подготовлена на основе выступления на заседании круглого стола «Российско-иранское сотрудничество на Каспии: региональные и глобальные уровни взаимодействия» в рамках Международной конференции «Российско-иранское энергетическое партнерство: гуманитарные стратегии» (Москва, РГГУ, 9-10 апреля 2009 г.).

«Газовые страсти». Кто в действительности ставит под угрозу проект «Набукко»?

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

«Эхо»: Проект «Набукко» может провалиться — с таким сенсационным сообщением выступила американская The Wall Street Journal. Европейские потребители энергоресурсов в прошлом месяце, вероятно, вздохнули с облегчением, когда ЕС принял решение о выделении 200 млн. евро на начальное финансирование проекта «Набукко», пишет газета. Казалось бы, наконец-то ЕС сплотился, чтобы предоставить финансовую поддержку проекту поставок природного газа в Европу через Турцию, который бы составил альтернативу импорту из России. На первом этапе проект «Набукко» должен был зависеть от газа, поставляемого с азербайджанских месторождений «Шахдениз-2» и «Азери-Чираг-Гюнешли» в Каспийском море, на втором — от газа из Туркменистана, Ирана, Ирака или других государств. Однако первоначально Азербайджан должен был играть ключевую роль. Но русские, по всей видимости, перехватили инициативу, пишет на страницах The Wall Street Journal Александрос Петерсен, напомнив о том, что глава азербайджанской государственной энергетической компании Ровнаг Абдуллаев посетил Москву 27 марта, где в офисе «Газпрома» подписал меморандум о взаимопонимании относительно поставок газа с двух новых месторождений для российского потребления, с возможностью дальнейшего экспорта в ЕС. Как признает газета, это соглашение пока носит лишь рекомендательный характер, но оно может сделать проект «Набукко» совершенно нецелесообразным. Называет The Wall Street Journal и причину. «Два крупных события последних нескольких месяцев изменили расклад: это российское вторжение в соседнюю Грузию и решение Турции связать энергетические проекты, проходящие по ее территории, со стремлением Анкары вступить в ЕС. Первое изменило западную ориентацию региона, хотя и не заблокировало планы Баку. Однако второе лишило Азербайджан и других производителей нефти и газа в Каспийском регионе важного моста в Европу. Другого выбора, кроме как повернуться на север, к России, по большому счету, не оставалось».
По мнению большинства аналитиков, статья Петерсена в The Wall Street Journal — это часть отчетливого тренда в американском, вернее, англоязычном медиапространстве: авторы многих статей призывают Евросоюз обратить более пристальное внимание на Турцию, чье влияние в регионе заметно выросло, а политика в отношении Запада уже строится по другим принципам, нежели в годы «холодной войны». Петерсен говорит об этом прямо: «Новая администрация во главе с Бараком Обамой ясно понимает стратегическую важность серьезного отношения к интересам Турции. Президент подчеркнул это, сделав последнюю остановку во время своего европейского турне в Анкаре. Скептически относящиеся к Турции лидеры стран ЕС должны последовать его примеру и как минимум посетить эту страну, чтобы выслушать ее мнение на сей счет». По его мнению, «результат недовольства Турции — это не только утрата ключевого партнера по транзиту энергоресурсов. Что более важно — это утрата производителей энергии. Она может привести к краху проекта «Набукко» — проекта, который Еврокомиссия называет стратегическим приоритетом ЕС. Такая перспектива поставит европейских потребителей в то же положение, в каком оказался Азербайджан. У них не останется иного выбора, кроме как повернуться в сторону России.»
Впрочем, признаков, что Европа передумает, пока нет. Многие мировые СМИ цитируют главу МИД Франции Бернара Кушнера, который заявил, что не поддерживает Турцию в связи с позицией официальной Анкары на саммите НАТО. По его словам, Турция исламизирует политику, выдвигая на передний план религию. Кушнер рассуждал о том, что был в шоке от поведения Турции во время выборов Андерса Фога Расмуссена на пост генерального секретаря НАТО. «Я поддерживал вступление Турции в Евросоюз. Но сейчас моя позиция изменилась. Меня поражает оказываемое на нас давление», — подчеркнул глава МИД Франции, выразив обеспокоенность тем, что президент США Барак Обама продолжает поддерживать членство Турции. «Американцы не могут принимать решения по вопросу членства в Евросоюзе», — уверен Кушнер. Добавим, что президент Франции Николя Саркози всегда выступал против вступления Турции в ЕС, и о какой поддержке в этом случае говорил господин Кушнер — вопрос как минимум открытый. Но означает ли это, что позиция Франции изменится, если у власти в Турции окажется менее «исламистское» правительство — это тоже тема, достойная обсуждения. В особенности на фоне того факта, что лидеры турецкой оппозиции с самого начала возлагали на визит Барака Обамы надежды на ограничение влияния исламистов в стране и добились того, что с каждым из партийных лидеров президент США встречался и беседовал отдельно, а не «общим списком».
Но, так или иначе, сам факт столь широкого обсуждения в СМИ того, что происходит вокруг проекта «Набукко», упоминание об «энергетических проектах», которые обсуждали Барак Обама и Ильхам Алиев во время своего телефонного разговора, не оставляет сомнений: Вашингтон в ближайшее время приложит все силы, чтобы проект «Набукко» стал реальностью. Тем более что подписанное в Москве соглашение ГНКАР и «Газпрома» носит рекомендательный характер. А ставки слишком высоки: экспорт энергоносителей, и прежде всего газа, в Европу остается для России главным источником и доходов, и политического влияния. И в Вашингтоне, по всей видимости, несмотря на все новомодные разговоры о «перезагрузке», оставлять европейское энергетическое поле за Россией не намерены. А вот в каком направлении будут приложены усилия, ясности нет. Очевидно, что США постараются убедить Европу изменить свое отношение к Турции. Но точно так же не исключено, что воздействовать будут и на Турцию и, возможно, на Азербайджан.
Но при этом очевидно и другое: не менее серьезной «бомбой» под новые газовые проекты может оказаться тот самый усиленно продвигаемый США «армяно-турецкий диалог». Который изначально задумывался как способ обезопасить энергетические коммуникации от еще одного замороженного конфликта, который при случае мог быть без труда разморожен той же Россией, но теперь грозит всерьез подорвать единый фронт Азербайджана и Турции — залог успеха энергетических проектов последнего времени. И этот новый фактор может оказаться в развитии ситуации на «газовом направлении» ключевым. Нурани

Газ-перехват / США опасаются за судьбу «Набукко» /

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

ГАЗЕТА.ру: США опасаются, что действия России нивелируют значимость проекта «Набукко» или вообще сделают его нецелесообразным. У России есть все шансы перехватить газ, предназначенный для «Набукко», и замкнуть эти поставки на себя, признают эксперты. Газопровод «Набукко» предназначен для поставки в страны Европы газа из Прикаспийского региона, а также, возможно, Ирана. В проекте участвуют австрийская OMV Gas & Power GmbH, венгерская MOL.

Америка боится, что Россия перехватит газ, предназначенный для газопровода «Набукко». Как пишет американская The Wall Street Journal, меморандум, подписанный Россией и Азербайджаном в конце марта, потенциально может сделать проект «Набукко» нецелесообразным.

В документе говорится о поставках газа в Россию с новых азербайджанских месторождений с учетом последующего экспорта в Евросоюз. А планировалось, что «Набукко» на первом этапе будет заполняться именно газом из Азербайджана. Таким образом, азербайджанского газа может попросту не хватить.

США – один из инициаторов «Набукко», и материал WSJ, вышедший через две недели после подписания российско-азербайджанского меморандума, – «предупреждение странам Евросоюза, очередное напоминание о том, что «плохие русские» намерены установить тотальный контроль энергопоставок», – говорит аналитик Financial Bridge Дмитрий Александров.

У американцев действительно есть все основания для опасений, говорят эксперты. «Сейчас Азербайджан добывает 10–12 млрд кубометров газа ежегодно. Однако в будущем эта страна планирует увеличить добычу до более чем 50 млрд кубов в год.

При мощности «Набукко» в 30 млрд кубов, если газ с новых азербайджанских месторождений (35–40 млрд кубометров ежегодно) будет уходить «Газпрому», газопровод «Набукко» просто нечем будет заполнять», – объясняет Александров.

Стратегия «Газпрома» – замкнуть на себя весь газ потенциальных поставщиков «Набукко»,
говорят эксперты.

«С Туркменистаном принципиальная договоренность уже есть, хотя в настоящее время туркменская сторона и отказывается строить трубу от своих месторождений; с Ираном недавно было заключено соглашение о спотовых поставках газа – так сказать, пробный выстрел в ту сторону; теперь – меморандум с Азербайджаном, – говорит аналитик. – Понемногу «Газпром» осуществляет свои планы».

Странам-поставщикам выгоднее иметь дело с Россией, нежели с американо-европейским проектом «Набукко», признают эксперты. «Газпром» может предложить поставщикам фактически европейские цены (минус стоимость транзита через территорию России), – поясняет аналитик ИК «Атон» Вячеслав Буньков. – «Набукко» также предлагает евроцены, однако это долгосрочный проект, с неясными перспективами строительства. В то время как «Газпром» уже сейчас предоставляет гарантированные объемы сбыта. Монополия в любом случае будет выкупать весь законтрактованный газ, даже если он будет особо и не нужен – в крайнем случае «Газпром» сократит собственную добычу. Для поставщиков это более простой и надежный путь».

В этом случае Россия сохранит мощнейший рычаг воздействия на европейского потребителя. Проект «Набукко» призван как раз снизить зависимость Евросоюза от российских поставок, и, если он лопнет, Европе не останется ничего, кроме как получать газ из российских «Северного потока» и «Южного потока». «Газпром» сохранит доминирующее положение, – говорит Буньков. – Без «Набукко» доля «Газпрома» на европейских рынках начнет расти».

Европейская мечта о «Набукко» может не сбыться

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Европейская мечта о EnergyLand: Слишком поздно страны Евросоюза достигли согласия о финансировании строительства газопровода «Набукко». Пока страны-участницы согласовывали инфраструктурный проект, Азербайджан, которому отводилась ключевая роль в его реализации, решил экспортировать свой газ в Россию.

Энергопотребители Европы должны были в прошлом месяце вздохнуть с облегчением, когда канцлер Германии Ангела Меркель поддержала планы ЕС по финансированию строительства трубопровода «Набукко», а Евросоюз запланировал в своем будущем бюджете выделение 200 миллионов евро на данный проект.
Однако обретенное такими усилиями единство оказалось недостаточным и возникло слишком поздно.
Так что европейская мечта об альтернативе российскому газовому экспорту может и не сбыться, пишет Wall Street Journal.
Проект «Набукко», предназначенный для транспортировки природного газа из прикаспийского региона в Австрию через территорию Турции, испытывает трудности с вероятными поставщиками газа. На первом этапе предполагалось, что основную наполняемость газопровода обеспечат  газовые месторождения Азербайджана — месторождение Шах-Дениз- 2 и  группа шельфовых месторождений Азери-Чираг-Гюнешли в Каспийском море.  А затем, когда газопровод выйдет на предполагаемую мощность в 31 млрд. куб. м. в год, к поставщикам присоединятся Туркменистан, Иран, Ирак и страны Персидского залива.
Однако теперь Азербайджан, играющий ключевую роль в реализации проекта, планирует экспортировать свой газ в Россию. 27 марта, во время своего визита в Москву, глава Государственной нефтяной компании Азербайджана Ровнаг Абдуллаев подписал меморандум о взаимопонимании с «Газпромом», который предполагает поставку природного газа из двух новых разработок Азербайджана в интересах российских потребителей. Не исключено, что далее этот газ будет экспортироваться в ЕС. Пока подписанный меморандум не является обязательным юридическим документом, однако данное соглашение вполне может сделать проект «Набукко» совершенно нежизнеспособным. Таким образом, Азербайджан  ответил на предложение «Газпрома», которое было сделано еще в марте прошлого года. Так что же заставило Абдуллаева поехать в Москву именно сейчас? В конце концов, Баку активно выступает за строительство «Набукко», считая этот трубопровод важным средством для налаживания более тесных связей с Турцией и Западом.
По всей видимости, согласие Азербайджана продиктовано еще и тем, что Турция, как ключевая транзитная страна в проекте «Набукко», стала использовать свое положение для требований скорейшего принятия  в Евросоюз. Тем самым Турция поставила под сомнение свою надежность как партнера по транзиту топлива для Азербайджана и других экспортеров газа из Каспийского бассейна.
Это парадокс, но ЕС добился единства в вопросе строительства «Набукко» спустя всего два месяца после того, как турецкий премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган (Recep Tayyip Erdogan) отказался участвовать в конференции, посвященной прокладке трубопровода. В качестве причины он назвал так и не завершившийся процесс вступления Турции в ЕС, заявив, что это главное препятствие на пути энергетического сотрудничества. Анкара выполнила все технические условия для вступления, однако сохраняющиеся в рядах Евросоюза разногласия по поводу членства Турции мешают ей сделать это.
Результат недовольства Турции — это не только утрата ключевого партнера по транзиту энергоресурсов. Что более важно — это утрата производителей энергии. Она может привести к краху проекта «Набукко» — проекта, который Еврокомиссия называет стратегическим приоритетом ЕС. Такая перспектива поставит европейских потребителей в то же положение, в каком оказался Азербайджан. У них не останется иного выбора, кроме как повернуться в сторону России.

«Nabucco» все-таки будет, но попозже

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

«Нефть России»: Кризис отодвигает сроки прокладки транскаспийского газопровода, но не отменяет политического стремления Европы получать газ из Центральной Азии в обход России.

Чуть больше, чем через месяц, в столице Чехии, Праге, пройдет саммит стран-участниц многострадального газового проекта «Nabucco», осуществление которого напрямую затрагивает ряд стран как Центральной Азии (Казахстан, Туркменистан, Узбекистан), так и государств Каспийского региона (Азербайджан, Иран). Многосторонняя дипломатия, разного рода подковерные договоренности, многочисленные визиты в регион, а также бесконечные саммиты-заседания давно уже закрепили за «Nabucco» статус «всеевропейской газовой стройки века».

Однако, несмотря на всю подобную активность — как дипломатическую, так и чисто финансовую, дело это с места пока так и не сдвинулось. Во многом виноваты здесь и серьезные расхождения ведущих участников проекта «Nabucco». Но в финансовом плане на дальнейшую судьбу «Nabucco» может самым непосредственным образом повлиять продолжающийся глобальный экономический кризис.

Поэтому неслучайно, что сторонники проекта готовятся к встрече в Праге с особым рвением, а на прошедшем в Лондоне саммите «большой двадцатки» вопрос об альтернативных энергетических проектах, по существу, отдан был на откуп «внутриевропейским интересам». А следовательно, уже в самое ближайшее время в новом клинче за «Nabucco» (и против него) сойдутся страны, для которых природный газ из Центральной Азии — не просто обычный стратегический энергоресурс, но и выгодная «политическая карта», которую можно в своих интересах бесконечно долго разыгрывать.

Без денег нет счастья на свете, и уж тем более новых газопроводов

Главной проблемой, с которой на данном этапе сталкиваются страны, выступающие за осуществление проекта «Nabucco», — это значительные суммы, которые в него требуется инвестировать и которые никто особо не намерен выделять. Оценки требуемых для «Nabucco» средств разнятся от 8 до 10 млрд. долларов, причем частично этот газопровод будет использовать мощности уже существующей трубы по маршруту Баку-Тбилиси-Эрзрум (Турция).

Напомню, что переговоры по проекту «Nabucco» ведутся еще с 2001 года, через полтора года планируется начать сооружение этого газопровода, а завершить его страны ЕС хотели бы к 2014 году. Ежегодно по газовой трубе из Центральной Азии в Европу намечено перекачивать около 30 млрд. кубометров природного газа, что даст теоретически возможность ряду европейских государств снизить свою зависимость от газовых поставок из России.

Между тем на сегодня у Евросоюза, который выступает главной «толкающей силой» проекта «Nabucco», нет столько много «лишних денег», да и в самой экономике стран ЕС наблюдаются очевидные кризисные явления. К примеру, на сегодня по всей Европе в основных секторах экономики снижается потребление нефти и газа, что, соответственно, приводит к меньшим объемам их импорта.

Также следует учесть, что даже после реализации проекта «Nabucco» в полном объеме поставки газа из Центральной Азии заведомо покроют всего около 7 %, а остальной газ пойдет в Европу из других источников. Поэтому совершенно естественно, что сам по себе проект «Nabucco» для ряда европейских стран важен, но его осуществление вряд ли вызывает на «старом континенте» какую-то особую спешку.

К тому же до сих пор не получено никаких гарантий по поводу того, что международные финансовые организации, особенно МВФ и Европейский банк, станут оплачивать те самые миллиарды евро, которые нужны для прокладки газовой трубы под дном Каспийского моря. Если бы сейчас политическая ситуация вокруг газовых поставок вдруг вновь обострилась, то, скорее всего, ЕС эти денежные «рычаги» быстро бы задействовало. А вот в «мирное время» в Брюсселе решили, что особенно дергаться по осуществлению «Nabucco» пока смысла не имеет.

Единая разъединенная Европа

Много споров по поводу «Nabucco» идет и внутри самого ЕС. Дело в том, что на данный момент ни один эксперт с точностью не способен предсказать, как долго продлится нынешний экономический и финансовый спад и сколько к тому моменту, когда спад закончится, на самом деле потребуется денег для осуществления проекта «Nabucco».
Одновременно с этим, выступая против «Nabucco» и любых маршрутов, идущих мимо российской территории, Россия всеми средствами пытается внести своего рода раскол в единую европейскую газовую позицию и с помощью других газовых проектов отвадить ЕС от самой идеи прокладки и новых труб из Центральной Азии под Каспием.
В этом плане России удалось во многом перетянуть на свою сторону Германию, которая больше продвигает идею «Северного потока» — прямого газопровода из России под дном вовсе не Каспия, а Балтийского моря, против чего, правда, выступает несколько стран, в том числе прибрежные государства Балтики, такие как Латвия, Эстония, Польша и Литва.
Не особо рвется участвовать в проекте «Nabucco» и Италия, для которой получать газ из России поставками из «Южного потока» (а этот газопровод пойдет под дном уже Черного моря) куда выгоднее и надежнее, чем «Nabucco».

Очевидно, что нельзя забывать и о том, что проект «Nabucco» не более, чем на несколько процентов экономически оправдан: куда больше он несет под собой чисто «политический замес», на котором целый ряд европейских стран (особенно Восточной Европы) хотят одновременно и лишний раз «понравиться» Соединенным Штатам, и побольнее уколоть Россию.

Интересно, что особое рвение к осуществлению проекта «Nabucco» проявляет сейчас Чехия, которая за свои шесть месяцев председательства в ЕС старается придать процессу прокладки газопровода необратимый характер. Именно в Праге вскоре пройдет саммит стран-участниц «Nabucco», и именно чешская сторона полностью поддерживает этот проект, постоянно напоминая о возможных новых «российско-украинских газовых разборках», которые будущей зимой вновь могут поставить якобы Европу в трудное положение.

Есть и еще одна важная загвоздка, которая мешает Европе серьезно начинать работы по прокладке «Nabucco». Даже если и удастся найти средства на начальные работы, до сих пор у ЕС нет четких гарантий от Туркменистана по поставкам требуемого количества газа по данной трубе. Без туркменского, а затем — и казахстанского газа проект «Nabucco» вообще бессмыслен, но вот гарантий того, что природный газ из Центральной Азии будет подаваться именно по транскаспийской трубе, на сегодняшний день нет никаких.
По существу, только Азербайджан готов поставлять свой газ по этому трубопроводу. Но при этом Баку не намерен ничего вкладывать в это строительство, как и не намерен себя ограничивать только трубой «Nabucco», планируя поставлять газ также и по другим маршрутам.

Так, к примеру, сейчас Азербайджан готов продавать свой газ в Грецию транзитом через Турцию и никакими туркменскими и казахстанскими газовыми потоками будущего себя не связывать. Здесь, правда, уже возникли проблемы с разностью цен, по которым Азербайджан продает газ своим «братьям» в Турции. Они намного ниже тех, что предлагается поставлять «обычным коммерческим партнерам» в Грецию.
Европейские комиссары-посланники регулярно наведываются в Центральную Азию, ведут переговоры и галантно обхаживают президента Туркменистана Бердымухамедова, но до сих пор он выражает свою готовность посодействовать «Nabucco» только теоретически, не беря, по существу, на себя никаких обязательств и не стремясь нарушать свои уже взятые ранее обязательства для поставок газа через Россию в Европу и на юг в Иран.

Турецкий барьер становится все выше и выше

И, наконец, об еще одной крайне важной проблеме, которую придется решать ЕС, а также тем странам Центральной Азии и Закавказья, которые все-таки решатся иметь дело с проектом «Nabucco». Речь идет о позиции Турции, которая уже сегодня вызывает большие опасения и тревогу практически у всех участников предполагаемого газового проекта.

Начнем с того, что Турция полностью поддерживает проект «Nabucco» и готова сотрудничать по нему и со странами ЕС, и с государствами Центральной Азии. Турецкий министр энергетики Гюлер всячески пытается подтолкнуть Евросоюз к более активным действиям по проекту «Nabucco», а также убеждает государства Центральной Азии в том, чтобы они как можно быстрее приняли решение и дали гарантии по поставкам газа через эту трубу.

При этом Турция намерена играть роль чуть ли не главного транзитного узла на пути центральноазиатского газа в Европу, а заодно торговать этим газом с выгодным для себя «наваром». Также Турция намерена, по существу, диктовать свои политические условия надежного газового транзита для ЕС, исходя из той позиции, которую будет занимать единая Европа в отношении принятия в свои ряды Турции.

Турецкая сторона между тем считает, что вступление Турции в ЕС и надежный газовый транзит из региона Каспия в Европу — более, чем взаимосвязанные вопросы, а посему в Брюсселе не плохо было бы с этим считаться.

Брюссель действительно турецкую позицию стал учитывать, но вовсе не в том контексте, на который рассчитывала Анкара. Так, ЕС сейчас всерьез рассматривает доставку природного газа из района Каспия через Азербайджан, Грузию, дно Черного моря, территорию Украины и далее в Центральную Европу. Турция в этом плане будет полностью в стороне, и тем самым турецкое руководство теряет какие-либо рычаги влияния на политическую позицию Евросоюза.

Показательно, что такой поход Евросоюза уже поддержали Соединенные Штаты, которые не хотели бы дополнительных трений между ЕС и Турцией, тем более в осуществлении столь важного с политической точки зрения проекта, как «Nabucco». В Вашингтоне всерьез опасаются, что Европа может стать вновь своего рода заложником, только на этот раз уже не трений между Россией и Украиной, а «турецкого транзита».
Есть еще две важные проблемы, которые затрагивают и будущее самого проекта «Nabucco», и возможной роли в нем Турции. Прежде всего это возможное участие в проекте Ирана, против чего Соединенные Штаты выступают по-прежнему довольно жестко. Те «мирные увертюры», с которыми к иранскому руководству обратился недавно президент США Обама, пока никак не отражаются на внешнеполитическом курсе Вашингтона и уж особенно — на возможности Ирана поставлять свой природный газ в Европу.

Да и в самом Иране пока нет четкой и ясной позиции относительно того, участвовать ли в таком проекте, как «Nabucco», и насколько таким участием можно было бы получить Тегерану выгодные для себя как политические, так и экономические дивиденды.
Не хотели бы в Тегеране и усиления транзитной роли в регионе Турции, тем более если иранский газ именно через турецкую территорию стал бы попадать в Европу (хотя сама Турция очень даже заинтересована в участии в таком проекте Ирана). Да и европейцы, опасаясь жесткой позиции Вашингтона, не хотели бы форсировать участие Ирана в проекте «Nabucco», как бы что с финансовой, что с экономической точки зрения это для них не было бы выгодно.

Другой проблемой для «Nabucco» и Турции может стать желание Соединенных Штатов по мере вывода своих войск из Ирака постепенно подтягивать к региональным экономическим проектам эту страну. Разумеется, на территории Ирака требуется для этого прокладывать соответствующую инфраструктуру, трубопроводы, охранять их от диверсий и разрушения, но по крайней мере теоретически подобное сотрудничество вполне может быть осуществлено.

Турция же в свою очередь не прочь, чтобы газ из Ирака шел через ее территорию далее в Европу. Но и в этом случае Анкара попытается стать главным «газораспределителем» в регионе, что в очередной раз может вызвать неудовольствие и в Вашингтоне, и в Брюсселе.

В результате, сдвинуть с мертвой точки проект «Nabucco» и подтолкнуть его к реальному, а не к декларативному осуществлению может только сильнейшая политическая воля основных его «газовых игроков» — стран ЕС, Центральной Азии и Азербайджана, и Соединенных Штатов. Только если будет найден какой-то разумный компромисс между всеми этими тремя силами, у «Nabucco» есть шанс со страниц многочисленных и ни к чему на деле не обязывающих межправительственных договоренностей перейти в практическую плоскость и начать прокладку транскаспийской трубы, каких бы трудностей и денег это ни стоило.

Об этом пишет «Деловая неделя».

Российский газовый рычаг в Европе — проблема для США

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

EnergyLand:  «Россия думает, что тот факт, что европейские страны и бывшие советские республики все еще находятся в сильной зависимости от российского монополиста «Газпром», предоставляет ей политические и экономические рычаги влияния», — заявил директор национальной разведки США Деннис Блэр (Dennis Blair).

Об этом глава американской разведки, составляя список мировых угроз и вызовов, заявил сенатскому комитету месяц спустя после январского газового спора между Россией и Украиной.
Введя свои войска на территорию Грузии в августе 2008 года, Россия усилила свой контроль над «энергетическим коридором», связывающим Каспийский регион с Европой, пишет французская газета «Le Monde». Российские войска с тех пор укрепили свои позиции в районе Южной Осетии, в нескольких десятках километров от места прохождения стратегического трубопровода, соединяющего Азербайджан и Турцию. Начиная с 1990-х годов, вокруг этого трубопровода строится американская стратегия, направленная на то, чтобы открыть дорогу углеводородам из Средней Азии в Европу, в обход, как России, так и Ирана.
Вполне логично, что проблемы энергетических маршрутов, Грузии и Украины включены в общее уравнение. Эти вопросы могли бы быть затронуты в ходе визита Барака Обамы в Турцию, которая является важной транзитной страной. Соединенные Штаты поддерживают европейский проект строительства газопровода Nabucco, проходящего по территории Турции, однако реализация этого проекта сталкивается с многочисленными проблемами, в том числе связанными с теми требованиями, которые выдвигает Анкара.
Январское прекращение поставок газа повлекло за собой для «Газпрома» упущенную выгоду в размере примерно 2 миллиардов долларов (стоимость газа, не поставленного на Украину и в европейские страны). Если прибавить к этому 700 миллионов долларов, недополученные российским бюджетом в виде налогов, то станет ясно, что Кремль понес весьма значительные потери. В особенности в контексте финансового кризиса, который страна переживает с осени 2008 года.
Российско-украинские соглашения, заключенные по итогам этого конфликта, стали для прозападного украинского президента Виктора Ющенко сильным политическим и финансовым ударом. Москва, по всей видимости, параллельно продолжала проводить стратегию, направленную на получение контроля над украинской газотранспортной системой. Поэтому она и была так возмущена, когда Европейский Союз решил способствовать модернизации этой инфраструктуры.

Персидский газопровод обошел «Набукко»

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

ИЗВЕСТИЯ.ру: Иран пообещал новую революцию — на этот раз в газоснабжении Европы. Газ из этой страны все-таки пойдет на Запад, но только не по «Набукко». Об этом в среду объявил министр нефти Ирана Голямхоссейн Нозари.
Теперь планы строительства самого амбициозного газопровода в обход России могут буквально рассыпаться в пыль — для них просто не останется «свободного» газа.

— В соответствии с разрабатываемым проектом иранский газ будет поставляться в европейские страны через Ирак, Сирию, Средиземное море и далее в Грецию и Италию, — заявил иранский министр. — Сейчас мы ведем переговоры с нашими европейскими партнерами. Но в конечном итоге будет достаточно трехстороннего соглашения по этому вопросу (между Ираном, Сирией и Ираком. — «Известия»).
Заявление прозвучало во время визита Голямхоссейна Нозари в Сирию. И, судя по его тону, переговоры прошли удачно. По крайней мере, имя газопроводу уже дали: Persian Pipeline (Персидский газопровод).

Новый маршрут для Ирана очень удобен, считает гендиректор компании «Метапроцесс» Кирилл Лятс.
Исламская Республика сможет поставлять газ через дружественные ей страны. А вот с Турцией у Ирана отношения всегда были довольно напряженными. Почему тогда никаких проблем персы не ожидают в Ираке? Ведь еще недавно эти страны воевали. Просто Иран может удачно использовать результаты американской агрессии.
США свергли режим Саддама Хусейна, и сейчас в Ираке очень сильно влияние шиитов — сторонников течения в исламе, которое исповедует большинство жителей Ирана. К тому же при желании направить свой газ по новому газопроводу сможет и Туркмения. Это автоматически превратит Иран в регионального координатора поставок газа.

Что новые газовые планы Ирана значат для нашей страны?

Во-первых, российские компании имеют все шансы поучаствовать в строительстве Персидского газопровода. У нас неплохие отношения с Ираном и хорошие — с Сирией. Поэтому наши компании могут поучаствовать в прокладке трубы и строительстве необходимых газоперерабатывающих заводов. Тем более что российский «Трансгаз» уже возводит в Сирии два газоперерабатывающих завода — правда, под другие проекты.

Во-вторых, строительство газопровода «Набукко» теперь вряд ли вообще имеет смысл. Газ для него европейцы хотели брать в Туркмении, Казахстане, Азербайджане и Иране. Но сейчас первые две страны уже продают весь свой идущий на Запад газ «Газпрому» — и по очень выгодной для себя цене. Так же собирается поступить и Азербайджан. А теперь Иран объявил о собственном экспортном проекте. Теперь газа для «Набукко» просто не осталось.

— Не думаю, что в Европе будут сильно горевать о «Набукко». Задачей было провести иранский газ в Южную Европу. И какая разница как, — уверен Кирилл Лятс.

Пока детали проекта «Персидский газопровод» не известны. Но предположить их можно. В первую очередь Иран постарается перерабатывать газ на газохимических заводах в Сирии, полагает Кирилл Лятс. Его также можно будет сжижать и перевозить в Европу по морю в танкерах-газовозах. На первое время для этого вполне достаточно «ширины трубы» в 10 млрд куб. м в год.

— Это потребует сравнительно небольших инвестиций, что в момент мирового экономического кризиса для Ирана может оказаться предпочтительным, — говорит эксперт.

Европа и Россия не могут разыграть Nabucco

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Максим Кирилов, «Позиция.su»: Евросоюз не отказался от идеи найти альтернативу российскому газу. Несмотря на трудности с финансированием и политические разногласия, ЕС в очередной раз заявил о намерении вложиться в строительство газопровода Nabucco. После саммита ЕС в Брюсселе 20 марта европейские страны пришли к консенсусу и вновь включили проект в число приоритетных. Стремление Москвы всячески заблокировать Nabucco пока не достигло успеха. Однако до конца не понятно, решение ЕС в пользу газопровода больше политическое или экономическое.
Напомним, что из-за отсутствия конкретной договоренности с потенциальными поставщиками газа и сложностями с финансированием в середине марта Европа приняла решения вывести газопровод Nabucco из списка приоритетных проектов. Это означало отказ от финансовой поддержки газопровода и перенос планов его строительства до лучших времен.
После этой «хорошей» новости российские чиновники позлорадствовали над западными соседями.  18 марта вице-спикер Госдумы РФ Валерий Язев в очередной раз назвал Nabucco «мертворожденным дитя». А председатель комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии Госдумы РФ Наталья Комарова выразила сочувствие всем участникам данного проекта, поскольку ждать коммерческой выгоды в случае его реализации больше не приходится.
Однако после последнего саммита Евросоюз принял решение ввести «Nabucco» в список проектов первой позиции и вести его финансирование отдельной строкой за счет неизрасходованных средств бюджета ЕС.
Но данное решение напоминает больше политический шаг – заявку на состоятельность, так как все еще не ясно, кто будет закачивать газ в трубу. Да и внутри ЕС единого мнения по газопроводу тоже нет. Основной потенциальный поставщик газа для Nabucco – Иран, однако США и ЕС, лоббирующие газопровод, не хотят иметь дело с нынешним иранским лидером Махмудом Ахмадинеджадом из-за его ядерной программы и непримиримой позиции по отношению к Израилю. Не далее как на прошлой неделе США заявили о том, что выступают против участия Ирана в Nabucco.
Другие, менее крупные потенциальные поставщики газа также пока не готовы вкачивать сырье в трубу. Российский «Газпром», предвидя планы своих западных конкурентов, на несколько лет вперед заключил контракты на экспорт газа из Туркмении, Узбекистана и Казахстана. А Азербайджан пока «думает» над предложением России о приобретении всего объема газа по рыночной цене.
Оказавшись в безвыходном положении, Евросоюз недавно предлагал и России участвовать в Nabucco, но, естественно, получил отказ. Действительно, России просто нет смысла подключаться к европейскому газопроводу, так как у Газпрома есть собственный проект «Южный поток», также ориентированный на Европу.
Кроме вышеназванных внешних факторов, продвижению проекта мешают и внутренние разногласия участников ЕС. Страны Центральной и Восточной Европы после того, как пострадали от недавнего российско-украинского газового конфликта поддерживают скорейшее введение альтернативной газовой трубы.
А вот сомнения в необходимости строительства этого газопровода высказывали Германия, Франция и Италия. В частности Берлин считает, что нужно выделять антикризисные деньги только на те проекты, которые могут быть реализованы в ближайшее время, в разгар кризиса не время инвестировать в долгосрочные проекты.
Но некоторые западные эксперты склонны с оптимизмом смотреть на будущее Nabucco, так как поставки газа по нему будут дешевле, чем по российскому Южному потоку. То есть коммерческая привлекательность проекта все еще сохраняется (минимальная оценка затрат на Южный поток — 19 млрд. Евро, то есть он более чем в два раза дороже Nabucco).
Nabucco должен поставить газ из Закавказья, Центральной Азии и Ближнего Востока через Турцию в Болгарию, Румынию, Венгрию до Австрии. Протяженность трубопровода — 3300 км из Турции до австрийского Баумгартена, пропускная способность — 31 млрд. кубометров в год, стоимость — 8 млрд. Евро. Учредители проекта — австрийская OMV, венгерская MOL, румынская Transgaz, болгарская Bulgargaz, турецкая Botas и германская RWE.