Метка:Азербайджан

Геополитика «труб»: украино-европейский сепаратный сговор, межстрановая конкуренция и Глобальная энергетическая Хартия

Опубликовано Обновлено на от wpmrРубрики:Nord Stream, Политика

Независимое аналитическое обозрение: На мировом энергетическом рынке произошли события, непосредственно затрагивающие интересы России. На саммите стран ЕС, состоявшемся 19-20 марта 2009 года лидеры ЕС признали проект строительства Nabucco приоритетным. Начало же строительства Nabucco запланировано на 2011 год, а запуск газопровода — на 2014 год. 23 марта 2009 года в Брюсселе была подписана совместная декларация по газовому рынку между Евросоюзом и Украиной. Россию, выступающую за трехстороннее соглашение о модернизации украинской газотранспортной системы, практически исключили из обсуждения вопроса. Как на это отреагировали в России?

«Мне кажется, что документ, о котором мы сейчас говорим, является как минимум непродуманным и непрофессиональным», — сказал премьер-министр Путин, отвечая на вопрос РИА Новости о договоре Евросоюза с Украиной. Путин подчеркнул, что обсуждать вопросы увеличения «прокачки» газа через территорию Украины без основного поставщика (России) просто несерьезно. В марте 2006 года президент России Владимир Путин заявил на встрече с министрами энергетики «большой восьмерки»: «Одним из ключей к глобальной энергетической безопасности является справедливое распределение рисков между производителями, участниками транзита и потребителями энергоресурсов». И с того времени позиция России не изменилась.

Реакция на данные события в сети Интернет была более жесткой. Многие аналитики признают, что сегодня Украина ищет любые пути для того, чтобы отсрочить собственное банкротство. Продать за бесценок ГТС – это один из способов получения определенных финансовых средств, необходимых руководству Украины. Широкий круг экспертов оценил соглашение между ЕС и Украиной как «сепаратный украино-европейский сговор».

Контроль над трубопроводом

Предложение ЕС о финансировании модернизации ГТС включает в себя широкий круг обязательств Украины. Украина взяла на себя обязательства обеспечить независимость оператора по транзиту газа, обеспечить прозрачность и открытость для инвесторов по модернизации газотранспортной системы и предоставить равный доступ к соответствующей финансовой и технической информации, а также обеспечить контроль над полученными на модернизацию газотранспортной системы средствами. Украина обещает дать возможность операторам транзита газа действовать на коммерческой основе для выполнения своего бизнес-плана в долгосрочной перспективе. Киев также обязался обеспечить доступ третьих сторон к подземным хранилищам газа на «прозрачных» коммерческих условиях. Согласно декларации, реформу газового сектора Украина должна завершить до конца 2011 года, что будет также отражено в соглашении об ассоциации между Украиной и ЕС, а также в соглашении о присоединении Украины к энергетическому сообществу.

Ранее А.Пиебалгс, член еврокомиссии по вопросам энергетики, заявил: «Чтобы воплотить в жизнь международную энергетическую политику на базе общих целей, ЕС будет отстаивать единую точку зрения. ЕС примет на себя инициативу по разработке международных соглашений, таких, как Энергетическая Хартия и режим воздействия на климат после исполнения Киотских соглашений, с целью формирования вокруг ЕС безопасной энергетической зоны… Европа нуждается в сильной энергетической политике. Для этого Европейская Комиссия разработала, а Европейский Совет в марте 2007 года одобрил важный набор предложений по совершенствованию европейской энергетической политики. Эта всеобъемлющая стратегия, сопровождающаяся принятым планом действий, устанавливает долгосрочные подходы к совершенствованию внутреннего энергетического рынка, увеличению использования возобновляемых источников энергии, диверсификации и обеспечению безопасности поставок, и позволит контролировать спрос за счет радикальных мер поддержания энергетической эффективности». Ю.Боровский отметил: «За многие десятилетия мир привык к преобладанию ключевых западных энергетических корпораций, которые почетно именовались столпами (majors) мировой энергетической индустрии. В первые годы XXI столетия эта традиция была поставлена под сомнение. На первый план начала выходить группа незападных, государственных или полугосударственных, нефтегазовых корпораций». И вот текущий мировой кризис позволил majors начать процесс возвращения утраченных позиций.

Аналитик Аркадий Порунов выделил следующее: «В современном мире конкурентная стратегия любого участника международного рынка энергоресурсов реализуется по следующим ключевым направлениям:

— контроль над энергетическими ресурсами;

— доступ к рынкам;

— контроль над транспортными путями;

— конкурентное доминирование.

Для достижения этих целей используются как традиционные (экспорт коррупции, непрозрачных методов ведения бизнеса, теневых финансовых трансфертов), так и новые — бифуркационные — методы ведения конкурентной борьбы, в основании которых лежит философия нестабильности и хаоса».

Сепаратный сговор между Евросоюзом и Украиной, исключение России из проекта модернизации украинской ГТС – это новый формат взаимоотношений между ЕС и Россией. Такие взаимоотношения обычно бывают между странами в преддверие войны.

Сознательное исключение России из процесса принятия решений по широкому кругу вопросов, непосредственно связанных с энергетической безопасностью нашей страны, формирует новую реальность. Проблема не в том, что у России уменьшаются рычаги влияния на цену транзита газа. Проблема в том, что ЕС сознательно обостряет отношения с Россией в условиях мирового кризиса, не отдавая себе отчета в том, что лимит уступок со стороны руководства России уже давно исчерпан. Нет сомнений в том, что данное соглашение гарантированно приведет к тому, что Россия будет вынуждена искать иные формы международного воздействия на основных участников газового рынка. 

Знаки для ЕС

Необходимо признать, что две «газовых» войны между Россией и Украиной оказали определенное влияние на внешнюю политику России. В рамках энергетической политики нашей страны произошли знаковые изменения. Отметим наиболее существенные:

·        Создание «газовой» ОПЕК

·        Начало строительства трубопровода Сковородино – Мохай (КНР), «замороженного» в 2003 году

·        Наличие «энергетического блока» в предложениях Российской Федерации саммиту «большой двадцатки» в Лондоне  

21 октября 2008 года Россия, Иран и Катар, имеющие в  своем распоряжении более 60% мировых запасов газа, договорились о создании «газовой ОПЕК». «Газовый» ОПЕК был создан вопреки протестам ряда европейских лидеров и руководства США.

28 октября 2008 года ОАО «Транснефть» и Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) подписали соглашение о принципах строительства и эксплуатации нефтепровода от Сковородино до границы с КНР. Проект ответвления от нефтепровода Восточная Сибирь — Тихий океан до границы с Китаем предполагает строительство нефтепровода протяженностью 67 км от российского населенного пункта Сковородино (Амурская область) до приграничного города Мохэй. Министр энергетики РФ С.Шматко проинформировал, что реализация проекта увязана с подписанием контракта между «Роснефтью» и CNPC на поставку нефти в Китай, а также с ценами этих поставок. По его словам, китайская сторона уже начала «серьезные работы» по проектированию и прокладке этой ветки на своей территории. Аналитик Д.Абзалов отметил: «Проблема в перераспределении мировых потоков нефти, основную роль здесь может сыграть российский проект ВСТО. Если этот проект будет завершен, большая часть российской нефти (в том числе и из Восточной Сибири, которая должна компенсировать сегодняшнее снижение добычи в странах Европы) пойдет в Азию: Китай, Японию и Индию».

16 марта 2009 года на официальном сайте президента РФ Д.Медведева были опубликованы «Предложения Российской Федерации к саммиту «Группы двадцати» в Лондоне (апрель 2009 года)». Пункт 8 предложений – «концепция энергоэффективного роста». Действия ЕС и Украины жестко противоречат данной концепции.

Вице-спикер Госдумы В.Язев отметил: «Евросоюз серьезно заботится о собственной энергетической безопасности, однако она не улучшается — собственное производство первичных источников энергии падает, а принципиально новые в необходимых масштабах не появляются». И с этим необходимо согласиться. Но понимания того, что именно активное воздействие на Россию ведет к изменению в российской внешней политике, у европейских политиков нет.

«Газовые клещи» и «геополитика труб»

Ю.Боровский отметил: «Выбор транзитных маршрутов – современный вариант геополитики. Самый наглядный пример – Каспийский регион с его существующими и перспективными транспортными маршрутами. По мнению стран ЕС и США, ресурсы региона (прежде всего центральноазиатские) должны экспортироваться, минуя Россию, которая считается отдельной энергетической зоной мира. Путем неимоверных лоббистских и финансовых усилий к 2006 г. были созданы нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан и газопровод Баку – Тбилиси – Эрзерум. Планируется строительство газопровода «Nabucco», а также транскаспийской и трансафганской газовых магистралей». А.Порунов акцентировал внимание на том, что «Россия ищет себе особых партнеров в Европе для организации крупных центров по снабжению природным газом, так называемых газовых хабов. В качестве тактических союзников в газовой войне на европейском театре выбраны Германия (проект ‘Северный поток’) и Италия (проект ‘Южный поток’). Образно говоря, Россия берет Европу в ‘газовые клещи’, образуемые обоими этими проектами. Сегодня в США такие ‘газовые клещи’ расцениваются как русский инструмент монополизации поставок энергоресурсов в Европу». Признаем, что словосочетание «газовые клещи» получило широкое хождение в Европе.

А.Порунов отметил: «Американская сторона прикладывает значительные усилия и для того, чтобы вывести транзитные нефтегазовые магистрали за пределы России, в обход российской территории. Такая позиция — элемент евразийской геоэнергетической стратегии США по минимизации российского влияния в прикаспийском регионе и отсечению России от месторождений нефти и газа. В свете такой стратегии нетрудно объяснить причину столь болезненного реагирования Вашингтона на совместный проект четырех столиц — Москвы, Ашхабада, Астаны и Ташкента — по сооружению прикаспийского нефтегазового коридора в направлении Западной Европы по территории России». По оценке французской газеты «Le Nouvel Economiste», Вашингтон использовал антиталибскую кампанию для усиления своего присутствия в Центральной Азии: ведь ее часть, обращенная к Каспию, содержит огромные запасы углеводородов. Кроме того, контроль США над Афганистаном позволит воскресить идею строительства газопровода из Туркмении к Индийскому океану через Афганистан и Пакистан.

Новая администрация США, в лице Госсекретаря Х.Клинтон, подчеркивает: «Мы осуждаем действия России в Грузии и обеспокоены использованием энергетики в качестве инструмента для запугивания» (05.03.2009). Аналитик Ю.Баранчик отметил: «Минусом ситуации для США является то, что, несмотря на все их усилия, экономический рост в этих странах продолжается, а кризисные явления в экономике США продолжают ускоренными темпами накапливаться».

А.Порунов выделил: «США и Запад чрезвычайно озабочены активностью российских газовых и нефтяных компаний в Центральной Азии. Особенно негативное отношение американцы демонстрируют к инициативе России, связанной с созданием в рамках ШОС аналога газовой ОПЕК. Россия не в первый раз выступает с этой идеей. Несколько лет назад Москва уже делала предложение Казахстану, Узбекистану, Туркменистану и Азербайджану создать нечто подобное. Но именно сейчас, судя по всему, эта идея может обрести реальные очертания, ведь в ШОС входят действительно крупнейшие страны — экспортеры и импортеры голубого топлива. К тому же Россия, Казахстан и Туркменистан уже ведут активную работу по строительству газопроводов в сторону Поднебесной. Ожидается, что во второй половине текущего года Китай и Россия приступят к реализации совместного проекта — сооружению газопроводной системы ‘Алтай’. Эта система соединит месторождения в Ямало-Ненецком автономном округе с Синьцзян-Уйгурским автономным районом Китая. Система ‘Алтай’ выгодна для России, с вводом ее в эксплуатацию значительно возрастет степень диверсифицированности национального газового экспорта».

Сетевые межгосударственные союзы

Сетевых межгосударственных союзов на сегодняшний день нет. Сетевые межгосударственные союзы сегодня находятся в стадии проектирования. Многим государствам необходимо время на осознание собственной выгоды от инновационных форм сотрудничества, соответствующих духу ХХI века. Необходимо отметить, что сетевые межгосударственные союзы будут формироваться не на базе отживающих свой век глобальных институтов, аналогичных ВТО, с жесткими «правилами игры» для всех государств. Союзы будут возникать на условиях кооперации и взаимных гарантий. Причем, создаваясь на первом этапе как экономические союзы, со временем эти союзы станут и политическими.

Два крупнейших российских проекта в сфере энергетики – это «Северный поток» и Южный поток». «Северный поток» (Nord Stream) должен соединить Россию и Германию. Он будет проложен по дну Балтийского моря по нейтральной территории. Трубопровод «Южный поток» (South Stream) должен соединить Россию и страны Южной и Центральной Европы. Он пройдет в Болгарию по дну Черного моря. Далее, одна ветка газопровода пойдет через Грецию на юг Италии, а вторая — через Сербию и Венгрию в Австрию. Межправительственные соглашения, которые позволят реализовать строительство сухопутных частей «Южного потока», уже подписаны с правительствами Болгарии, Сербии, Венгрии и Греции.

Строительство «Северного потока» по дну Балтийского моря может заложить основу российско-германского сетевого межгосударственного союза. Создание своеобразного «санитарного кордона» между Россией и Старой Европой из Украины, Польши и стран Балтии, а также «газовые» конфликты России с Украиной, послужили толчком в деле ускоренного создания энергетического межгосударственного союза России–Германии. Необходимо вспомнить, что объединение Европы началось с «Союза Угля и Стали» для того, чтобы осознать перспективу «Союза Газа и Трубы». Если к вышеизложенному добавить, что руководство России является сторонником того, чтобы Германия вошла в Совет Безопасности ООН, то перспективы политического сетевого межгосударственного союза становятся очевидными.

Энергетический фактор в мировой политике и глобальная конкуренция 

Выход из мирового кризиса гарантированно приведет к тому, что в фокусе общественного и экспертного внимания окажется энергетика. Историк А.Крылов отметил: «В наступившем XXI веке энергетический фактор приобретает небывалую остроту. Страны так называемого «золотого миллиарда» ныне потребляют до 80 процентов всех добываемых мировых природных ресурсов. Развивающиеся страны ставят своей целью ускоренными темпами догнать развитые. Вначале вперед рванули «азиатские тигры», потом Китай, Индия и Бразилия. Всем им нужно все больше энергоресурсов. Но ограниченные природные ресурсы нашей планеты ставят под сомнение саму возможность того, что большинству из развивающихся стран когда-либо удастся догнать страны «золотого миллиарда». Крылов считает, что «Обостряющаяся борьба за энергоресурсы делает развитые и развивающиеся страны потенциальными антагонистами. Имеющихся на планете запасов нефти хватит в лучшем случае на несколько десятилетий. Это повышает значение энергетического фактора в мировой политике, так как любое нарушение стабильности поставок нефти и газа грозит дезорганизацией экономической и политической жизни тех государств, которые их экспортируют. Именно к ним принадлежат наиболее развитые и благополучные страны современного мира — США и государства Западной Европы».

Н.Симония презентовал следующее видение: «Произошла глобализация. Одним из результатов глобализации был аутсорсинг. Аутсорсинг породил сервисные компании, которые стали самостоятельными от мейджорс и супермейджорс. А этим сервисным компаниям абсолютно наплевать, обслуживают ли они мейджорс, «Эксон» или Газпром, или еще кого-то. И получилось, что национальные корпорации, сами не имея необходимого опыта менеджмента и технологий, нанимают эти сервисные компании. И сейчас на нефтяном рынке самые процветающие компании не нефтяные корпорации, знакомые нам всем по именам, а именно сервисные компании. Они самые сливки снимают, потому что они все нарасхват. И у нас сейчас идет бум этих сервисных компаний. Во-первых, известные «Хэллибертон» «Шлемберже» и др., а тут еще буквально два года назад появилась «Интегра», которая выросла как на дрожжах и уже провела IPO, которое оценило ее в 2,8 млрд. долларов США. Из ничего сделали крупную сервисную компанию. И она уже идет и в Татарстан, и в Китай. Т.е. это тоже совершенно новое явление. И мы предложили Штокман осваивать именно этим компаниям в виде подрядчиков. Тоталь сразу сказал, что не собирается быть подрядчиком у Газпрома, но «Шелл» тут же прибежал в Москву и предложил свои услуги. «Шеврон» обдумывает этот вопрос. А норвежцы просто сидят у нас в кармане, потому что они знают, что у них нет перспективы в смысле стратегическом и им важно закрепиться у нас. И у них есть большой и богатый опыт в тех же условиях в Баренцевом море, где Штокман». Альфредо Халифе Рахме отметил: «Мы живем в многополюсном и многогранном мире, подтверждением чему служит новая «холодная» нефтяная война, начавшаяся после событий 11 сентября. Основные действующие силы зарождающегося миропорядка это Соединенные Штаты, Европейский союз и страны БРИК — Бразилия, Россия, Индия и Китай. Они участвуют в войне, стремясь заполучить как можно больше карт для игры в стратегическом треугольнике, состоящем из Персидского залива, Каспийского моря и Западной Сибири».

А.Порунов выделил существенное: «Природа современного энергопротивостояния не может быть рассмотрена в исключительно экономическом смысле в отрыве от глобальной межстрановой конкуренции и геополитики. В океане статистики международного энергопотребления скрыты глубинные тенденции международного антагонизма». И с этим необходимо согласиться.

Войны за транзит

«Украино-европейский сепаратный сговор» – это всего лишь еще одна война за транзит. Цена транзита – украинская государственность. Ю.Бялый акцентировал внимание на особенностях борьбы «за системы транзитных экспортных нефтяных и газовых коммуникаций. Здесь, опять-таки, нет нужды объяснять, какие многолетние баталии шли и идут вокруг трубопроводов Тенгиз-Новороссийск, Баку-Джейхан, Туркмения — Афганистан — Пакистан — Индия, Иран — Пакистан — Индия, Гана — Гвинейский залив, Голубой поток, Североевропейский газопровод и т.д. Мы прогнозируем резкое нарастание и этого слагаемого мировой (пока, слава богу, все же холодной) энергетической войны. Которая, как мы считаем, уже ведется. А в ближайшие 10 лет будет приобретать все большее значение в рамках этого второго сценария. Но, как можно заметить, уже в этой «холодной» энергетической войне налицо существенные компоненты войны «горячей». Так, в частности, операция в Ираке заблокировала доступ к нефтяным ресурсам страны подавляющему большинству нефтяных компаний, кроме американских и британских. А заодно снизила возможности закупки иракской нефти Китаем».

Ю.Бялый также отметил: «Другой пример — война в Афганистане наглухо и надолго заблокировала любые возможности прокладки трубопроводов из Туркмении в Пакистан и Индию. Третий пример — если произойдет военная операция против Ирана — последствия для снабжения нефтью Китая, Индии, Японии, ряда других стран окажутся еще серьезнее. Между тем, все это лишь первые, пока что не слишком явные, операции «горячей» энергетической войны».

В работе «Третья Мировая война, новая «Холодная» война и энергетические войны» достаточно подробно анализировался аспект энергетических войн, и нет необходимости возвращаться к данной теме. Отметим существенное.   Джон Грей предположил: «Главной темой многих конфликтов, которых можно ожидать в этом веке, наверняка будет борьба за энергоносители». И с ним необходимо согласиться.

Многополюсная мировая энергетика и глобальная энергетическая хартия

Альфредо Халифе Рахме выделил следующее: «Четверо из участников зарождающегося шестиполюсного миропорядка — Европейский Союз, Бразилия, Индия и Китай – давно осознали стратегическую значимость энергетических ресурсов, в то время как мексиканский президент Фокс додумался совершенно безрассудно заявить, что «нефть не является стратегически важным элементом». Судхир Чадда  в «Indian Daily» отмечал, что «в мире уже идет холодная война за нефть. Аппетиты Китая, Индии и Бразилии будут способствовать укреплению их отношений с Россией и между собой. Влияние Бразилии на Венесуэлу привнесет в БРИК дополнительные нефтяные активы». Представляется, что связующим звеном между Россией, Бразилией, Индией, Китаем, Саудовской Аравией, Кувейтом и всеми странами ОПЕК может стать Глобальная энергетическая Хартия.

Вице-спикер Госдумы В.Язев акцентировал внимание на том, что «и нефть, и газ — это, в первую очередь, энергия, энергетическая безопасность России, глобальная энергетическая безопасность. Поэтому энергетическая дипломатия как таковая — это важная часть международной деятельности. Располагая таким огромным энергетическим потенциалом Россия, на мой взгляд, сегодня использует его не в полной мере». С данным утверждением нельзя не согласиться. Но уже сегодня необходимо идти дальше. «Сепаратный украино-европейский сговор» не оставляет лидерам России выбора.

России необходимо начинать широкий круг международных консультаций по принятию на Генеральной Ассамблее ООН Глобальной энергетической Хартии. При этом должно быть признано, что Глобальная энергетическая Хартия не может базироваться на декларативной и недееспособной европейской энергетической хартии.  

Газпром перекрыл последний канал для Набукко

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

BIGNESS.ru: «Газовая» политика России уже стала похожа на холодную войну. На этот раз Газпром перевел на себя потоки газа из Азербайджана, последнего из возможных поставщиков газа для Набукко – проекта газопровода в обход России. В то время, как политические выгоды от данного соглашения очевидны, экономические еще не вполне ясны.

Сражения на фронтах «газовой холодной войны» продолжаются. На прошлой неделе российская сторона была уязвлена подписанием за её спиной договора на модернизацию Евросоюзом газотранспортной системы Украины. Но сегодня — ход за Россией. Она отсекла еще одного потенциального поставщика газа для проекта «Набукко». А ведь реализацией именно этого проекта Европейский Союз бравировал, демонстрируя желание снизить свою зависимость от российских поставок газа.

Справка: Набукко (Nabucco – с итальянского переводиться как Навуходоносор) — проект магистрального газопровода из Центральной Азии в страны Европейского Союза. Газопровод должен быть проложен в обход России через Азербайджан, Грузию, Турцию, Болгарию, Румынию, Венгрию, Австрию и Германию. В качестве потенциальных поставщиков газа для Набукко назывались Азербайджан, Иран, Туркмения и Ирак.

Наиболее важным препятствием в реализации проекта «Набукко» выступает проблема наполнения трубопровода газом. Как рассказывал Bigness.ru, Россия уже давно заключила с Туркменией договор о выкупе всего газа этой страны по цене, рассчитываемой по европейской формуле. Так что у Туркмении пока нет мотива думать о поставках газа на Транскаспийский газопровод, который фактически является началом Набукко.

В середине марта российской стороной был подписан «Меморандум о взаимопонимании в нефтегазовой сфере»с Ираном.

Казалось, что Европа уже сама признала данный проект нецелесообразным. На данный момент проект исключен из списка приоритетных проектов, то есть подлежащих финансированию отдельной строкой за счет неизрасходованных средств бюджета Евросоюза.
Тем не менее, теперь Газпром заключил договор с азербайджанской стороной – последним возможным источником газа для проекта «Навуходоносор». На днях «Газпром» и Государственная нефтяная компания Азербайджана (ГНКАР) подписали меморандум о взаимопонимании.

Согласно документу, российской и азербайджанской компаниям необходимо согласовать условия купли-продажи азербайджанского газа. Поставки азербайджанского газа должны начаться с января 2010 года до границы с Россией. Вместе с тем, точные объемы поставок и цена выкупа пока не называются.

Аналитик ИК «Файненшл Бридж» Дмитрий Александров в интервью Bigness.ru подчеркнул, что подобные соглашения, безусловно, призваны показать западному консорциуму, что никаких вариантов для реализации «Набукко» в том виде, в каком он того хочет, нет.

Аналитик ИК «Тройка Диалог» Валерий Нестеров согласился, что Газпром прилагает усилия, результатом которых вольно или невольно является лишение Набукко источников поставок газа. Вместе с тем, он отметил, что говорить об отказе Европы от «Набукко» пока не приходиться. На данный момент средства, которые требовались для реализации проекта, ЕС выделил на реализацию концепции «Южного коридора», куда «Набукко» входит. Другое дело, что проект действительно «остается в подвешенном состоянии», заметил В. Нестеров.

Д. Александров напомнил, что к 2020 году по прогнозам в Азербайджане будет добываться около 50 млрд куб. м газа в год, тогда как сейчас добыча составляет порядка 11-12 куб. м. Оптимистичные ожидания связаны с успешными геологическими исследованиями на месторождении «Шах-Дениз» и на ряде других проектов. Вместе с тем, будут ли найдены большие запасы газа в Азербайджане, еще вопрос, отметил аналитик «Файненшл Бридж».

Тем не менее, по словам нашего собеседника, для Газпрома есть выгода выкупать весь газ, который будет добыт в Азербайджане по той же схеме, по которой он договорился его приобретать у Туркмении. В таком случае Газпром сможет оперировать газом, как захочет.

Однако В. Нестеров из «Тройки – Диалог» резонно заметил, что в случае данных поставок еще неизвестно, о каком количестве газа идет речь. Возможно, о совсем небольшом. Кроме того, по словам В. Нестерова, для Азербайджана приоритетным сейчас является наполнение газом альтернативной «трубы»: по ней азербайджанский газ должен идти по Южнокавказскому газопроводу в Турцию, из Турции — в Грецию, из Греции — в Италию.

Аналитик ФК «Уралсиб» Михаил Занозин также подчеркнул, что соглашение Газпрома и ГНКАР является рамочным, и носит скорее стратегический характер.
На наш вопрос о том, как Газпром может распорядиться газом из Азербайджана, Д. Александров заметил, что если в этой стране будут добываться действительно большие объемы «голубого топлива», то будут необходимы и новые газопроводы.

В таком случае у Газпрома есть два варианта строительства газопроводов. Первый — направить морскую ветку в Туркмению и там присоединить ее к Транскаспийскому газопроводу. Однако это ненадежный вариант, так как Транскаспийский газопровод является основой для конкурирующего проекта «Набукко» и Газпром может со временем упустить свое влияние над этой «трубой».

Так что такой вариант едва ли будет реализован, либо Газпром будет иметь в этом проекте контрольную долю, предположил аналитик «Файненшл бридж».
Более приемлемым является вариант строительства трубопровода, направленного вдоль азербайджанского и российского побережья каспийского моря в центральные районы России.

Политическая выгода от данного соглашения очевидна, однако целесообразно ли оно экономически? Если Газпром планирует выкупать газ по цене, рассчитанной по европейской формуле, это вполне жизнеспособный вариант, заметил аналитик «Файненшл бридж». Д. Александров подчеркнул, что себестоимость добычи газа в некоторых районах России выше, чем себестоимость его добычи в Азербайджане. По словам эксперта, логичней покупать дешевый газ в Азербайджане, чем добывать его в России, например на Ямале.

В то же время, по словам В. Нестерова, экономическая целесообразность новых поставок «не вполне ясна», потому что неизвестно, о каких объемах газа идет речь. Вместе с тем, азербайджанский газ «лишним не будет», заметил В. Нестеров. Как минимум потому, что, скорей всего, речь идет о незначительных для масштабов России объемах.

«При внутреннем потреблении в России порядка 450 млрд куб. м газа в год, включая технологический газ, поставки газа даже в 10 млрд куб. м будут не очень заметны», — уверен он.

М. Занозин из «Уралсиба» согласился, что для Газпрома поставки азербайджанского газа, скорее всего, будут незначительными. Однако он предположил, что поставленные объемы пойдут на проект «Южный поток». Азербайджанский газ более или менее соответствует требованиям поставок в Европу, тогда как среднеазиатский газ для этого не годится. Среднеазиатский газ сернистый, он портит трубы, для поставок его надо перерабатывать, пояснил М. Занозин.

И всё-таки коридор «Север — Юг»…

Опубликовано Обновлено на от wpmrРубрики:Политика

Фонд стратегической культуры: Последний визит в Россию президента Туркмении Г. Бердымухаммедова, в ходе которого были подписаны соглашения об организации прямого железнодорожно-паромного сообщения между Астраханью, Махачкалой и Туркменбаши, а также участии «Российских железных дорог» в строительстве туркменского участка трансконтинентальной железной дороги Иран – Туркменистан — Казахстан, вновь актуализировал идею развития международного транспортного коридора «Север — Юг».

Интерес к этому проекту обусловлен поисками альтернативы лоббируемому Евросоюзом «широтному» маршруту ТРАСЕКА (транспортный коридор Европа – Кавказ — Азия), который, как мыслится, должен соединять страны Центральной Азии с Европой через территорию Азербайджана и Грузии. «Пятидневная» война в августе 2008 г. привела к остановке работы не только железных дорог и черноморских портов Грузии, но и проходящих через её территорию нефте- и газопроводов, включая Баку – Тбилиси – Джейхан, единственный на сегодняшний день нефтепровод, связывающий богатые энергоносителями бывшие советские республики со странами Запада в обход России.

Соглашение о формировании международного транспортного коридора (МТК) «Север — Юг» было подписано ещё в сентябре 2000 г. Россией, Индией и Ираном в ходе второй Евроазиатской конференции по транспорту, проходившей в С.-Петербурге. К марту 2002 г. соглашение было окончательно ратифицировано всеми его участниками. В последующие годы к нему присоединилось более десятка государств: Белоруссия, Казахстан, Таджикистан, Азербайджан, Армения, Киргизия, Украина, Болгария, Турция, Оман и Сирия, а возможность участия в нём рассматривают Туркменистан, Бахрейн, Саудовская Аравия, Кувейт, ОАЭ, Индонезия, Малайзия и Шри-Ланка. Сам список участников свидетельствует о преимущественно «восточном» характере проекта, ориентированного на развитие долготных транспортно-коммуникационных связей на территории Евразии.

Основными целями проекта являются сокращение времени, стоимости и увеличение объёмов перевозки грузов, для чего необходимо унифицировать все юридические и технологические процессы. В рамках коридора «Север — Юг» изначально предполагалось задействовать три варианта маршрутов: по железным дорогам России и Ирана с использованием паромной переправы через Каспийское море, по восточному побережью Каспия через Казахстан, Узбекистан и Туркменистан и западному побережью через Азербайджан или, как вариант, Армению. Конечными пунктами этого коридора в России являются балтийские порты, а также пропускные переходы на границе с Финляндией, Белоруссией и странами Балтии. На юге маршрут заканчивается в портах Персидского залива, откуда грузы морем доставляются в Индию.

Главным преимуществом коридора «Север — Юг» по сравнению с традиционным международным путем через Суэцкий канал является сокращение времени и стоимости перевозки грузов. Если через Суэцкий канал груз из Южной Азии в Европу доставляется за 35 суток, то по коридору «Север — Юг» — за 20-25 суток. Весной 2000 г. совместная российско-иранская компания ИРСОТР осуществила прогон пробной партии пяти сорокафутовых контейнеров от Бомбея до Москвы за 21 день. В результате транспортировка грузов по новому коридору обходится на 20% дешевле, чем через Суэц. По оценкам Минтранса РФ, перевозки грузов по маршруту «Север — Юг» в перспективе могут составить до 20 млн. тонн в год без учёта нефти и нефтепродуктов.

Туркменистан, имеющий на юге протяжённую границу с Ираном и ещё в 1996 г. соединивший свои железные дороги с иранскими через пограничный переход Теджен — Серахс, вполне может стать одним из ключевых участников МТК «Север-Юг». Тем более что транспортировка грузов по суше происходит быстрее, чем через каспийские порты, а рельеф местности, где предполагается строить новые железнодорожные пути, не столь гористый, как на другом сухопутном участке маршрута – через Закавказье.

Меморандум о строительстве новой прикаспийской железнодорожной линии Узень — Гызылгая — Берекет — Этрек – Горган был подписан Ираном, Туркменией и Казахстаном 16 октября 2007 г. в Тегеране на встрече глав прикаспийских государств. Протяжённость линии должна составить 670 км, в том числе 70 км – по территории Ирана, 130 км – Казахстана и 470 км – Туркменистана. Строительство этой линии и будут осуществлять в Туркмении «Российские железные дороги», которые, таким образом, становятся важным участником проекта в одном из ключевых для его реализации государств. Новая железная дорога, соединённая через Казахстан с железнодорожной сетью России, будет на 600 км короче существующего пути через Серахс, а её строительство займет 4-5 лет. Объем перевозок по линии, в работе которой планирует принять участие Узбекистан, оценивается в 3-5 млн., а в перспективе — до 12 млн. тонн грузов в год.

Развитие транспортного коридора «Север — Юг» происходит и на территории Ирана, где ведётся строительство железнодорожной линии Бафк – Захедан. Введение в строй этого маршрута позволит организовать прямое сообщение Ирана с Пакистаном и обеспечить доставку грузов в Индию и другие страны Южной Азии, минуя порты Персидского залива. Кроме того, активная модернизация железнодорожной сети ведётся на границе Ирана с Афганистаном.

Насколько удачно Туркмения «впишется» в работу коридора «Север — Юг», зависит от скорости и качества строительства новой железной дороги, а также организации её работы. Пока же большая часть грузов между Россией и Ираном перевозится через Каспий. По данным за 9 месяцев 2007 г., более 90% грузов между двумя странами перевезено через морские порты, причём по сравнению с аналогичным периодом 2006 г. объём перевозок увеличился в 2,3 раза. Более того, Россия планирует крупную модернизацию Астраханского транспортного узла. Развитие прямого паромного сообщения между российскими и туркменскими портами — свидетельство хороших перспектив торгово-экономических отношений между двумя странами.

Турции не удалось привлечь к участию в Nabucco Иран

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

НЕФТЬ РОССИИ: На саммите Европейского Союза, прошедшем 19-20 марта в Брюсселе, ЕС под давлением Чехии и Польши все-таки вписал проект газопровода Nabucco в число своих инфраструктурных приоритетов. Правда, «щедрость» ЕС не принесла пока Nabucco ни необходимых 7,9 млрд евро инвестиций, ни 32 млрд кубометров газа в год. Не удались в начале весны 2009 г. и активные попытки Турции привлечь к участию в Nabucco такого реального поставщика каспийского газа для этого проекта, как Иран.

Против участия Тегерана «в обеспечении энергобезопасности Европы» по-прежнему выступает Вашингтон, хотя администрацию Дж.Буша в Белом доме и сменила команда Барака Обамы. Иран же, несмотря на экономические санкции США, продолжает вести в Каспийском регионе свою энергетическую политику, по ряду позиций противоречащую национальным интересам Азербайджана. Об этом журналу «Нефть России» сообщает собственный корреспондент в регионе Михаил Мишин.

Адрес публикации: http://www.iran.ru/rus/news_iran.php?act=news_by_id&_n=1&news_id=56551

Нефтяной оттенок — как движущая сила мировых процессов или причины использования «армянского» и «курдского» факторов в геополитических коллизиях после второй мировой войны

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Атаев Теймур (Политолог, Азербайджан):

…Серьезный исследователь мировой истории нефти, руководитель американской исследовательской компании Cambridge Energy Research Associates (CERA) Дэниел Ергин отмечает, что 18 февраля 1944 г. Ф.Рузвельт заявил британскому послу в Вашингтоне Эдуарду Галифаксу: «Персидская нефть ваша. Нефть Ирака и Кувейта мы поделим…Нефть Саудовской Аравии наша». Через два дня в письме Ф.Рузвельту премьер Великобритании Уинстон Черчилль высказал опасение «определенных кругов» стремлением США «отнять все наши нефтяные активы на Ближнем Востоке». Лишь после подтверждения Вашингтоном отсутствия претензий «на ваши нефтяные месторождения в Ираке или Иране» разгоравшийся было конфликт оказался улаженным(3). Но США перехитрили англичан, проведя в том же году через иранский Меджлис закон, запрещавший правительству выдавать нефтяные концессии иностранцам. Параллельно парламентарии озвучили недовольство деятельностью Англо-иранской (персидской) нефтяной компании (впоследствие British Petroleum)(4). Лондон постепенно терял возможность сопротивляться нажиму резко усилившихся в период войны США, и в сентябре 1944 г. стороны подписали соглашение, признавшее право на «ничем не ограниченный доступ» к источникам нефти во всех районах земного шара, свободное изыскание и развитие нефтяных ресурсов и т.д. Правда, документ констатировал необходимость «справедливого распределения» между договаривающимися сторонами «уровня производства нефти»(5). Естественно, последний пункт не удовлетворял американских нефтепромышленников, но начало официозу по экономическому «внедрению» США на «английские территории» ближневосточного региона было положено.

Полный текст: http://www.postsoviet.ru/page.php?pid=1968

Германия и Турция тормозят проект Nabucco

Опубликовано от wpmrРубрики:Nord Stream, Политика

inosmi.ru: Приоритетный для ЕС проект трубопровода Nabucco — о нем было впервые объявлено несколько лет назад — явно родился под несчастливой звездой. Из решений, принятых Брюсселем 20 марта, можно сделать вывод, что, даже если на нем и не поставили крест, Nabucco сталкивается с серьезными проблемами. Следует отметить, что скептическое отношение Германии к этому проекту переросло в явную враждебность; нельзя не упомянуть и о махинациях Турции с целью получить от него дополнительные дивиденды. Если проект Nabucco забуксует, от этого выиграют только ′Газпром′ и Москва, а добывающие страны Прикаспия и энергетическая безопасность Европы, напротив, пострадают. Наконец, и это, наверно, самое главное, злоключения Nabucco ярко иллюстрируют неспособность Европы сплотиться — даже если речь идет о ее жизненных интересах.

Развитие событий

Строительство этого газопровода — важнейший элемент усилий ЕС, призванный не допустить монополизацией России поставок ′голубого топлива′ в страны Союза. Он предназначен для экспорта газа из Казахстана, Туркменистана, Ирана и Ирака в Европу; маршрут должен проходить по дну Каспийского моря или по суше, а затем через территорию Турции. Строительство Nabucco предполагалось начать в 2011 г., стоимость проекта оценивалась в 10 миллиардов долларов, а пропускная способность газопровода должна была составить 30 миллиардов кубометров в год. Тем не менее, с самого начала реализация проекта тормозилась. Разногласия между странами ЕС, многие из которых спешат заключить с Россией двусторонние газовые соглашения, трудности с финансированием и получением согласия ведущих игроков, непоследовательная и бессвязная политика ЕС по отношению к добывающим странам Центральной Азии, не говоря уже о постоянных контрмерах Москвы, осознающей, что Nabucco представляет для нее угрозу, пока что расстраивают все планы объединенной Европы.

Из решений, принятых Брюсселем 20 марта, можно сделать вывод, что, даже если на нем и не поставили крест, Nabucco сталкивается с серьезными проблемами. В случае провала проекта речь идет не только о том, что Европа и Центральная Азия останутся без какой-либо реальной альтернативы, позволяющей сопротивляться российскому шантажу: подобная неудача убедительно продемонстрирует, что ЕС по-прежнему не в состоянии сформулировать — не говоря уже о воплощении в жизнь — сколько-нибудь последовательный политический курс в отношении Центральной Азии (да и России, если уж на то пошло).

Сооружение трубопровода вновь приобрело актуальность в результате российско-украинской ′газовой войны′ в январе 2009 г., обернувшейся срывом поставок ′голубого топлива′ почти на три недели в разгар зимы. Тем не менее, из-за возражений Германии и Турции в марте 2009 г. проект чуть было не отправился в корзину. После встречи на высоком уровне в Будапеште, состоявшейся в январе нынешнего года, шансы на выделение необходимого для строительства трубопровода финансирования повысились, однако германский канцлер Ангела Меркель направила послания главе Еврокомиссии Жозе Мануэлу Баррозу (Jose Manuel Barroso) и нынешнему председателю ЕС, премьер-министру Чехии Миреку Тополанеку (Mirek Topolanek), высказавшись против придания Nabucco приоритетного статуса. Меркель призвала ЕС придать такое же значение реализуемым под эгидой ′Газпрома′ проектам Nord Stream и ′Южный поток′. В последнее время она также выступает против планов ЕС ассигновать 250 миллионов евро, часть которых предполагалось получить от Германии, на поддержку Nabucco, предлагая решать эти задачи за счет частных инвестиций.

Позиция Меркель, судя по всему, вписывается в русло преобладающих настроений в официальных и деловых кругах Германии: во время январской ′газовой войны′ они винили больше Украину, чем Россию, и к тому же уделяют приоритетное внимание Nord Stream, по которому российский газ будет поставляться в Германию напрямую. Этот проект сулит немецкому бизнесу солидные прибыли, но одновременно он усилит зависимость Германии от российского газа. Из-за оппозиции Берлина на заседании Еврокомиссии в марте этого года, посвященном выработке всеобъемлющего плана по стимулированию экономики в целях борьбы с нынешним кризисом, ЕС поначалу вычеркнул Nabucco из списка проектов, финансируемых в рамках ′пакета′ стимулов в 5 миллиардов евро. Однако восточноевропейские страны добились пересмотра этого решения: Румыния даже заявила, что заблокирует весь инвестиционный ′пакет′, если в нем не будет конкретно упомянут Nabucco.

20 марта было принято компромиссное решение: в 2009-2010 гг. Еврокомиссия выделяет 3,97 миллиардов евро на энергетические проекты — из них 272 миллиона ассигнуется на первые шаги по реализации Nabucco. Тем не менее, проект остается под угрозой, поскольку разногласия внутри ЕС не устранены.

Серьезно тормозит осуществление проекта и позиция Турции. Еще в мае 2008 г. министр иностранных дел этой страны Али Бабачан (Ali Babacan) заявил, что Россия может принять участие в строительстве газопровода, и на этой основе развивать сотрудничество с Турцией на энергетическом направлении, поскольку между правительствами двух стран в этой сфере существует полное взаимное доверие. Москва, однако, недавно подтвердила свой отказ от участия в проекте. Это, впрочем, не помешало Турции объявить об усилении сотрудничества с Россией в энергетической сфере. Таким образом, Анкара по-прежнему строит планы относительно масштабного энергетического партнерства с Москвой.

Турция продолжает тянуть с заключением межправительственного соглашения по Nabucco; его подписание должно состояться 7 мая на саммите ЕС. Очевидно, что без такого соглашения добывающие страны не поддержат проект, что сильно затруднит Азербайджану доступ на западные рынки. Анкара требует исключительно права на закупку 15% объема азербайджанского газа, транспортируемого по трубопроводу, по ценам ниже европейских. Этот газ Турция сможет закачать в свои хранилища с целью последующей перепродажи третьим сторонам. Кроме того, она старается установить более высокие пошлины и ставки за транзит по своему участку Nabucco, чем другие участники консорциума. Очевидно, Анкара также рассматривает этот проект как рычаг давления, чтобы вынудить ЕС дать добро на вступление Турции в Союз; подобная политика, судя по всему, связана с серьезной переоценкой турецким руководством собственного влияния — даже если оно твердо вознамерилось превратить страну в крупный энергетический ′перевалочный пункт′. Часть представителей турецких официальных кругов, судя по всему, до сих пор стремится заручиться участием ′Газпрома′ в строительстве Nabucco, видя в этом способ возродить российско-турецкий проект ′Голубой поток′, необходимость в котором отпадет после ввода в эксплуатацию ′Южного потока′, позволяющего поставлять газ непосредственно в Европу, в обход Турции. Несмотря на все их попытки вдохнуть новую жизнь в идею грандиозного энергетического партнерства с Россией, Москва, отказываясь от участия в Nabucco, разрушает эти надежды — тем не менее, позиция Турции по-прежнему блокирует сотрудничество с Азербайджаном и реализацию европейского проекта. Эксперты указывают, что, оттягивая начало поставок азербайджанского газа на Запад и строительство Nabucco, Анкара сдерживает разработку азербайджанских газовых месторождений и лишает Баку соответствующих доходов. Ее действия также льют воду на мельницу ′Газпрома′, предлагающего выкупать весь объем экспортируемого Азербайджаном газа по европейским ценам — т.е. на более выгодных условиях, чем это готова делать Турция. В конечном итоге, если проект Nabucco сдвинется с мертвой точки, может оказаться, что Анкара перехитрила саму себя: если она будет и дальше занимать обструкционистскую позицию, трубопровод можно проложить по дну Черного моря — с конечной точкой в Болгарии или Румынии.

Возможные последствия

Все эти обструкционистские акции и разногласия показывают, что говорить о связной и единой энергетической политике ЕС нельзя. Более того, Турция, судя по всему, не осознает, что с помощью России ее мечты о превращении в энергетический ′перевалочный пункт′ осуществить невозможно. Россия, несомненно, будет сотрудничать с Турцией в этой сфере: насколько можно судить, планы двустороннего взаимодействия включают, в частности, строительство атомных реакторов. Однако Москва не позволит поставить свое главное политическое и экономическое оружие в зависимость от планов Анкары по созданию энергетического транспортного узла на собственной территории. ЕС также не поддастся давлению Турции, устраивающей обструкцию Nabucco, чтобы обеспечить себе членство в Союзе. Однако с учетом весьма скептического отношения к проекту в Германии и других странах, действия Турции могут привести к его аннулированию, или затянут дело до тех пор, пока строительство трубопровода не утратит актуальность.

Больше всех от этого выиграет ′Газпром′ (и Москва), а вот проигравших будет немало. Турции придется распрощаться с мечтами как о превращении в энергетический ′узел′, так и о вступлении в ЕС. Европа полностью лишится свободы маневра по отношению к Москве в энергетической сфере, что несомненно скажется и на других направлениях — вроде расширения НАТО или структуры европейской безопасности. Возможности Азербайджана в плане доступа в Европу и сколько-нибудь существенного участия в ее энергоснабжении будут сильно подорваны, что сделает Баку более уступчивым как к посулам Москвы (предложению о скупке азербайджанского газа), так и к ее давлению, поскольку Европа окажется не в состоянии оспаривать гегемонию России на Южном Кавказе.

Выводы

В числе проигравших окажется не только Азербайджан: Туркменистан, Казахстан и в меньшей степени Узбекистан также во многом утратят оставшуюся у них свободу действий на международном газовом рынке. Проведенное недавно изучение туркменских месторождений показало: эта страна располагает достаточными запасами газа, чтобы поставлять в Европу ′голубое топливо′ в нужных объемах через Nabucco, если этот газопровод будет построен. Аналогичным образом, Казахстан и Узбекистан только выиграют от появления новых маршрутов для экспорта их газовых ресурсов: это также укрепит их независимость от России, что соответствует общим целям Запада в отношении Центральной Азии. Однако если из-за неудачи с поиском финансирование или разногласий среди поставщиков проект будет обречен или утратит первостепенное значение, это станет не только ударом по независимости добывающих стран Прикаспия и их связям с мировым рынком. Такое развитие событий со всей наглядностью продемонстрирует, что ЕС неспособен разработать осмысленный политический курс по отношению к России и российским поставкам энергоносителей, и по отношению к Центральной Азии — не говоря уже об обеспечении энергетической безопасности самой Европы. Из-за некомпетентности, которую до сих пор проявлял Евросоюз в этой сфере, именно таковы теперь ставки в игре в связи со слабыми шансами на реализацию проекта Nabucco.

Стивен Бланк — профессор Института стратегических исследований при Академии сухопутных войск США. Мнения, высказанные в данной статье, не отражают официальной позиции командования сухопутных войск, Министерства обороны и правительства США

Опубликовано на сайте inosmi.ru: 27 марта 2009, 09:16

Оригинал публикации: Germany And Turkey Keep Nabucco on the Rocks

«Набукко»: несбыточная политическая фантазия

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Фонд стратегической культуры: Несколько последних лет геополитические конкуренты России с увлечением работают над либретто римейка известной оперы «Набукко» в современной энергетической аранжировке. Колоссальные средства потрачены на рекламную кампанию, авторы обещают настоящую сенсацию, уверяя, что лоббируемый ими проект трубопровода совершит переворот в энергетическом снабжении Европы.

Однако проходит год за годом, а публика довольствуется лишь регулярно сменяющимися афишами, возвещающими будущую премьеру. С каждым разом, однако, дата обещанного события откладывается. Ни экскаваторщики не вырыли ни метра траншей, ни сварщики не сварили ни одного шва на трубах гипотетического трубопровода, даже проектировщики не исписали ни одного карандаша, работая над техническими заданиями и привязывая идею к конкретной местности, где должны проложить трубу. Зато лукавое племя европейских политиков вдоволь успело натешиться фуршетами на бесконечных форумах, где звучат речи, превозносящие «Набукко».

Пока вместо дел сторонники «Набукко» демонстрировали сотрясание воздуха, подкрался мировой финансово-экономический кризис. Казалось бы, он должен был остудить горячие головы. Ведь в условиях, когда многим европейским странам стало не хватать средств для латания всё новых дыр в стремительно падающей экономике, авантюрным начинаниям не должно быть места. Ан нет! В штаб-квартире Европейского Союза думают не так. Антироссийские фобии пустили здесь глубокие корни, и уже нельзя толком разобрать, где кончается принципиальность позиции и начинается обычная глупость.

Газопровод «Набукко» протяжённостью 3,3 тысячи километров планируется построить для транспортировки природного газа из Прикаспия в Центральную Европу через Азербайджан, Грузию, Турцию, Болгарию, Венгрию, Румынию и Австрию. Проект призван реализовать консорциум «Nabucco Pipeline», куда вошли австрийская OMV, немецкая RWE, турецкая Botas, болгарская Bulgargaz, румынская Transgas и венгерская MOL, имеющие в нем по 16,6%. Первоначальный срок окончания строительства сдвигался сначала на 2011-й, затем на 2013 год. Последний анонс «Nabucco Pipeline» говорит уже о 2014 годе. Однако пока строительство не начато, и даже контракты между поставщиками и потребителями газа не подписаны.

Европейская бюрократия, заседающая в Еврокомиссии, выступает в роли суфлера консорциума «Nabucco Pipeline», но делает это довольно неуклюже. Сначала планирует выделить 250 миллионов евро на разработку ТЭО проекта, затем урезает их до 50 миллионов. Из европейского плана оздоровления экономики, обсуждавшегося в Брюсселе, исчезает упоминание о «Набукко». Против такой неразумной траты денег в период кризиса выступает Германия – ведущая страна ЕС. Евробюрократы и акционеры «Nabucco Pipeline» впадают в панику: от безысходности обращаются к России с предложением войти в данный проект. Заместитель главы «Газпрома» Александр Медведев с плохо скрываемой иронией отвечает отказом, напоминая, что Россия предлагает для поставок на европейский рынок использовать «Северный поток» по дну Балтийского моря, возводимый совместно с немецкими фирмами, и «Южный поток» — трубопровод по дну Чёрного моря, над которым россияне работают совместно с итальянцами.

Однако немцев и итальянцев стремятся обойти новички ЕС. Польский министр по делам ЕС Миколай Довгелевич заявляет, что проект «Набукко» якобы снова включён в список приоритетных проектов Европейского Союза. В любом случае пока речь идёт только о небольших суммах на оплату труда европейских экспертов, которым будет поручено разработать детали проекта. То есть свои деньги европейцы переложат из одного кармана в другой, и лишь крохи перепадут потенциальным поставщикам природного газа из региона Прикаспия.

По всей видимости, объявленной премьеры нам так и не суждено увидеть. Ведь, как ни крути, вопрос о наполнении газом трубы «Набукко» не решён и по сию пору. В связи с этим близорукость некоторых европейских лидеров просто поражает.

Сколько можно распространять байки о том, что ключевым игроком в Прикаспии, способным вдохнуть жизнь в «Набукко», станет Азербайджан?! Пик экономических успехов Азербайджана уже пройден. Действительно, в новом веке эта республика в течение короткого времени демонстрировала внушительные успехи. Если в 2002 году ВВП Азербайджана прирос на 10,6%, а в 2004 году – на 10,2%, то на своём пике эти показатели рванули ввысь: прирост ВВП в 2005 году достиг 26,4%, в 2006 году – 34,5%, в 2007 году – 25%. Однако в 2008 году начался спад: прирост ВВП составил лишь 10,8%.

Упали и темпы прироста добычи углеводородов в Азербайджане. Нефти удалось добыть только 44,5 миллиона тонн, хотя годовым планом на 2008 год был предусмотрен совершенно иной рубеж – 52,6 миллиона тонн. Поэтому хотя прирост составил 4,5%, эксперты ведущих нефтяных ТНК, разрабатывающих недра Азербайджана, таких, например, как BP, уверены, что нефтедобыча начнёт падать уже с 2012 года, а возможно, и раньше. Так что весьма сомнительно утверждение заместителя вице-президента Государственной нефтяной компании Азербайджана (ГНКАР) В. Беглярбекова о том, что в текущем 2009 году в Азербайджане добудут 61 миллион тонн нефти.

Но это – нефть, не ей хотят заполнить трубу «Набукко». С природным газом Азербайджана дела обстоят ещё сложнее. Азербайджан никогда в своей истории не выступал значимым добытчиком, а тем более экспортёром газа. В советский и постсоветский период он в основном импортировал иранский, российский и туркменский газ.

Сторонники «Набукко» просто обманывают простодушную публику, манипулируя цифрами. В ход идет примитивный приём: сначала приводят цифру добычи газа в Азербайджане, затем её сравнивают с проектной мощностью трубопровода «Набукко», которая составляет 30-31 миллиард кубометров в год, и, наконец, делают вывод о том, что объёмов азербайджанского газа «почти» достаточно для загрузки трубы. Дело, мол, за малым: немного добрать туркменского или казахстанского газа.

На самом деле всё это — «новые сказки Шахерезады». Не всякий добытый из недр газ является товарным. Далеко не весь азербайджанский газ будет сожжён в топках ТЭС или горелках газовых плит на кухнях. Азербайджан, как и соседний Иран, вынужден использовать значительные объёмы уже добытого газа в ином качестве. На языке профессионалов это именуется «производственными нуждами». В переводе на обычный язык это означает, что газ вынуждены закачивать обратно в пласты для поддержания эффективной добычи нефти. Нефть – основной экспортный товар Азербайджана, для транспортировки которого уже существует не один, а несколько экспортных трубопроводов. К тому же при желании нефть можно транспортировать из Азербайджана и железнодорожным, и морским транспортом.

Из 8 миллиардов кубометров газа, добытого ГНКАР в 2008 году, большую часть – 7 миллиардов – пришлось закачать обратно в землю. Это означает, что товарного газа Азербайджан в 2008 году добыл только 16 миллиардов кубометров, что составляет примерно половину объёма проектной мощности трубы «Набукко».

Но и это не всё. Политические спекулянты из консорциума «Nabucco Pipeline» и их соратники делают вид, что запамятовали очевидное: Азербайджан сам нуждается в потреблении части добытого в республике газа. Ведь не на сушёном помёте отапливаются дома азербайджанцев, не на дровах они готовят пищу, не от ветровой энергии освещается Баку и другие города, не от энергии приливов седого Каспия работают промышленные предприятия.

Внутренние потребности Азербайджана в природном газе сегодня оцениваются в 12 миллиардов кубометров в год. Итак, из 16 добытых миллиардов кубометров надо вычесть минимум 12 миллиардов кубометров. На самом деле – ещё больше, поскольку компрессорные станции, обеспечивающие нужное давление в трубе и, соответственно, прокачку по ней газа тоже работают на газе, а это значит, что требуется учесть и эти расходы на эксплуатацию трубопровода. Остаётся меньше 4 миллиардов «свободных» кубометров голубого топлива. Этого количества и близко недостаточно для запуска «Набукко».

Версия же о том, что добыча азербайджанского газа в перспективе вырастет, — не аргумент, который может склонить Евросоюз вкладывать миллиарды евро в проект «Набукко». В 2009 году рост газодобычи в Азербайджане действительно ожидается, но он будет незначительным. Азербайджанцы обещают, что добыча товарного газа вырастет до 17,1 — 18,6 миллиардов кубометров. Однако этот прирост совершенно необязательно пойдёт на увеличение экспортных поставок. Азербайджан ведь также испытывает влияние мирового кризиса, также старается уйти от однобокой экономики, диверсифицировать её. Сейчас в республике создаются новые отрасли экономики. Например, в Гяндже в прошлом году началось строительство сразу двух металлургических предприятий – сталелитейного завода и завода по выплавке алюминия. На это будет потрачен 1 миллиард долларов, четверть из которых выделит национальный инвестор.

Предполагается, что сталелитейный гигант вступит в строй уже в 2011 году, то есть ранее существующего срока запуска «Набукко». Это весьма важное обстоятельство, ибо такие новые промышленные мощности нуждаются в больших объемах электроэнергии, особенно при выплавке алюминия. Между тем избытка электроэнергии в Азербайджане нет, наоборот наблюдается падение выработки электроэнергии. Азербайджан располагает лишь 6 гидроэлектростанциями и 10 тепловыми электростанциями, работающими на топочном мазуте и природном газе. В 2008 году Азербайджан из нефти переработал в топочный мазут на 63% меньше, чем годом ранее. Было получен лишь 1 миллион тонн топочного мазута. Поэтому Баку будет вынужден увеличивать поставку добываемого природного газа на ТЭС для выработки электроэнергии. И социальная программа Ильхама Алиева вряд ли будет заброшена, ведь именно благодаря ей президент Азербайджана получил на только что прошедшем референдуме внушительную поддержку предложенным изменениям конституции. В планах властей среди прочего значится также продолжение газификации Азербайджана. Пока газом обеспечены только 83% населения республики. Поэтому, по оценкам экспертов, на внутренние нужды Азербайджана потребуется дополнительно как минимум 5 миллиардов кубометров газа. Это тоже уменьшает шансы реализации «Набукко».

Наконец, не надо думать, что только «Набукко» будет интересен как экспортный маршрут для Баку. 15 марта 2009 года был подписан российско-иранский меморандум по газу. Иранцы готовы проработать схему, по которой Россия будет поставлять природный газ на север Ирана в обмен на аналогичные объёмы иранского газа на юге этой страны. России предложено также принять участие в строительстве мощностей по СПГ на месторождении «Южный Парс», что позволит открыть новые рынки сбыта российского газа в арабском мире и в Южной Азии. А один из наиболее вероятных вариантов поставок газа на север Ирана проходит как раз через Азербайджан.

С советских времен существует магистральный газопровод, ведущий от населённого пункта Ширвановка в России через Моздок в азербайджанский населённый пункт Кази-Магомед. Проектная мощность этой трубы — 13 миллиардов кубометров в год, но реально состояние трассы позволяет прокачивать сегодня только 7 миллиардов кубов. А из Кази-Магомеда проложена труба в Иран, которая ведёт через Астару в иранский населённый пункт Бинд-Бианд. Этот трубопровод использовался в советское время для импорта иранского газа. Его проектная мощность составляет 10 миллиардов кубометров в год, но реальная пропускная способность сегодня – только 5 миллиардов. По этой трассе Азербайджан уже прокачивал свой природный газ в Иран по ценам в 2-4 раза выше, чем тот, что экспортируется Баку в Грузию и Турцию. Так что участие России в новой схеме газовых поставок может быть выгодной Баку, поскольку принесёт ему как доход от транзитных услуг, так и прибыль от экспорта своего газа в иранском направлении.

Все эти обстоятельства ещё больше превращают европейский проект «Набукко» в несбыточную политическую фантазию.

Газовый обмен (Азербайджан и Россия прокладывают новый энергетический путь – в Иран)

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА: Сотрудничество России и Азербайджана в сфере поставок энергоносителей в ближайшее время пополнится еще одним проектом. Речь идет о реализации подписанного недавно Министерством энергетики РФ и Министерством нефти Ирана меморандума о взаимопонимании в нефтегазовой сфере, предполагающего поставки Россией газа в Иран.

По словам начальника департамента «Газпрома» Станислава Цыганкова, существуют различные варианты поставок газа на север Ирана. «Есть туркменский газопровод и газопровод из Азербайджана, который сейчас не эксплуатируется, но пригоден для поставок». «Мы готовы обеспечить поставки углеводородов в обмен на соответствующие поставки из южной части Ирана», – заявили в «Газпроме».

По данным азербайджанских периодических изданий, Москва и Баку в настоящее время ведут предварительные переговоры по этому вопросу. Более того, президент Госнефтекомпании Азербайджана (ГНКАР) Ровнаг Абдуллаев накануне заявил журналистам, что «Азербайджан готов осуществлять транзит российского газа в Иран через свою территорию». При этом он заметил, что для этого необходимо нарастить мощности соответствующей трубопроводной линии Газимагомед–Аcтара (Азербайджан)–Бинд-Бианд (Иран) и газокомпрессорной станции в Астаре.

«Если мы проведем эти работы, то получим возможность поставлять в Иран большие объемы газа для снабжения северной части этой страны», – сказал Ровнаг Абдуллаев. По его словам, Ирану в настоящее время требуются очень большие объемы голубого топлива, в связи с чем российское ОАО «Газпром» выразило желание поставлять газ в Иран в обмен на поставки углеводородов из Южного Ирана в страны Персидского залива.

Единственное условие, которое выдвинул Баку на переговорах с «Газпромом», это гарантии, что в этих операциях не будут предусматриваться поставки газа в Армению. Баку по известным причинам намерен осуществлять очень строгий мониторинг по этому вопросу.
Судя по высказываниям президента ГНКАР, такие гарантии «Газпромом» даны. Следовательно, после подписания соответствующего соглашения между поставщиком, потребителем и транзитной страной в ближайший год можно будет говорить о новом маршруте экспорта российского газа на мировые рынки. Таким образом, реализуемый в настоящее время транспортный проект «Север–Юг» будет трансформирован в транспортно-энергетический коридор, который приобретет стратегическое значение участников проектов.

По мнению местных аналитиков, их реализация взаимовыгодна. Россия диверсифицирует маршруты экспорта природного газа и фактически получит доступ на перспективные рынки Персидского залива. Азербайджан, решив вопрос экспорта собственного природного газа в Турцию и практически договорившись о будущих поставках в Болгарию и Грецию с дальнейшей возможностью выхода в Италию, получит дополнительные доходы от транзита. Что же касается Ирана, то он решит проблему обеспечения своих северных районов природным газом и укрепит экономические связи с Азербайджаном и РФ.

Евросоюз все-таки включил газопровод Nabucco в список приоритетных проектов

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес, Политика

EnergyLand:  ЕС одобрил представленный Чехией список приоритетных проектов в области энергетической инфраструктуры. В нем фигурирует и строительство газопровода Nabucco из региона Каспийского моря в Европу, минуя территорию России.

Nabucco был включен председательствующей на саммите Чехией в последний момент под давлением стран Восточной Европы и в первую очередь Польши, сообщает ИТАР-ТАСС. На Nabucco Чехия предложила выделить 200 млн евро.
В целом на финансирование энергетических проектов, включенных в одобренный список, выделено 5 млрд евро. Они должны быть израсходованы в течение 2009-2010 годов.
Однако сам список еще не окончателен. Он поступает для уточнения на заседание постоянных представителей стран- членов ЕС, которые проведут свое очередное заседание в Брюсселе на будущей неделе.
Затем энергетический список поступит на одобрение Европарламента, после чего будут представлены установленные средства на финансирование конкретных проектов.
Проект Nabucco предполагает транспортировку среднеазиатского и каспийского газа в европейские страны через Азербайджан, Грузию, Турцию, Болгарию, Венгрию, Румынию и Австрию. Он станет продолжением уже построенного газопровода Баку-Тбилиси-Эрзурум.

Нужен ли Европе «Набукко»?

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

«Нефть России»: Строительство европейского газопровода исключено из списка проектов, подлежащих финансированию отдельной строкой за счет неизрасходованных средств бюджета Евросоюза

Строительство европейского газопровода «Набукко» исключено из списка проектов, подлежащих финансированию отдельной строкой за счет неизрасходованных средств бюджета Евросоюза. Об этом вчера сообщило РИА «Новости» со ссылкой на источник в Совете министров ЕС. Теперь «Набукко» включен в раздел «Южный газовый коридор», предусматривающий реализацию целого ряда энергетических проектов на юге Европы.
На этом фоне заместитель председателя правления российского «Газпрома» Александр Медведев в интервью телеканалу «Вести» заявил о том, что «Газпром» получил приглашение участвовать в проекте «Набукко», но делать этого не будет. По его словам, целевым для «Газпрома» является проект «Южный поток», и у холдинга есть все возможности для его реализации. «В отличие от «Набукко», у нас уже все есть для того, чтобы «Южный поток» состоялся. У нас есть газ, рынок, опыт технической реализации сложных проектов, корпоративное управление. Ведь мало иметь материальные предпосылки, нужно иметь и проектное согласие, как этим проектом управлять», — сказал он.
Комментируя последние события, связанные с «Набукко», директор Центра нефтяных исследований Ильхам Шабан заявил «Эхо», что такое решение Евросоюза было вполне прогнозируемым. «Этого можно было ожидать, учитывая, что руководство Германии и Франции высказывали свое сомнение относительно реализации данного проекта. Коммерческая рентабельность данного проекта не лежит на столе у инвесторов, поэтому и бессмысленно финансировать проект, не зная его окупаемости. Наверное, это решение исходило именно из этих принципов».
Что же касается отказа «Газпрома» от участия в этом проекте, то Ильхам Шабан отметил, что они больше заинтересованы в осуществлении своих проектов — «Южный поток» и «Северный поток». «Ответ «Газпрома» можно оценивать положительно. Если они хотят осуществлять поставку газа в Европу, то «Набукко» для них лишние транзитные планы. У них два своих крупных проекта — «Южный поток» и «Северный поток», после чего они намерены начать прямую поставку газа на европейский рынок. Если мы чисто технически рассмотрим присоединение «Газпрома» к «Набукко», то это должно произойти на территории Турции. А для этого Россия должна платить и Турции, и Болгарии. Они могут это осуществить и посредством «Южного потока». Чисто коммерчески для России будет более выгодно реализовать именно этот проект». «Присоединение «Газпрома» изначально было нереально. Зачем им это? Те страны, через которые планируется провести трубопровод — это Турция, Болгария, Румыния, Венгрия, Австрия, — говорит Ильхам Шабан, — Во все эти страны Россия уже поставляет газ, зачем же им тратить дополнительные финансы для обеспечения газом этих стран. Какой смысл?»
По мнению Ильхама Шабана, проектом «Набукко» европейские страны хотят лишь напугать Россию. «Вообще же европейские политики говорят о проекте гораздо чаще, чем технари и коммерсанты. Их цель — напугать этим проектом Россию и заставить ее продавать газ на более выгодных условиях. А высказывания насчет того, что они хотят присоединить еще и Иран к проекту, еще один метод воздействия на Россию. Это чисто политические заявления». «Европейские страны в данный момент потребляют более 500 млрд. кубометров газа, планируя увеличить потребление еще на 100 млрд. кубометров, — говорит он, — Посредством же «Набукко» планируется поставлять в Европу около 300 млрд. кубометров газа, что составляет ровно 5% от спроса. Что это им даст? Вряд ли бы они поднимали столько шума, если бы здесь не были замешаны политические амбиции».
Как считает Ильхам Шабанов проект «Набукко» вряд ли будет осуществлен, и до 2015 года его просто похоронят. «Участники проекта «Набукко» в своем проекте отмечают Россию, как участника проекта. Сейчас же «Газпром» официально отказался от присоединения, и этим странам придется уже искать более реальные источники, а не откладывать проект на будущее. Но все это выглядит настолько нереально, что уже Азербайджан начал рассматривать более реальный проект ТГИ (Турция, Греция, Италия). И с этими до конца этого года может быть заключен меморандум. Что касается «Набукко», считаю, что до 2015 года его просто похоронят, поскольку нет источников для заполнения трубопровода. В проект также были включены такие страны, как Египет, Иран, Узбекистан, Казахстан, но их присоединение нереально в ближайшие годы. От этого проекта Азербайджан ничего не теряет. Никаких помех для транспортировки азербайджанского газа не возникает. Проект Азербайджану не нужен, он превратился в игрушку в руках европейских политиков».
В свою очередь, как считает политолог Расим Мусабеков, осуществление данного проекта выгодно для Азербайджана. «Чем больше трубопроводов, которые будут доступными для транспортировки азербайджанского газа, тем больше у нас конкурентных преимуществ. Поэтому участие Азербайджана в этом проекте целесообразно. Но надо иметь в виду и то обстоятельство, что «Набукко» начинается из Эрзурума, то есть тот участок, через который может транспортироваться азербайджанский газ, уже готов, и строить что-то дополнительно не нужно. Разве что будут установлены дополнительные компрессоры и его пропускная способность увеличится до 24 млрд. кубометров, у нас даже столько газа нет, — говорит он, — Российское же участие возможно лишь в том случае, если будут привлечены дополнительные ресурсы с туркменского сектора Каспия. Согласится Россия или нет — это уже их дело. В любом случае напрямую Азербайджана это не касается. Таким образом, мы выступаем как страна, которая дает свое согласие на транспортировку туркменского или казахского газа через свою территорию. То есть в любом случае для нас этот проект выгоден». Отказ же России политолог связывает с отсутствием у нее финансовых средств. «У России просто нет дополнительных объемов газа и денег, чтобы участвовать в этом проекте. Они не могут найти деньги, чтобы достроить «Северный поток». Суть российского отказа заключается именно в этом». При этом Расим Мусабеков отметил, что для осуществления этого проекта, к нему должны быть подключены европейские компании, которые должны помочь Ирану и Туркменистану. «Понятое дело, что полностью обеспечить газопровод мы не можем, так как у нас нет столько газа, а во-вторых, направлять все свои ресурсы лишь к одной трубе нам не выгодно. В любом случае нужно подключать к этому проекту тот же Иран. Но и у них есть большие резервы, но газа, который можно транспортировать, у них нет. Надо идти, обустраивать месторождения, потом думать, какую трубу им заполнять. Та же ситуация и у Туркменистана. Нужно чтобы европейские компании им помогли. Европейцы забывают, что вначале был заключен контракт на «Шахдениз», а уже потом появился газопровод Баку-Тбилиси-Эрзурум. Если проект «Набукко» будет осуществлен, то мы получим прямой выход на европейский рынок». Но, несмотря ни на что, Расим Мусабеков выразил уверенность в том, что проект будет реализован, как бы к этому не относилась Россия.

Об этом пишет «Эхо».