Метка:Азербайджан

Турция ставит на карту свое участие в Nabucco

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес, Политика

Bakililar.AZ: Как сообщает Bakililar.AZ, Турция пригрозила Евросоюзу выходом из газового проекта Nabucco, если последний не возобновит переговоры о членстве Турции в данной структуре.

С соответствующим заявлением выступил премьер-министр Турции Рэджеп Тайиб Эрдоган. Он отметил, что газовый проект Nabucco, основными поставщиками которого являются Азербайджан, Туркмения и Узбекистан, является конкурентом российского проекта «Южный поток». Стоимость проекта оценивается в 12 миллиардов долларов. Проект Nabucco призван снизить зависимость Европы от российского газа. Газопровод пройдет через Турцию и балканские страны до Австрии. Объем поставок составит 30 миллиардов кубометров в год.

Эрдоган заявил, что переговоры с Турцией о ее принятии в ЕС должны быть возобновлены, иначе Турция выйдет из проекта Nabucco.

Ю.Петровская, С.Гамова: Газовая дипломатия в эпоху глобального кризиса. Конфликт России с Украиной независимо от того, кто в нем виноват, усилит западный вектор внешней политики стран СНГ

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес, Политика

Ю.Петровская, С.Гамова: Газовая дипломатия в эпоху глобального кризиса

Независимая: За последние пять месяцев в зоне привилегированных интересов России разразился уже второй конфликт с масштабными политическими и экономическими последствиями. Мир едва начал привыкать к новым реалиям на Кавказе, как ему пришлось испытать на себе «всю прелесть» газового спора между Москвой и Киевом. С тех пор как 7 января Россия прекратила подачу голубого топлива в Европу, Евросоюз – главный коллективный потребитель российских энергоресурсов, и еще ряд стран, не имеющих ни резервов, ни возможностей диверсификации источников энергии, ожидают исхода полемики между двумя соседними странами, одна из которых называет себя надежным поставщиком, а другая надежным транзитером.

К этому моменту Москва, по оценкам властей, понесла потери на сумму свыше 1,2 млрд. долл. – не такая уж маленькая цифра, если учитывать продолжающееся падение цен на энергоресурсы, а также углубляющийся экономический кризис. Сюда следует добавить имиджевые издержки. Целый ряд стран поставили под сомнение способность РФ выполнять существующие контракты. А Международное энергетическое агентство лишило Россию статуса надежного поставщика энергоносителей.

Напомним, что кризис возник в конце декабря, когда стороны не смогли согласовать график погашения задолженности Украины перед «Газпромом» и договориться о цене поставок на 2009 год. В результате с 1 января подача российского газа украинским потребителям была приостановлена. Вслед за этим Москва полностью прекратила поставки в Европу через Украину из-за перекрытия Киевом транзитных газопроводов. Это привело к чрезвычайным последствиям. В странах Восточной Европы введен режим чрезвычайной экономии: остановлен ряд предприятий, происходят перебои с теплоснабжением жилых домов.

Не стоит сомневаться: нынешний спор будет урегулирован – в конце концов в прокачке топлива в Европу заинтересованы сами конфликтующие стороны. Однако риски в этой части газопроводной системы будут по-прежнему сохраняться, поскольку проблема имеет не только экономическое измерение, но и политическое (внутриполитическое, если говорить об Украине, и внешнеполитическое, если говорить обо всех участниках событий).

В этой связи напрашивается немало вопросов. В частности, как Москва собирается гарантировать в дальнейшем бесперебойные поставки газа в Европу, не имея со страной-транзитером взаимопонимания по широкому кругу проблем? И как отразится нынешний финансово-экономический кризис на возможностях России и европейских стран по реализации проектов «Северный поток» и «Южный поток», на которые в Москве делают особую ставку?

Между тем накануне вступления в должность нового президента США Барака Обамы вспоминается его высказывание времен предвыборной кампании: «Если западные страны уменьшат зависимость от газа и нефти из-за рубежа, это сократит энергетические прибыли России и ее способность наносить ущерб другим странам». В ближайшее время у него появится возможность уточнить свои взгляды на этот вопрос в прямом контакте с Москвой и европейскими партнерами.

Пустая конференция и договоренности Путин–Тимошенко

С тех пор как Россия, Украина и Евросоюз достигли на прошлой неделе соглашения о возобновлении поставок газа и размещении европейских наблюдателей на газораспределительных станциях, спор о том, кто должен оплачивать технологический газ, необходимый для поддержания давления в трубопроводе, оставался одним из главных препятствий для урегулирования ситуации. Президент Дмитрий Медведев выступил с предложением создать для этих целей международный консорциум. Войти в его состав, как сообщили власти РФ, дали согласие германские компании Е.ON Ruhrgas, Wingas, итальянская Eni, французская Gaz de France и некоторые другие.

Положить конец российско-украинскому спору был призван «саммит», созванный в минувшую субботу в Москве президентом Медведевым. Российские власти, не имеющие преимуществ в информационной войне, теоретически получали хорошую площадку для разъяснения своих предложений и убеждения европейцев в собственной правоте. Добавить козырей Москве должен был и пятничный визит Путина в дружественную и одновременно влиятельную в рамках Евросоюза Германию. С канцлером ФРГ Ангелой Меркель была достигнута договоренность сформировать группу независимых экспертов, которая проверит технические возможности Украины обеспечить транзит в Европу. В Берлине же было объявлено, что идея создания международного консорциума, который бы поставил Украине технологический газ, встретила всеобщее одобрение…

Однако в столицах ЕС были изначально озабочены возможностью того, что идея созыва московского саммита является лишь очередной проволочкой. Европейские лидеры не стали паковать чемоданы. Даже традиционно восприимчивая к российским инициативам Франция выразила сомнение в целесообразности проведения мероприятия до тех пор, пока не будут возобновлены поставки газа.

Встреча все же состоялась, но ее статус пришлось понизить до уровня конференции. Многие страны были представлены лишь в качестве министров. Европейцы оценили мероприятие как безрезультатное, поскольку в многостороннем формате никаких договоренностей достигнуто не было.

Договоренности последовали чуть позднее – в результате переговоров Путина с украинским премьером Юлией Тимошенко. В ночь на воскресенье на лентах агентств появились сообщения о том, что Россия и Украина договорились, что в 2009 году украинской стороне будет предоставлена 20-процентная скидка на российский газ при условии сохранения льготной ставки транзита по цене 2008 года. Тимошенко сообщила, что главы правительств двух стран дали поручения руководителям «Газпрома» и «Нафтогаза» подготовить соответствующие документы.

«Сразу после подписания этих документов будут восстановлены все поставки природного газа», – сказала Тимошенко.

Будут ли соблюдены эти договоренности? Или потребуются дополнительные раунды переговоров? Стоит вспомнить, что перед приездом в Москву Тимошенко вновь попыталась изолировать президента Виктора Ющенко, заявив, что «в газовой дипломатии будет только одна правительственная линия, которая и будет неуклонно воплощаться в жизнь». Однако у президента может быть иной взгляд. Заявления с его стороны ожидаются уже в ближайшее время.

Проблемы имиджа и диверсификации

Накануне субботних переговоров официальный представитель Еврокомиссии Йоханнес Лайтенбергер заявил, что, если в ближайшее время стороны не найдут долгосрочного решения проблемы транзита российского газа в Европу, Евросоюз может пересмотреть отношения с Россией и Украиной. Жесткими были высказывания со стороны лидеров стран ЕС. Так, президент Франции Николя Саркози заявил, имея в виду Россию: «Если страна продает две трети газа, она должна уважать своих клиентов. Это вопрос имиджа». Он также отметил, что доверие к Украине поставлено под вопрос.

Аналитик международной консалтинговой компании IHS Global Insight Эндрю Нефф, комментируя для «НГ» вопрос о доле вины каждой из сторон в возникновении газового кризиса, отметил: «Пока нельзя четко определить вину российской или украинской компании». Как считает эксперт, если нынешняя ситуация затянется на пару месяцев, у «Газпрома» не будет времени допоставить неполученные европейцами кубометры. Если же достигнутые договоренности будут соблюдены, то имевший место простой можно будет наверстать, поставляя дополнительный газ в течение всего года, и таким образом выполнить годовую квоту экспортных поставок.

Нефф полагает, что с коммерческой точки зрения перевес на стороне «Газпрома», который был вправе настаивать на рыночной цене за газ для Украины.

Что же касается европейского общественного мнения, то, несмотря на критику в адрес обоих участников конфликта, особый акцент делается на политике Москвы. В последние дни западные издания переполнены публикациями, создающими негативный фон для России. Так, британская Times отмечает, что Путин проявляет крайнюю недальновидность в вопросах разрешения газового конфликта. Страны, ранее являвшиеся дружественными России, он сумел превратить в государства, испытывающие недоверие и ненависть к ней, утверждает газета.

В этом же издании в отдельной статье говорится о том, что Кремль плохо рассчитал время для кризиса. Еще год назад «Газпром» считался третьей по величине корпорацией в мире. Но финансовый кризис и падающие цены на энергоносители положили этому конец. Акции «Газпрома» упали на 76%, долги компании достигли 50 млрд. долл. Учитывая его доходы, «Газпром» еще не банкрот, продолжает газета, но он не может себе позволить качать газ – и одновременно с этим найти 32 млрд. фунтов стерлингов для того, чтобы построить два новых трубопровода в обход Украины.

Как отмечают многие западные наблюдатели, Евросоюз и ряд других стран остаются заложником политических соображений монопольных поставщиков и двусторонних раздоров Москвы и Киева. Российско-украинский спор, по их мнению, вновь подчеркнул важность диверсификации поставок газа. В то же время специалисты отмечают, что процесс обеспечения энергетической безопасности Европы будет длительным, сложным и дорогостоящим. При этом главной проблемой является создание связующих узлов между газопроводами всех стран ЕС. Те же Болгария и Словакия столь сильно пострадали, потому что их инфраструктура практически изолирована от остальной Европы.

Стоит учитывать, что отношение к российским проектам «Северный поток» и «Южный поток» остается сложным. Противники идеи строительства трубопроводов, напрямую связывающих Россию с Европой, утверждают, что это лишь увеличит зависимость от Москвы. Некоторые предлагают вернуться к проекту Nabucco – строительству газопровода в обход и России, и Украины, который связал бы страны ЕС с Центральной Азией через Турцию и Закавказье. Однако не ясно, достаточно ли в этом регионе запасов голубого топлива. Еще одна идея – импорт сжиженного газа. В 2007 году примерно 10% импортного газа ввозилось в Европу именно в сжиженной форме, и сейчас идет бурное строительство необходимой для этого инфраструктуры, напоминает Financial Times. Но эта форма импорта тоже связана с проблемами: основных поставщиков сложно назвать надежными, говорят эксперты.

То есть теоретически ЕС может расширить спектр поставщиков, но на это потребуются время и деньги. Практически же не остается другого выхода, как добиваться урегулирования споров между Россией и Украиной.

Как заявил «НГ» заместитель генерального секретаря «Энергетической хартии» Владимир Рахманин, «от этого конфликта пострадали все – кто-то физически, кто-то из-за утраты имиджа. Сейчас должны быть найдены рычаги, которые бы позволили незамедлительно возобновить поступление газа в Европу». Дипломат подчеркнул, что Россия и Украина имеют в лице Договора об «Энергетической хартии» инструмент сотрудничества, который позволяет решать подобного рода проблемы в среднесрочной и долгосрочной перспективе.

Что же касается перспективы уменьшения газовой зависимости от России, то, как отметил наш собеседник, это путь долгий и затратный. «Конечно, мы видим политику Европейского союза, которая предполагает увеличение доли возобновляемых источников энергии, диверсификацию путей доставки энергии и т.д. Это право Евросоюза. Но у нас есть очень надежный источник и наикратчайший путь доставки газа, и уходить от него было бы контрпродуктивно. Поэтому надо восстанавливать доверие и сотрудничество», – сказал дипломат.

Отвечая на вопрос о том, как же обеспечить бесперебойный транзит, Рахманин подчеркнул: «Надо полагаться на транспарентность, а также на общие правила в обеспечении энергобезопасности всех участников процесса. Необходимо сохранять трезвую голову и видеть взаимную зависимость между Россией и ЕС и выстраивать ее в общих интересах».

Еще один удар по СНГ

Энергетический конфликт между Россией и Украиной в странах СНГ называют не иначе как войной. То, что при этом открыто не называется ее главный зачинщик, означает позицию наших партнеров и союзников. И она напоминает ситуацию после вооруженного конфликта в Южной Осетии в августе минувшего года. Пауза, которую тогда взяли близкие Москве столицы, они держат до сих пор. В августе фактически начался процесс окончательного распада СНГ. Тогда из образования официально вышла Грузия, и одновременно наметился очередной беглец – Украина. Нынешняя газовая война стала лишь поводом для заявки Киева на выход из Содружества.

В конце минувшей недели министр иностранных дел РФ Сергей Лавров попытался внести ясность в этот вопрос. По его мнению, отношения России с постсоветскими странами строятся на давних традициях экономической и культурной жизни, а также совместной истории. «В то же время страны СНГ, как и Россия, ведут многовекторную политику, и это абсолютно нормальный процесс», – считает министр. По его словам, ситуацию на постсоветском пространстве отягощают сохраняющиеся конфликты и попытки расколоть СНГ.

Однако многовекторность, которую теперь берут за основу практически все страны СНГ, в том числе и Белоруссия, ранее добивавшаяся реальной интеграции с Россией, есть не что иное, как закамуфлированная тенденция дистанцирования от Москвы. И эта тенденция будет лишь усиливаться.

Украинский газовый фронт напугал даже тех, чьи отношения с РФ в последнее время можно было считать вполне благополучными. Речь идет прежде всего о Молдавии, которая, по словам ее премьера Зинаиды Гречаной, исправно платила «Газпрому», не оспаривала цены на газ, не имела долгов и не ждала никаких проблем в поставках газа. Известно, что Молдавия на 100% зависит в этом плане от России и теперь намерена ситуацию изменить. В связи с этим президент Владимир Воронин отказался от участия в субботнем саммите в Москве. Это тем более знаковое событие, если вспомнить, что Молдавия в нынешнем году председательствует в СНГ.

То, что Воронин отказался от предложения Медведева прилететь в Москву, говорит о многом: в минувшем году молдавский лидер буквально обивал кремлевские пороги, добиваясь встречи на высшем уровне и заверяя российских руководителей в нерушимой дружбе. Эксперты связывают очередной откат в отношениях Кишинева и Москвы с результатами газового кризиса и с упреками оппозиции, которые прозвучали в адрес Воронина и руководимой им правящей Коммунистической партии. Суть критики сводилась к следующему: не надо было настолько доверять России. Если учесть, что эти упреки зазвучали накануне парламентских выборов (они должны пройти в апреле), становится понятно, почему Воронин решил не лететь в Москву – сегодня голоса избирателей гораздо важнее ему, чем реакция на молдавский демарш со стороны Москвы.

Кроме того, в эти дни в Кишиневе активно работают эксперты Евросоюза, к которому руководство Молдавии обратилось за помощью, когда страна перестала получать российский газ. ЕС немедленно стал ее оказывать замерзающим молдавским и приднестровским селам, что обязательно будет использовано оппозиционными партиями (в противовес предвыборной программе коммунистов, разыгрывающих в том числе и русскую карту). В связи с этим Воронин постарается отмежеваться от дружбы с Москвой и использовать газовый кризис, чтобы сделать еще один шаг в сторону Евросоюза. Эта возможная рекогносцировка интересна еще и тем, что Молдавия, так же как и Украина, является транзитной страной для поставщиков российского газа в Европу.

Как следствие газовой войны не исключены сюрпризы со стороны еще одного транзитера – Белоруссии. Поведение нашего союзника в этой части сотрудничества будет напрямую зависеть от очередной партии Минска с «Газпромом», которая будет разыграна в последний день января – тогда в Москву на газовые переговоры прилетит премьер-министр Сергей Сидорский. Интрига состоит в том, что белорусы пропускают российский газ в Европу, не имея соглашения на поставки в свою страну и не зная конкретной цены. Понятно, что Минск попытается выбить под ситуацию льготные для себя цены. В противном случае Москва может получить проблемы еще и на белорусском транзитном направлении.

Дивиденды от украинско-российского газового спора, подорвавшего репутацию России как поставщика энергоресурсов, могут получить страны – партнеры РФ по СНГ. В частности, Азербайджан, спрос на газ которого уже возрос. Кроме того, бонус получает и Туркмения. Известно, что ЕС инициировал проведение саммита по проекту Nabucco, который предполагает поставки газа из Азербайджана, стран Центральной Азии в Европу в обход России. Проект соперничал с российским «Южным потоком», который намечал поставки в ЕС по дну Черного моря, через Турцию, Грецию и далее в другие европейские страны. К проекту Nabucco уже готова подключиться Молдавия, а туркменские потоки, которые его заполнят, могут быть увеличены за счет Прикаспийского газопровода, идущего через Россию.

В европейских энергетических проектах, рассчитанных на сырье с территории СНГ, будет участвовать и Казахстан. По крайней мере Астана благосклонно относится к предложению поставки в ЕС, опять же минуя Россию, каспийской нефти.

Иными словами, газовая война России с Украиной независимо от того, кто изначально и более в ней виноват, усилит западный вектор внешней политики стран СНГ. Газовый урок не останется неусвоенным странами Содружества и сработает скорее всего на усиление центробежных сил внутри организации. Которая все больше будет превращаться в бутафорскую структуру, где главным приоритетом останутся двусторонние межгосударственные связи. Эта тенденция должна откорректировать внешнюю политику России на постсоветском пространстве: прежние методы работы себя не оправдали.

Адрес публикации: http://www.postsoviet.ru/page.php?pid=1745

Когда закончится дележка Каспия?

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Маркетинг и Консалтинг: В конце прошлого года в Астане прошло очередное заседание рабочей группы по определению статуса Каспийского моря, которое раньше было своего рода «внутренним озером» для бывшего СССР, а уже после его развала превратилось в международный «закрытый бассейн», который с тех пор никак не поделят пять выходящих к Каспию государств.

Встреча в казахстанской столице прошла на уровне заместителей министров иностранных дел всех пяти прикаспийских государств — России, Казахстана, Азербайджана, Туркмении и Ирана, которые регулярно встречаются больше десяти лет, но по-прежнему никак не в состоянии принять совместную конвенцию о правовом статусе Каспийского моря и превратить его в зону тесного сотрудничества, а не «нефтегазовых распрей».

Сотрудничество вместо бесконечных споров?

Даже несмотря на существенное падение мировых цен на нефть и состояние глобального финансового и экономического кризиса, все большее значение приобретает окончательное и четкое определение статуса Каспийского моря. При этом все пять государств Каспия регулярно высказываются за новые усилия для сближения позиций по вопросам заключения конвенции Каспийского моря, но вновь и вновь признают, что серьезные разногласия между сторонами по-прежнему остаются не устраненными.

Большая часть этих разногласий существуют с момента начала переговоров по статусу Каспия, и пока никаких особых изменений после встречи в Астане на пути решения проблемы не предвидятся. Показательно, что если поначалу Россия и Казахстан пытались как-то скоординировать действия всех стран СНГ в рамках этих переговоров и поставить перед остальными участниками дискуссий какие-то конкретные сроки для решения проблемы, то уже два года переговоры по Каспию проводятся в основном в виде обмена мнениями и очередного фиксирования позиций сторон, нежели для понятного всем разрешения вопроса о разграничении акватории Каспийского моря.

На данном этапе из пяти прикаспийских государств Россия, Казахстан и Азербайджан уже подписали между собой соглашение согласно принципу «справедливости и взаимного уважения интересов» на Каспии. Готов к нему присоединиться и Туркменистан, но Ашхабад, как обычно, по максимуму выжидает и ищет для себя любые возможные выгоды, не желая ни с кем портить отношений. Сам же принцип «каспийской справедливости» прост: делить предлагается только дно моря, а вода Каспия останется в общем пользовании, причем не только для тех пяти государств, которые выходят на Каспий, но и при сохранении свободы морского судоходства кораблей под флагами других стран.

Уже подсчитано, что при таком разграничении Каспийского моря на национальные секторы по методу срединной линии, Ирану достанется примерно 0,9 млрд. т условного углеводородного сырья, Туркменистану — 1,5 млрд. т, России — 2 млрд. т, Азербайджану — 4 млрд. т и Казахстану — 4,5 млрд. т. В этом случае в самом выигрышном положении окажется Казахстан, а больше всего проиграет от подобного разделения дна Каспия Иран, что эту страну категорически не устраивает.

При этом именно на шельфе Казахстана и Туркменистана (и частично Азербайджана) находятся самые перспективные залежи нефти и газа, поэтому именно эти республики являются самыми заинтересованными сторонами при подобном разграничении Каспийского моря. А вот Иран упорно продолжает противостоять всем инициативам по такому разделу моря, поскольку его в этом случае попросту «обделят» и в плане нефтедобычи, и в случае прокладки газопроводов под дном Каспия.

Также не все гладко идет и с идеей руководства Ирана по созданию Организации Каспийского экономического сотрудничества. Вроде бы и Россия, и Казахстан ее уже поддержали, но пока ничего конкретного в этом направлении до сих пор не сделано. Вполне возможно, что как-то сдвинется решение этого вопроса с мертвой точки на саммите глав каспийских стран, который запланировано провести в Баку, хотя и на первых лиц государства, как показывает практика подобных встреч, не всегда в «прорывных решениях» можно положиться.

Безопасность на Каспии — как ее понимать?

Еще одним важным вопросом, который обсуждают уже давно страны Каспия, является безопасность и самого этого региона, и идущих отсюда энергопоставок. И здесь в негласную борьбу по разделу Каспийского моря на национальные сектора на основе принципа так называемой срединной линии вступают Соединенные Штаты. Они считают этот регион зоной своих национальных интересов, и, в принципе, идею именно «срединной линии» на Каспии американцы поддерживают прежде всего исходя из возможностей добычи нефти Азербайджаном и Туркменистаном, и соответственно — участия в этом процессе крупнейших американских энергетических компаний.

Для США важно участвовать в обсуждении вопроса о разделе Каспия именно на данном этапе, так как Вашингтон и руководство Евросоюза пытаются протолкнуть идею о прокладке нового газопровода под Каспием — проект Nabucco, по которому природный газ из Казахстана и Туркменистана пойдет в Азербайджан, и затем через Грузию и Турцию — на рынки стран Западной и Восточной Европы. Понятно, что для продвижения проекта Nabucco в практической плоскости необходимо разрешить статус Каспия, и поэтому в 2009 году Соединенные Штаты будут делать все возможное, чтобы данная проблема была как можно быстрее решена. А тогда и обсуждать со всеми заинтересованными сторонами на Каспии идею газопровода Nabucco можно будет куда проще.

К тому же после летней «маленькой войны» на Кавказе» между Россией и Грузией и Соединенные Штаты, и Евросоюз всеми силами проталкивают необходимость обеспечения безопасности на Каспии. К этому же призывает страны региона и Казахстан, который предложил к саммиту каспийских стран в Баку подготовить и подписать документ, который будет обеспечивать совместные действия стран по борьбе с терроризмом, нелегальной миграцией, наркотрафиком, а также создание механизма консультаций на случай возникновения чрезвычайных ситуаций на Каспийском море.

Правда, и в Вашингтоне, и в Брюсселе под системой безопасности на Каспии понимают нечто иное — а именно обеспечение бесперебойных поставок энергоресурсов из этого региона на европейские рынки. А для этого США уже предложили Казахстану, Туркменистану и Азербайджану расширить двусторонние военные связи на Каспии и создать нечто вроде спецсил, которые будут гарантировать безопасность и перевозки нефти танкерами из портов Казахстана в Баку через море, и будущее сооружение газопровода Nabucco из Туркменистана и Казахстана под Каспием. Учитывают американцы и то, что пока еще не разрешен окончательно территориальный спор между Туркменистаном и Азербайджаном относительно нефтеносных месторождений под названием Азери и Кяпаз (в Туркменистане они называются Хазар и Сердар). Расположены эти месторождения в самом центре Каспийского моря, и обе страны считают, что нефть, которая там потенциально залегает на глубине, является именно их собственностью, но никак не принадлежит соседям.

Немало беспокоит американцев и Иран, который считает, что Каспийское море должно быть после развала СССР поделено на пять равных частей. В таком случае значительные территории его акватории, которые потенциально богаты нефтью и природным газом, могли бы отойти Ирану, на что вовсе не собираются соглашаться Казахстан, Туркменистан и Азербайджан.

Тем временем в руководстве Соединенных Штатов считают, что правовой статус Каспия может стать своего рода разменной картой в стремлении Ирана завершить осуществление своей ядерной программы. При продолжающемся усилении давления со стороны США и поддерживающего их Евросоюза Иран может полностью заблокировать любые разделительные инициативы по Каспию, похоронить еще не начинавшийся проект Nabucco по прокладке трубопроводов из Центральной Азии через Закавказье к берегам Средиземноморья и тем самым постоянно держать весь этот и так неспокойный регион в неопределенности (особенно в том случае, если США начнут более активно развивать в этом регионе свое военное сотрудничество с тремя странами СНГ — Казахстаном, Туркменистаном и Азербайджаном).

У Nabucco шансов стартовать в этом году немного
Нерешенность статуса Каспийского моря помогает на данном этапе Ирану делать все возможное, чтобы идея прокладки газопровода из Казахстана и Туркменистана в Азербайджан под Каспийским морем так и не была осуществлена. В этом случае Иран остался бы в проигрыше, поскольку основные энергетические потоки с Каспия пошли бы тогда мимо него, а на Каспии бы тем временем укрепились бы позиции как Соединенных Штатов, так и стран Западной Европы.

Иранцы на встречах «каспийской пятерки» уже давали понять, что никаких работ по прокладке трубопроводов под дном Каспия они не допустят. Упоминается при этом и якобы повышенная сейсмичность региона, и опасность возникновения серьезной экологической катастрофы на Каспии, если проект Nabucco будет когда-нибудь осуществлен. Нельзя забывать и том, что Иран обладает немалой военно-морской мощью в регионе, и если потребуется, то вполне может силой помешать каким-либо «трубопроводным играм» своих географических соседей (что он уже неоднократно делал в отношениях с соседним Азербайджаном). В этом Иран в целом поддерживает Россия, которой тоже, в принципе, ни к чему прокладка по дну Каспия альтернативных российским газопроводов для доставки через Азербайджан на рынки Западной Европы природного газа из Центральной Азии. И так же, как и Иран, Россия очень ревностно относится к желанию трех прикаспийских республик СНГ развивать и укреплять свое военное сотрудничество в регионе с Соединенными Штатами.

Рассчитывать же на достижение какой-либо договоренности между всеми пятью прикаспийскими государствами по поводу проекта Nabucco пока маловероятно. И хотя Азербайджан и Туркменистан вроде бы выступают за прокладку газовой трубы из Центральной Азии под Каспием в европейском направлении, скорее всего, у «газового детища» Евросоюза все же пока немного шансов на осуществление, даже несмотря на недавнее упоминание о якобы «позиции России не против» Nabucco, которое прозвучало во время пресс-конференции российского премьер-министра в Москве.
Скорее всего, сказано это было «под злую руку» во время самого разгара очередного газового противостояния России и Украины, и нужно было в тот момент как-то «подыграть» европейцам, поскольку уж очень они были обеспокоены жесткими разборками между Москвой и Киевом. А как только страсти вокруг газоснабжения Европы через Украину улягутся, наверняка против Nabucco и его осуществления российские представители еще ударно поработают.

В итоге прокладка транскаспийской газовой трубы под названием Nabucco полностью зависит на данный момент не только от состояния европейских финансов и силы политического давления на проект со стороны Соединенных Штатов, но и от решения вопроса о статусе Каспийского моря. И если процесс этих переговоров будет перманентно затягиваться (а что так, видимо, и будет, встреча в Астане подтвердила в очередной раз), то саму идею создания энерготрубы из Центральной Азии в Западную Европу можно будет считать отложенной на очень дальнюю перспективу. Да и если оценивать сам вопрос демаркации Каспийского моря, что у стран СНГ, имеющих выход на его берега, в том числе — Казахстана, нет смысла как-то особо выпячиваться и предлагать какие-то прорывные решения. Так, пока Азербайджан и без демаркации Каспия успешно торгует как своими природными ресурсами, так и статусом транзитной страны для прокладки трубопроводов. А Казахстан и Туркменистан вполне успешно поставляют на мировые рынки нефть и газ и без всяких новых транскаспийских маршрутов — через российскую территорию.

Россия и Казахстан к тому же уже демаркировали свой участок границы по Каспию и давно уже спокойно работают по нефтяным месторождениям (хотя в Москве периодически все еще говорят о том, что бывший российский президент Борис Ельцин просто подарил нефтяной шельф в северных районах Каспия Нурсултану Назарбаеву, а сейчас отыграть уже подписанные в те годы договоренности крайне сложно).

Плюс стоит учесть, что и без каспийских «срединных разграничений» Иран продолжает торговать нефтью и газом на мировых рынках отнюдь не через Каспий, а через порты Персидского залива. А тут еще Россия и ряд других стран (включая Иран) договорились о создании консультационного газового форума, который может существенно поменять всю энергетическую картину Каспия, включая и смысл иранских претензий по поводу размеров морских секторов.

Поэтому как бы ни складывались переговоры «каспийской пятерки» в дальнейшем, в течение этого года прежде всего по политическим мотивам Соединенные Штаты и страны Западной Европы будут пытаться склонить Казахстан (особенно с учетом его будущего председательства в ОБСЕ на следующий год) и Туркменистан (вовлекая его постепенно в оказание помощи силам коалиции при осуществлении афганской операции) к поддержке идеи транскаспийского газопровода.

Адрес публикации: http://www.iran.ru/rus/news_iran.php?act=news_by_id&_n=1&news_id=55426

«Газовая рулетка» Ашхабада. Туркменский лидер намного дальновиднее и расчетливее, чем об этом думают в Москве и Вашингтоне.

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

«Деловая неделя»: Наступивший год в Центральной Азии и в районе Каспия обещает быть очень насыщенным на важные события. И хотя мировые цены на нефть значительно снизились, а многие энергетические проекты по всему миру из-за разразившегося финансового кризиса либо отменены, либо приостановлены, тем не менее в Прикаспийском регионе ни «газового застоя», ни «нефтяных заморозков» не предвидится.
При этом практически во всех тех сложных геополитических комбинациях, в которых зачастую большой политики и разного рода закулисных схваток будет куда больше, чем реальных потребностей в энергоресурсах, фигурирует Туркменистан. И если к другим прикаспийским энергоигрокам — Азербайджану, Казахстану и той же России и Соединенные Штаты, и государства Евросоюза более или менее подобрали «контактные ключики», то в отношениях с Ашхабадом практически никто до сих пор так и не может похвастаться какими-то видимыми успехами.
 
Многовекторность по-туркменски

Глядя на экономические успехи Казахстана и его ровные, но в то же время весьма дружественные отношения с зарубежными государствами, и другие страны Центральной Азии провозгласили курс на так называемую многовекторность, при которой все они в меру своих сил и политических возможностей попытались налаживать отношения по всем направлениям и со всеми ключевыми для этого региона игроками.
Не у всех это, правда, удачно получается (Узбекистан), в то время как у других так и вовсе за неимением природных и финансовых ресурсов вся многовекторность свелась на самом деле к активному сотрудничеству лишь с парой-тройкой стран, от которых ощущалась наибольшая зависимость (Кыргызстан).
Но, пожалуй, самым прилежным «многовекторным учеником» Астаны оказался Ашхабад, тем более что нынешний президент Туркменистана — вовсе не бывший партаппаратчик и, казалось бы, вроде бы никак не может быть «супермастером» различного рода международных политических интриг и комбинаций.
Однако на деле оказалось, что нынешняя внешняя политика Туркменистана относительно иных государств стала гораздо менее просчитываемой другими странами, чем ранее. А сам Туркменистан своей «просчитываемой непредсказуемостью» стал куда более важен и привлекателен для сотрудничества практически для всех тех, кто в нем каким-то образом заинтересован (и отнюдь не обязательно только по причине значительных газовых запасов на территории этой республики).
Естественно, что все основные политические шаги нынешнего туркменского руководства прежде всего определяются газовыми проектами и возможностью экспортировать голубое топливо в ту или иную страну. Но при этом, ловко играя на «газовой трубе», руководство Туркменистана стало гораздо более активно и разнообразно представлять свои интересы во внешних делах, и не случайно поэтому, что ему значительно удалось улучшить общий имидж республики за ее рубежами, который был весьма одиозен при предыдущем лидере страны Сапармурате Ниязове.
Показательно также, что за то время, пока Гурбангулы Бердымухамедов находится у власти в Ашхабаде, он умудрился практически со всеми интересовавшими его с прагматической точки зрения странами наладить очень доброжелательные отношения и, что немаловажно — породить в этих странах мнение, будто Туркменистан им если уж не совсем ближайший союзник, то как минимум надежный и предсказуемый партнер.
Зарубежные поездки Бердымухамедова и его переговоры с заграничными лидерами открыли Туркменистан для многих стран фактически заново. И не суть важно, что особых выгод (пока по крайней мере) эти «новые союзники Туркменистана» не получили: налицо совсем другая внешняя политика Ашхабада, к которой все еще пытаются приноровиться и в Москве, и в Вашингтоне, и в европейских столицах, да и в соседних с Туркменистаном странах СНГ.
 
«Газовая мормышка», на которую здорово клюют «клиенты Ашхабада»

Между тем, какой бы прагматичной и хорошо просчитанной ни была внешняя политика нынешнего Туркменистана, начинается (и заканчивается тоже) она с природного газа и с желания многочисленных покупателей голубого топлива подружиться с Ашхабадом. Вряд ли бы буквально стояли в очереди на общение с Бердымухамедовым те же европейские лидеры, если бы Туркменистан не был важен для них с энергетической точки зрения.
Если при «затворнике» Ниязове ни с Европой, ни с США особых коммерческих отношений в сфере поставок газа у Ашхабада не было, то теперь — иная картина. Европейские руководители один за другим едут в Ашхабад, туда же постоянно заезжают во время своих «центральноазиатских гастролей» чиновники Евросоюза, а уж представители американского госдепартамента так и просто по-кураторски занимаются более плотным «подтаскиванием» этой республики к каспийской «газонесущей конструкции».
Символичен был предновогодний визит в Туркменистан президента Болгарии, ради которого г-н Бердымухамедов не стал размениваться на саммит «полу-СНГ» в Боровом на территории Казахстана. Болгары выразили желание купить у Туркменистана 2 млрд. кубометров природного газа, но договорились они по этому поводу пока больше виртуально и явно преждевременно, поскольку никаких прямых трубопроводов в Европу из Туркменистана, минуя российскую территорию (а о других в ЕС сегодня и слышать не хотят), пока не существует.
Давят на туркменского президента и в верховном руководстве Евросоюза, для которого многострадальный проект Nabucco под дном Каспия — уже, похоже, превратился в идефикс и элемент энергополитического престижа для стран единой Европы.
И европейцам, и американцам туркменский президент обещает «рассмотреть этот вопрос» и даже «поддержать инициативу, если под нее будут серьезные инвесторы и она будет коммерчески выгодна Туркменистану». Однако визиты европейских посланников в Туркменистан весь прошлый год проходили под знаком бесконечных переговоров, увещеваний и выражений самого высокого друг другу почтения. А вот Nabucco пока как не было, так и нет, и туркменский газ, как и ранее, продолжает попадать на Украину и далее в Европу через российские трубы.
Со стороны восточных направлений на Туркменистан по газовой тематике потихоньку, но настойчиво давят из Китая и Ирана. Обе эти страны рассчитывают на увеличение газовых поставок (одни — уже сейчас, другие — на перспективу). А китайцы вовсю готовят проект по прокладке газопровода через территории Узбекистана и Казахстана, с тем чтобы получать на долгие годы гарантированные поставки туркменского газа в свои западные районы.
Есть заинтересованность в активизации отношений с Туркменистаном и у Азербайджана, который несколько спорных месторождений на Каспии давно уже хочет разморозить. Сейчас же между президентами двух республик установились как минимум невраждебные отношения (то, что они хвалят на глазах журналистов друг друга, для газового бизнеса и его прибылей вовсе даже ничего не значит), и это дает возможность начать разведку на каспийском шельфе тех точек, которые в конечном итоге на ближайшую перспективу смогут приносить немалые доходы и Ашхабаду, и Баку.
Для Соединенных Штатов Туркменистан стал также более предсказуемым и просчитываемым (по крайней мере, так считают в Вашингтоне). Бывший посол США в Туркменистане (а ныне — посол в Казахстане) господин Хогланд на редкость хорошо информирован о том, что в Туркменистане происходит и с какой стороны лучше подбираться к Бердымухамедову, если есть желание завести на туркменский газовый рынок американские энергетические компании.
Что же касается России, то все интересные события в отношениях между Москвой и Ашхабадом начнутся ближе к концу нынешнего года, когда истечет соглашение о закупке туркменского газа с «Газпромом». Тогда ожидается непростой торг не только относительно новых цен, но и о возможности прокладки новых путей для туркменского газа, на которые Россия вряд ли сможет влиять. Что показательно: ведь в прошлом году ничего особо не решили и личные встречи президентов России и Туркменистана по поводу дальнейших газовых взаимоотношений между ними: Ашхабад по-прежнему ведет свою собственную игру, ничего по факту с российской стороной не согласовывает и не координирует. И чем дальше — тем такой курс будет проводиться туркменской стороной все более регулярно.
Особый интерес в отношениях между Россией и Туркменистаном в газовой сфере придает желание Москвы вместе с другими крупнейшими мировыми газовыми экспортерами создать некий механизм международного согласования и самих газовых поставок, и определения продажных мировых цен на голубое топливо.
Как известно, в конце декабря прошлого года в Москве 11 стран — крупнейших газовых мировых экспортеров — создали механизм взаимных консультаций — газовый форум, который будет базироваться в столице Катара Дохе и на котором раз в квартал страны-участницы станут обсуждать свои интересы в газовой области, включая долгосрочные контракты и цены на газовые поставки на различные региональные рынки.
Туркменистан же, будучи четвертым в мире по объемам экспорта природного газа, оставаясь верным ни к чему и ни к кому не присоединяться, в этот газовый форум не вступил и особого желания чем-то себя в этой отрасли связывать и координировать не проявляет. В этой ситуации у Ашхабада появятся свои важные рычаги многовекторного привлечения к себе внимания как со стороны тех стран, которые в форум вошли, так и тех, кому газ нужен позарез и кто хочет без всяких квот и согласований получать его от Туркменистана по «индивидуально-обговоренным ценам».
 
Привлечь всех желающих не только газом, но и «большой политикой»

С точки зрения влияния на политические и стратегические процессы в Центральной Азии Туркменистан, может быть, и не столь принципиально важен ни для европейцев, ни для США, ни для России, как его непосредственные соседи. Но так кажется только на первый взгляд. На самом же деле из-за продолжающейся бесконечной операции сил коалиции в Афганистане значение Туркменистана и его территории становится теперь достаточно важным.
Если при бывшем президенте страны С. Ниязове особо рассчитывать на содействие туркменской стороны относительно операции в Афганистане у НАТО и США не было, то теперь ситуация изменилась. Президент Туркменистана Бердымухамедов участвовал в саммите НАТО в Бухаресте в прошлом году, уже неоднократно давал обещания натовцам предоставить им возможность не только транзита невоенных грузов через свою территорию, но и даже разместить миротворческие тыловые базы вблизи афганской границы.
Для НАТО и Соединенных Штатов также важно, что Туркменистан, в принципе, высказался за оказание содействия в борьбе с наркотрафиком в Афганистане и пресечение поставок наркотиков через туркменскую территорию далее в СНГ и Европу. Не секрет, что именно через слабо охраняемые участки туркменско-афганской границы идет один из важных потоков наркотиков в Европу, и туркменское руководство готово в этом вопросе сотрудничать с Западом.
Постепенно налаживается и военное сотрудничество между США и Туркменистаном. Показательно, что из всех центральноазиатских стран только Казахстан и Туркменистан имеют своих военных атташе в Вашингтоне, а сам Туркменистан, напомню, был первым государством региона, которое присоединилось еще в 1994 году к натовской программе «Партнерство ради мира».
Также не будем забывать, что в Туркменистане серьезно ослабило в последние годы военное влияние России (российские пограничники покинули республику в 1999 году, а российских военных в отличие от территорий Казахстана, Таджикистана и Кыргызстана в Туркменистане нет). И хотя уже при Бердымухамедове в военных училищах России возобновилось обучение туркменских военнослужащих (причем туркменская сторона ничего за это обучение не платит), Ашхабад сейчас куда с большим ожиданием «посматривает многовекторно» в этой области и на Соединенные Штаты, и на своих европейских партнеров.
Многое здесь будет зависеть от того, какое внимание Центральной Азии с ее энергоресурсами станет уделять новая американская администрация во главе с Бараком Обамой. Дело в том, что у самого президента США вряд ли до этого региона дойдут руки. А вот его зам — вице-президент страны Джо Байден — большой сторонник развития отношений Соединенных Штатов в этом регионе, и особенно с теми государствами, которые важны для Америки своими газовыми и нефтяными ресурсами.
Так что у Туркменистана есть хорошая возможность не просто воспользоваться этим чисто «спортивным интересом» со стороны Белого дома, но и благодаря этому поднять свои двусторонние отношения с США на более высокий уровень. И если Бердымухамедов сумеет не только тонко разыгрывать в течение этого года «американскую энергетическую карту», то ближе к осени вполне могут созреть обстоятельства для организации и проведения его первого официального визита на высшем уровне в Соединенные Штаты. 

Юрий Сигов, Вашингтон

Новый шанс для Nabucco

Опубликовано Обновлено на от wpmrРубрики:Политика

НЕФТЬ РОССИИ: Настоящим победителем в конфликте Европы с Россией и Украиной мог бы стать пока не участвующий в нем — Азербайджан. Спрос на газ из бывшей советской республике в юго-восточной части Кавказа в последние дни ‘резко возрос’, сказал глава государства Ильхам Алиев в интервью московской ежедневной ‘Независимой газете’, а рядом была размещена фотография широко улыбающегося азербайджанского президента.

И для этого есть полное основание. Поиск альтернативных поставщиков и транзитных путей в обход России, как заявил вице-премьер Чехии Александр Вондра (Alexandr Vondra), будет абсолютным приоритетом председательства его страны в ЕС, — пишет Der Tagesspiegel.

И таким образом почти уже списанный со счетов проект получает второй шанс: Nabucco, 3300-километровый трубопровод, который ведет из азербайджанского Баку через Турцию в Австрию и должен обеспечить Европе доступ к запасам газа в Каспийском море. Строительство должно начаться в 2010 году, правда, является довольно спорным. Трубопровод проходит через политически нестабильный Южный Кавказ и на настоящий момент стоит уже почти 8 миллиардов евро. Но инвестиции такого порядка оправдаются только при полной загрузке трубопровода, но будут ли они — это пока сомнительно.

Nabucco, прежде всего, собирается использовать запасы месторождения ‘Шах-Дениз’. В 1999 году на глубине 600 метров находилось до трех миллиардов баррелей нефти и 100 миллиардов кубометров газа. Добыча началась три года назад и к 2015 году должна возрасти до 7 миллиардов кубометров в год. Для транспортировки именно этого количества был даже специально спроектирован вступивший в эксплуатацию в 2006 году 690-километровый Южнокавказский газопровод. Его конечный пункт сейчас — город на востоке Турции Эрзурум. Будет ли там в следующем году действительно начато строительство Nabucco, зависит, прежде всего, от возможностей Европы реализовать свои интересы в состязании за месторождения.

Для того чтобы предотвратить строительство Nabucco, Москва еще в прошлом году предложила Азербайджану и бывшей среднеазиатской республике СССР Туркмении, которая также располагает богатыми газовыми месторождениями в Каспийском море, покупать весь объем ежегодно добываемого газа по мировым рыночным ценам.

Пока оба государства ни Москве, ни Брюсселю однозначного согласия не дали и продолжают играть в покер. Пока не началась российско-украинская газовая война, и Азербайджан не начал задумываться о новых выгодных контрактах. Месторождение ‘Шах-Дениз’, по словам президента Алиева, уже в 2013 году может выйти на полную мощность по добыче. Поэтому проблемы, связанные с загруженностью трубопровода Nabucco, были бы решены. Даже в том случае, если в проекте не будет участвовать Туркменистан.

Свою готовность высказал Иран. Чтобы Баку смог реализовать запланированные им цели, Исламская Республика собирается инвестировать полтора миллиарда долларов в разработку месторождения ‘Шах-Дениз’.

Озадачены были не только эксперты: отношения двух стран пока скорее натянутые. Россия также почувствовала себя застигнутой врасплох. Здесь газовый спор с Украиной и Европой посчитали за явную победу, которую Россия должна развить благодаря окончательной приостановке приостановки реализации проекта Nabucco. Альянсы вроде того, что может сложиться между Ираном и Баку, создают этому помехи.
По материалам «Der Tagesspiegel»

Адрес публикации: http://www.iran.ru/rus/news_iran.php?act=news_by_id&_n=1&news_id=55392

Казахстан диверсифицирует нефтяные потоки?

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес, Политика

Независимая газета: Эксперты говорят, что через два-три года Россия может потерять Казахстан. Речь идет прежде всего о практически монопольном энергетическом взаимодействии Москвы и Астаны, которое сложилось за последние десятилетия. В энергетической кооперации двух стран всегда существовало надежное и эффективное «разделение труда»: Казахстан выступал основным производителем нефтепродуктов (казахстанская зона Каспийского шельфа, как известно, наиболее богата запасами нефти и газа), Россия выступала главным образом в роли транспортера казахстанских энергоносителей на западный рынок. Однако через два-три года эта система «разделения энергетического труда» может быть навсегда разрушена. 

В настоящее время Казахстан ведет активное строительство нового морского порта на Каспийском море в районе населенного пункта Ералиев (нынешнее название – Курык). До недавнего времени Ералиев был обычным рабочим поселком, в котором проживали нефтеразведчики и геологи, а доминирующим портовым терминалом Казахстана на Каспии являлся город Шевченко. Однако Астана приняла стратегическое решение о строительстве Ералиевского порта, вложив в новый проект немалые средства, привлекая к строительству иностранных рабочих и специалистов. С самого начала казахстанские власти, по имеющейся информации, жестко определили основную специализацию нового порта – транспортировка нефтепродуктов танкерами повышенной вместимости (до 60 тыс. тонн). 

По имеющейся информации, строительство Ералиевского (Курыкского) порта будет завершено в 2010 году. Учитывая различные «поправки на ветер» (развитие мирового экономического кризиса, снижение цен на энергоносители, а также инвестиционной активности в целом и т.д.), возможно, реализация проекта строительства порта затянется на год-полтора. Однако можно не сомневаться, что Ералиевский порт через несколько лет станет реальностью. 

Ералиевский проект привел к разработке Астаной специальной программы модернизации танкерного флота на Каспии. До недавнего времени казахстанские нефтяные компании ориентировались на транспортировку нефтепродуктов танкерами мощностью в 25 тыс. тонн. Как планировалось, эти танкеры должны были «таскать» казахстанскую нефть через Каспий и далее по каналу «Евразия», который предполагалось проложить через территорию Южного федерального округа (Калмыкия, Ставропольский край, Ростовская область) – и далее через Азовское и Черное моря выйти по Дунаю на европейские рынки. 

Напомним, что с идеей строительства канала «Евразия» – как средства транспортировки казахстанских энергоносителей в страны Евросоюза еще в начале 2007 года вышел президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. Однако идея сооружения этого канала встретила жесткое сопротивление со стороны мощной лоббистской группы в Кремле, заинтересованной в строительстве другого судоходного канала – «Волго-Дон-2». Используя заключение экологической экспертизы, сделанной в одном из петербургских экспертных бюро, лоббисты второй очереди «Волго-Дона» добились того, что тема канала «Евразии» была снята с повестки дня (по слухам, сам Владимир Путин запретил возвращаться к теме инициированного казахами проекта судоходного канала). 

Для Астаны отказ Москвы от строительства канала «Евразия» фактически означал сохранение режима естественной географической блокады – ведь других способов масштабного вывода казахстанских энергоресурсов у команды Назарбаева просто не было. 

Как полагают некоторые эксперты, именно отказ Москвы от реализации проекта канала «Евразия» и заставил Казахстан активизировать работы по строительству Ералиевского порта. В пользу этой версии есть определенные аргументы. Один из них – форсированная модернизация казахстанского танкерного флота на Каспии: строительство танкеров, способных перевозить до 60 тыс. тонн нефти. «Шестидесятитысячные танкеры невозможно провести ни по одному каналу – будь то «Волго-Дон-2» или даже так и не построенная «Евразия». Для продвижения нефтепродуктов по судоходным каналам нужны лишь суда, способные перевозить не более 25 тысяч тонн нефти», – считает волгоградский эксперт Николай Малыгин. 

То, что Астана сделала ставку на строительство танкеров, предназначенных для транспортировки до 60 тыс. тонн нефтепродуктов, свидетельствует об одном – казахи намерены использовать не российскую территорию для вывода своих энергоносителей на внешний (европейский) рынок. По имеющейся информации, через 2–3 года, после пуска в эксплуатацию Ералиевского порта, 60-тысячетонные казахстанские танкеры будут транспортировать нефтепродукты из Казахстана в Европу не через Россию, а к трубопроводным магистралям в Азербайджане и Грузии – через нефтепровод Баку–Джейхан, а также используя портовый терминал в грузинском порту Поти, 50% акций которого, по слухам, уже принадлежит казахстанским бизнес-структурам. 

Если версия на счет переориентации казахстанского нефтяного транзита с российского направления на южно-кавказское (после строительства Ералиевского порта) оправдается (а ждать, повторимся, осталось недолго), это будет означать начало принципиальных геополитических перемен на пространстве СНГ. Очевидно, что усиление экономической, инфраструктурной интеграции Казахстана, Азербайджана и Грузии в стратегически важной индустрии поставок энергоносителей в страны Евросоюза неизбежно приведет и к формированию между Астаной, Баку и Тбилиси более тесных политических связей. В свою очередь, это неизбежно приведет к ослаблению партнерских отношений Казахстана с Россией. 

А Астану, похоже, скоро начнут готовить к такой геополитической переориентации. Об этом свидетельствует недавно озвученный американцами проект создания «каспийского транзита» военных и гражданских грузов для контингентов США и НАТО в Афганистане. 

Одной из важнейших проблем западного контингента в Афганистане сегодня является бесперебойное и надежное снабжение афганской группировки коалиционных сил боевыми и небоевыми грузами. До недавнего времени такое снабжение осуществлялось через территорию Пакистана. Однако в последние месяцы у западных союзников стали возникать серьезные проблемы с переброской грузов через Хайберский перевал на афганско-пакистанской границе. Одобренная весной 2008 года на саммите НАТО в Бухаресте концепция «транзитного моста» через территорию России становится для американцев все менее надежной – Кремль не раз уже пытался сделать «афганский воздушный мост» разменной монетой в споре с Вашингтоном по вопросам принятия в НАТО Грузии и Украины. 

В этой ситуации поиск новых путей снабжения американских и натовских войск в Афганистане становится одним из приоритетов государственной политики США. 

Поэтому не случайно сегодня в Вашингтоне серьезно изучают альтернативные пакистанскому и российскому «коридорам» пути снабжения западных войск в Афганистане. По сообщению афганского телеканала «Лемар», в Пентагоне рассматривают, в частности, «каспийский» маршрут транзита в Афганистан: Грузия–Азербайджан–Казахстан–Узбекистан. 

Очевидно, что такая конфигурация транзита предполагает использование либо воздушного пространства над Каспийским морем, либо морской транзит по Каспию. В последнем случае потребуется строительство на Каспии специальных военно-транспортных судов для перевозки натовских грузов и создание специальных сил безопасности для охраны портовых терминалов на Каспии, а также судов во время плавания между азербайджанскими и казахстанскими портами. Фактически такая форма транзита открывает перед США реальную возможность закрепления в Каспийском регионе, что неизбежно ослабит здесь позиции России и Ирана. 

Казахстану в этой оригинальной транзитной схеме отводится в Вашингтоне одна из ключевых ролей. Кстати, нельзя исключать, что и мощности Ералиевского морского порта могут быть использованы силами НАТО и США для обеспечения реализации проекта «каспийского транзита». Во всяком случае, через 2–3 года у России будет не слишком много возможностей помешать этому.

Адрес публикации: http://www.imperiya.by/economics3-4329.html

Что ждет мировую энергетику в будущем году? Нефтегазовые перспективы Центральной Азии в 2009 году будут зависеть от состояния «большой политики»

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес, Политика

«Деловая неделя»: Бурные события уходящего года, связанные с глобальным финансовым и экономическим кризисом, заставляют уже сегодня специалистов в самых различных сферах гадать относительно того, на сколько по времени затянется мировой застой и с помощью чего из него можно будет в скорейшие сроки выбраться.
Ключевыми во всех этих прогнозах называется состояние мировой энергетики и те нефтегазовые комбинации, которые уже в будущем году во многом и определят темпы экономического развития практически всех стран мира (что энергоэкспортирующих, что тех, для которых мировые цены на закупаемые нефть и газ — вопрос национального выживания).
И хотя президенты и премьер-министры всех государств, которые наполняют свои национальные бюджеты по большей части именно за счет нефтегазовых поступлений, все время твердят о прежде всего какой-то коммерческой оправданности своего энергосотрудничества, и в 2009 году на первом плане в энергетической сфере свои правила игры будет диктовать отнюдь не денежная составляющая, а исключительно «большая политика».
А поскольку в нее играть отнюдь не отказываются ни в России, ни в США, ни в странах Евросоюза, то можно с уверенностью предположить, что прокладка новых нефтегазовых маршрутов, а также определение «справедливых цен» и на нефть, и на газ будут напрямую зависеть от того, какие прежде всего политические интересы станут продавливать и в Центральной Азии, и в районе Каспия ведущие мировые державы.
 
Газ еще всем «опекнется»

Одной из самых дискутируемых тем в прошедшем году была идея России, Ирана и Катара (при последующей поддержке других газодобывающих государств) создать некий единый механизм по подобию нефтяного картеля ОПЕК. Задача этой «газовой тройки» выглядела незатейливой и с виду вполне осуществимой — диктовать свои правила игры на мировых газовых рынках и по возможности координировать цены на газовые контракты при продаже «голубого топлива» как в Европе, так и в Азии.
Причины, по которым Москва, Тегеран и Доха пошли на этот «консультационный союз», были разными, но общая идея добиваться на свой главный экспортный товар «справедливой цены» вполне разумна и оправданна. При этом, правда, ничего дальше координации своих действий в этих странах пока не получилось, да и получиться на ближайшую перспективу вряд ли получится. Рынка как такового для природного газа в мире пока не существует, да и понятия относительно «справедливой цены» за тысячу кубометров природного газа у той же России (и ее основных европейских клиентов) и Ирана (Китай, Южная Корея и другие рынки) весьма разнятся.
Пока все заклинания о якобы создании новой «газовой ОПЕК» в уходящем году обернулись лишь договоренностью трех стран ежеквартально встречаться для совместных консультаций. К чему эти переговоры и встречи будут приводить, предсказать пока сложно, потому как никаких механизмов о превращении договоренностей, достигнутых в неформальной обстановке, в нечто более «контролирующе-осязаемое» на газовом мировом рынке пока создано не было.
Даже создание совместного экспертного комитета трех газовых стран, на которые приходится более 60% всей мировой газодобычи, в целом не сможет каким-то серьезным образом повлиять на конъюнктуру мировых цен на «голубое топливо». И, скорее всего, в новом году чисто политические расклады станут определять не только переговорные цены на газ в каждом конкретном случае (что между Россией и Украиной, что между Катаром и Южной Африкой), и то, по каким маршрутам эти газовые потоки на мировые рынки будут в конечном итоге попадать.
Между тем уже сегодня можно с уверенностью предсказать, что в интересах не только «большой газовой тройки», но и всех других крупнейших газовых производителей (в том числе в странах СНГ таковыми являются Туркменистан, Казахстан и Азербайджан) сохранять максимально высокие цены на газ, особенно с учетом резкого падения мировых цен на нефть (а ее и Казахстан, и Азербайджан, и Россия, и Иран также как и газ в больших количествах экспортируют).
Также не изменится в наступающем году ситуация, при которой именно Россия плюс газопроводы, которые через ее территорию доставляют «голубое топливо» в Европу, останется главным экспортером этого энергоресурса в европейские страны. Даже если какие-то решения с политической подоплекой по поводу прокладки новых нефте- и газопроводов в Европу будут приняты, пока именно российский участок всей имеющейся в наличии трубной сети будет оставаться для европейцев ключевым.
Вряд ли что-то кардинальное произойдет и вокруг Каспия с теми поставками как нефти, так и природного газа, которые отсюда на мировые рынки уже поступают. В частности, Иран до сих пор не может (и в будущем году перспектив на это особых не видно) поставлять свой природный газ в европейские страны из-за жестких американских санкций. При этом даже если Иран и Соединенные Штаты возобновят дипломатический диалог и двусторонние контакты действительно сдвинутся с места, на уровне новых инвестиций в газопроводы, которые бы доставили иранский природный газ в Европу, пройдет еще очень много времени.
Также надо учесть, что иранский газ теоретически выгодно было бы закупать Индии и Пакистану, но ситуация в этом регионе, да и в отношениях между всеми соседними странами в Южной Азии, столь напряженная, что даже самый выгодный с экономической точки зрения проект нового газопровода будет, как мне видится, просто похоронен еще не стартовав.
 
Заменит ли природный газ нефть? Все зависит от того, что станет в новом году с ОПЕК

Сейчас многие эксперты и аналитики гадают на кофейной гуще, пытаясь определить и хотя бы с какой-то достоверностью попытаться прочитать, что же станет в наступающем году с ценами на нефть. Сразу скажу, что все прогнозы на нынешний год у самых «крутых» нефтепредсказующих оракулов оказались полностью несостоятельными, а мировой нефтяной рынок сейчас находится в таком состоянии, что по весне будущего года он может как резко обвалиться, так и вновь начать свой рост.
В этой связи уже в этом году специалисты в открытую заговорили чуть ли не о конце чисто нефтяного бизнеса и даже стали предрекать самые радужные перспективы для роста газовых поставок. Уверенность их прогнозам придало и запланированное строительство крупнейшего в мире завода по сжижению газа, который будет построен по западным технологиям в Катаре, а перерабатывать там станут не только катарский газ, но и иранский.
Напомню, кстати, что так называемые Северные Поля в Персидском заливе — одно из крупнейших и «долгоиграющих» газовых месторождений в мире -принадлежит Катару, но на него имеет свои претензии и Иран. Для того чтобы не доводить ситуацию до дипломатического или какого другого скандала, обе страны решили договориться «полюбовно», причем Катар, по неофициальным данным, попросту выплачивает Ирану немалую сумму за то, что Тегеран не педалирует на международной арене проблему принадлежности этих газоносных подводных районов в Персидском заливе.
Аналогичную задачу по созданию собственного мощного предприятия по сжижению газа и закупки специального танкерного флота для перевозки газа на мировые рынки будет в новом году пытаться решить и Россия. Строиться такое предприятие будет в районе Мурманска, на Баренцевом море, а главным рынком для поставок сжиженного газа намечается сделать Соединенные Штаты.
Правда, не будем забывать о том, что в районе Хьюстона, что в Мексиканском заливе, с помощью многомиллиардных инвестиций из Катара уже ведется строительство мощного порта по приему газовозов, которые как раз будут именно из Катара доставлять в США сжиженный газ из Персидского залива, а специальные танкеры для этого уже закуплены в Южной Корее.
Между тем все эти разнообразные газовые проекты, а также постоянный рост цен на «голубое топливо» при одновременном снижении мировых цен на нефть будут сильно зависеть от того, что станет в будущем году не с газовой, а с самой важной и влиятельной пока в мире нефтяной ОПЕК. Этот многонациональный картель, который достаточно эффективно на протяжении многих лет умело регулировал цены на черное золото, нынче попал в очень непростую ситуацию, выбраться из которой ему будет крайне сложно.
 
Или договариваться всем вместе, или разбегаться по своим углам

Проблема сегодняшнего положения ОПЕК и фактическая неспособность картеля эффективно влиять на формирование нефтяных мировых цен кроется в том, что и сама ОПЕК расколота по отдельным интересам стран, которые в эту структуру входят, и другие государства, которые в ОПЕК не входят, действуют на международных рынках каждое на свой страх и риск, добывая нефти сколько есть возможностей и продавая ее везде, где на нее имеется спрос.
На данный момент все попытки руководства ОПЕК каким-то образом добиться единой скоординированной политики в отношении снижения добычи и восстановление более или менее «справедливых цен» на нефть в мире (то есть вывести их в коридор 70-80 долларов за баррель) ни к чему существенному не привели. Одни страны ОПЕК (та же Саудовская Аравия, ОАЭ, частично Кувейт) не очень заинтересованы в снижении объемов добычи нефти, потому как они тем самым будут терять прямые доходы от ее экспорта.
Другие страны (Иран, Венесуэла, Алжир) пытаются придать торговле нефти политическую окраску и тем самым заставить путем «нефтяного шантажа» крупнейших потребителей черного золота непременно согласиться на более высокие, чем сегодня цены на мировом рынке нефти.
Нет единства в поведении на мировых рынках и у стран, не входящих в ОПЕК, но серьезно влияющих на расклад мировых цен на этот энергоресурс. Та же Россия, являясь второй по объемам добываемой нефти в мире, периодически подает сигналы то о том, что не прочь координировать свою политику по добыче нефти с ОПЕК, то даже намекает, что сможет в будущем году на определенных условиях войти в этот нефтяной картель.
И в первом, и во втором случае ситуация на мировом рынке нефти может при появлении в ОПЕК России кардинально измениться. Однако пока позиция Москвы все-таки состоит в том, чтобы не связывать себе руки какими-то конкретными договоренностями с такими странами, как Саудовская Аравия или Иран, а самой определять, кому, куда и за сколько продавать свою нефть, добывать которую, между прочим, становится все затратнее и труднее.
Наконец, неясны перспективы и самой ОПЕК при условии, что падение цен на нефть на мировых рынках продолжается. А сам картель пока никак не может добиться перелома в складывающейся неблагоприятной для него ситуации. Многое здесь будет в новом году зависеть и от того, как станут развиваться отношения между США и Ираном, от того, что будет происходить вокруг Ирака и действительно ли из этой страны начнется серьезный вывод американских войск, да и отношения между США и Россией могут реально изменить энергетическую конъюнктуру в мире.
Также непонятны перспективы и всех тех многочисленных проектов в сфере энергетики, которые планируется осуществлять (или хотя бы начать на них работы) в зоне Каспия. Евросоюз со своими планами обходных путей то под Каспием, то через Азербайджан, Грузию и Турцию может довольно долго поддерживать в этом регионе «многосекторный интерес» у тех же стран Центральной Азии и Азербайджана. Однако каких-то прорывных решений по этим вопросам в будущем году все же ждать не следует, поскольку слишком уж от многих побочных моментов вся та новая газонефтяная трубоархитектура и будет зависеть.
Не будем забывать и о самой главной «головной боли» всего международного энергетического комплекса. До тех пор, пока экономика Соединенных Штатов (прежде всего) не начнет демонстрировать признаки постепенного выздоровления, любые проекты и расклады относительно доставки нефти и газа на мировые рынки будут больше теоретическими, нежели реально привязанными к практике.
Цена на нефть будет расти только в том случае, если экономика США начнет оживать, а до той поры перспективы дальнейшего снижения мировых цен на черное золото вполне оправданны и прогнозируемы. Что же касается природного газа, то для стран Европы существует пока только один надежный вариант — это российский «Газпром» и его трубы, которые будут и дальше наполняться сырьем с туркменским «привкусом». Однако если такие страны, как Катар и Алжир, продолжат свое наступление на европейский рынок, то уже в новом году для европейцев могут открыться и новые выгодные перспективы газоснабжения, которым та же Россия уже помешать будет не в состоянии.

Юрий Сигов, Вашингтон

Страны Каспия: ближний сосед лучше дальнего родственника

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес, Политика

карта с сайта http://poli.vub.ac.be/

Источник: Олег Сидоров , Gazeta.kz: На фоне кризиса, воспользовавшись тем, что ведущие мировые державы сосредоточились на решении внутренних проблем, прикаспийские страны пытаются решить свои, региональные вопросы.

Процессы, которые в настоящее время можно наблюдать в Каспийском регионе, больше всего напоминают локомотив, который, дабы избежать отставания по графику увеличивает свою скорость.

Действительно, страны Каспия начали форсировать события по решению вопросов, связанных с их взаимоотношениями. В результате, участники длительных переговоров, проходивших не один год, пришли к логическому завершению, принявшему форму Организации каспийского экономического сотрудничества, которая, по мнению некоторых из них, может выполнять миссию, аналогичную организациям Балтийского региона, Черноморского экономического сотрудничества.

В одном фарватере

Ясно, что Иран, Азербайджан, Казахстан, Туркменистан и Россия, участвуя в переговорном процессе, преследовали свои цели. Однако здесь можно выделить и общие интересы, которые объединили страны Каспийского бассейна.

Во-первых, политический аспект — достижение политического консенсуса. Так, договорившись между собой, страны Каспия фактически отстранили других внешних игроков от всех геополитических процессов, имевших или имеющих потенциальную возможность возникновения в Прикаспийском регионе.

Во-вторых, энергетическая сфера — определение дальнейших шагов по реализации масштабных проектов в сфере нефтедобычи. По мнению экспертов, на Каспии находится порядка 10 миллиардов тонн только доказанных запасов нефти и около 5 процентов запасов всего мирового газа. Учитывая договоренности между Азербайджаном, Ираном, Казахстаном, Россией и Туркменистаном, сделанные в 2007 году в Тегеране о самостоятельном регулировании нефтегазовых вопросов на Каспии, можно говорить, что и в этой сфере прикаспийские государства фактически «закрыли дверь» перед странами Запада и США.

В-третьих, транспортно-логистическая составляющая — дальнейшее развитие международных транспортных коридоров (МТК). Так, получает дополнительный импульс МТК «Север-Юг», созданный для транзитных грузопотоков из Индии, Ирана и других стран Персидского залива через Каспий в Россию и далее в Западную и Северную Европу. Кроме этого продолжит развиваться МТК «Запад-Восток», связывающий страны Запада, Кавказского региона и Центральной Азии. Стоит отметить, что развитие МТК позволит странам региона не только оживить и нарастить свои торгово-экономические связи, но и будет способствовать росту оборота с западными странами.

В-четвертых, финансовая сфера — создание прикаспийскими странами банка совместных инвестиционных проектов. Образование данной структуры преследует цель создания совместного финансового института, который будет не только инвестировать наиболее перспективные проекты, но и служить своеобразным деловым центром, в рамках которого будут рассматриваться дальнейшие пути сотрудничества стран региона.

В-пятых, экологическая сфера — обеспечение условий для сохранения и использования водных биологических ресурсов Каспия. Стоит отметить, что на Каспии обитает большая часть всех осетров планеты, а также более 100 видов рыб. И согласование позиций прикаспийских государств делает возможным разумную добычу осетров без возникновения угрозы популяции.

Кроме того, не последнюю роль в объединении интересов прикаспийских стран сыграли события на Южном Кавказе. В результате чего обстановка в регионе изменилась, равно как и интересы прикаспийских стран. Так, Астана передумала строить нефтеперерабатывающий завод и зерновой терминал в грузинских городах Батуми и Поти. Анкара уже не считает перспективным реализацию проекта строительство железной дороги в Азербайджан через территорию Грузии. Подобная смена интересов способствовала повороту каспийских стран в сторону налаживания более тесного сотрудничества в рамках региона.

Что может заграница…

Активизация действий прикаспийских стран настораживает не только Запад, но и США, чьи национальные интересы присутствуют на Каспии. Однако ни европейские страны, ни США пока не могут оперативно реагировать на инициативы стран Каспия.

У США на сегодня существуют две основные причины, замедляющие ответную реакцию Вашингтона. Это мировой финансовый кризис, от которого больше всех пострадали США. А также состоявшиеся выборы очередного президента страны, что не позволяет действующему президенту Дж. Бушу за столь короткий срок до окончания своего президентства заняться каспийскими вопросами, а новому президенту Б. Обаме, не принявшему присягу, и не являющемуся на сегодня легитимным президентом США, приступить к решению США вопросов в рамках Каспийского региона.

У стран Запада также имеются факторы, которые фактически «связывают руки» Европе по отношению к происходящим процессам на Каспии. Это финансовый кризис, который вынуждает страны ЕС по-новому оценить свой потенциал и начать сосредотачивать свое внимание на решении внутригосударственных проблем. А также консолидация западными странами своих усилий по поиску путей выхода самой Европы из глобального кризиса с наименьшими потерями. Кроме этого отсутствие в регионе стратегического партера в лице США ставит под сомнение эффективность участия отдельных стран Запада в процессах, происходящих на Каспии.

«Первые скрипки» в оркестре

Становится очевидным, что основными локомотивами активизации переговорного процесса по Каспию стали Иран и Россия, объединенные несколько иными, чем у Азербайджана, Казахстана и Туркменистана интересами.

Так, например, известны антиамериканские настроения Москвы и Тегерана, ставшие в последнее время все четче прослеживаться на различных уровнях внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности двух стран.

Кроме того, известно нежелание России и Ирана лицезреть на каспийском побережье других участников «Большой политики» в лице стран Запада. Даже если некоторые из западных игроков и поддерживают политику Москвы и Тегерана. Как говорится в известной китайской пословице: «Ближний сосед лучше дальнего родственника».

На сегодняшний день Москва и Тегеран понимают, что гораздо легче договориться с Астаной, Ашхабадом и Баку, нежели с Парижем, Лондоном или Вашингтоном. Тем более, что «рейтинг» Ирана и России за последние полгода практически выровнялся. Так Иран был отнесен Вашингтоном к «Оси зла», автоматически подпав под санкции стран Европы. А Россия после своего активного участия в грузино-югоосетинском конфликте столкнулось с охлаждением отношений (во внешнеполитической сфере) со многими странами Запада и США.

«Подводные камни» процесса

Страны Каспийского региона, активизировав свои действия, и решив вопрос о создании Организации каспийского экономического сотрудничества, не решили двух основных вопросов, являющихся «камнем преткновения» в реализации практически всех инициатив в масштабе региона. Во-первых, не определили статус Каспия. Так как именно это позволит начать широкомасштабное финансирование разработок каспийских месторождений по добыче углеводородов, параллельно обеспечивая безопасность при их транспортировке.

И второе — не решили вокруг какого государства будет происходить процесс объединения стран. Вопрос о том, кто станет лидером в новой региональной структуре, автоматически решает задачу о приоритетах и дальнейших векторах ее развития.

Вместе с тем развитие ситуации в целом в мире и, как следствие постепенный дрейф прикаспийских стран в сторону сближения, позволяет сделать оптимистический прогноз о завершении переговорного процесса и обретении реальных очертаний новой региональной структуры со всеми присущими ей атрибутами.

ЕВРАЗИЙСКИЕ СУПЕРБАЛКАНЫ. США решили дестабилизировать весь громадный материк, и Пакистан – лишь часть их плана

Опубликовано Обновлено на от wpmrРубрики:Политика

Максим Калашников. RPMonitor: По мере того как Соединенные Штаты все глубже входят в нисходящую спираль кризиса, обстановка в Евразии накаляется. События вокруг Пакистана пахнут большой войной. Но это – лишь часть стратегии «экспорта нестабильности».Кажется, должна запылать вся Евразия – и на фоне нового мирового пожара Америка рассчитывает выглядеть «тихой гаванью».

В принципе, уже видно, где заполыхают очаги многолетней и кровавой нестабильности. Однозначно – в Ираке, откуда войска США уйдут. В Афганистане, где уже созданы все условия для нового витка гражданской (межплеменной) войны.

Пакистан – отличный, почти беспроигрышный ход. В случае успеха в одном варианте здесь вспыхнет пакистано-индийско-китайский конфликт. В другом варианте – Пакистан подвергнется и расчленению, и принудительному лишению ядерного потенциала, и внешнему управлению. К тому же, Пакистан прилегает к территории всех «проблемных» для США стран – и к Ирану, и к Китаю, и к Индии. Отсюда можно возмущать белуджей, побуждая их создать Белуджистан (часть Ирана и Пакистана). Здесь – чувствительное место для нефтеснабжения Китая.

Что дальше? Дальше можно ожидать некоторой активизации курдского сепаратизма, что обеспечит огромные проблемы Ирану и Турции. В Турции нужно чуть-чуть помочь столкнуть лбами исламистов и пантюркистов, чтобы и эта полыхнула, отпустив, в перспективе, свою часть Курдистана.

В Китае – чуть усилить помощь тибетским и синцзян-уйгурским сепаратистам, создав КНР неприятное дополнение к проблемам с Индией и Пакистаном? Политические проблемы могут в итоге притормозить экономический рост КНР. Благо, и сам Китай ныне в опасном положении: из-за кризиса происходят рабочие волнения и идут массовые увольнения. Миллионы людей, лишившись работы в городах, возвращаются в нищие деревни. Глядишь – и в КНР что-то полыхнет?

Ну, а чтобы китайцам и вовсе небо с овчинку показалось, есть усиливающий вариант – финансирование «цветной революции» в РФ. Благо, Москва также испытывает сильные социально-экономические проблемы. Северный Кавказ уже опасно дымится.

А дальше остаются всякие приятные мелочи. Скажем, поддержка албанских сепаратистов в Македонии и левых движений среднего класса – в главных странах Европы. Молодежный бунт в Греции уже показал, какое социальное напряжение накопилось в странах ЕС. Если надо – можно подогреть конфликт в Крыму и около него, сыграть на противостоянии и «Москва–Киев», да и Тбилиси подержать.

Получаются гигантские «евразийские Балканы», «СуперЛиван». Главное – затраты на все это гораздо меньше, чем на «план Полсона». Зато выгод – море. Войны – далеко за пределами США. А они сами становятся действительно ковчегом относительной стабильности, парящим над схваткой.

Самое примечательное, прецедент в истории уже был. Вторая мировая, в ходе которой все потенциальные и реальные соперники США (СССР, Британская империя, Япония, Германия) ожесточенно молотили и обескровливали друг друга, открывая дорогу к глобальному воцарению доллара, к превращению Америки в сверхдержаву. Игра была виртуозной: даже формальные противники США поневоле действовали в американских интересах: Германия – против СССР/России, Япония на Дальнем Востоке – против англичан (уничтожая британское владычество на Тихом океане и в Индии).

А истории свойственно повторять некоторые сюжеты. Если сегодня новый президент США объявляет об антикризисном экономическом плане, повторяющем многое из практики Франклина Рузвельта в 1930-е, то что мешает обратиться и к внешнеполитическому наследию тех же времен?

Не готовят ли Евразии роль «пылающего острова»?

У нас есть все основания думать, что разрабатывается именно такой сценарий. И дело не только в том, что Вашингтон готов бросить нефтеносный Ирак и сосредоточить усилия на афгано-пакистанском направлении. Есть еще и некоторые «проговорки» части американской элиты, ее умонастроения.

Еще раз вспомним недавнюю историю. Ради того, чтобы сокрушить Советский Союз, Америка пошла на деловой союз с исламским фундаментализмом. С саудовскими ваххабитами и афганскими душманами, с пакистанскими фундаменталистами и с сепаратистами в советской Средней Азии. Была создана Дуга нестабильности к югу от Советской России. Получилось! Тогда почему бы не повторить на новом уровне сей опыт? Конечно, игра рискованная – но ведь и кризис, угрожающий сегодня США, намного тяжелее того, с коим янки столкнулись в 1970-х и начале 1980-х годов. Приходится идти ва-банк.

И выгоды в результате удачи велики. Если верны слухи о том, что в районе Африканского рога (близ берегов Эфиопии и Сомали) есть богатые шельфовые месторождения нефти, то можно создать резервный район энергоснабжения, альтернативу Персидскому заливу и РФ.

Итак, в США считают, что Евразия – подходящее поле для игры. Противоречия в ней назрели и перезрели. Мировой кризис их только накалил. Желающих перекроить границы – полно.

Еще в 2006 году отставной полковник Ральф Петерс опубликовал план (карта прилагается) перекройки границ в мусульманской Азии. Так, разделу должен подвергнуться Ирак: его земли отходят новому Свободному Курдистану, гипотетическому шиитскому Арабистану со столицей в Басре (эта страна должна включить в себя самые нефтеносные части Ирана и Саудовской Аравии), а сам Ирак сводится к небольшому суннистскому государству. Иран должен потерять земли, населенные в основном азербайджанцами – ради создания расширенного Азербайджана. Турция теряет курдские регионы на востоке ради создания Курдистана. Пакистан демонтируется – из него выделяется Белуджистан (с частью иранских территорий), а часть северо-западные территории Пакистана (Пуштунистан) уходит в состав расширенного Афганистана. Разделу подвергается Саудовская Аравия, создается Великая Иордания, расширяется на север Йемен.

Впрочем, еще до того, в 1992 году, журнал ForeignAffairs опубликовал работу бывшего офицера британской разведки и историка Бернарда Льюиса «Переконструируя в уме Средний Восток» (Rethinking the Middle East), где предложил сходный сценарий. Отличия его от варианта Петерса не очень велики. Например, Иран предлагается сократить не только на азербайджанские, но и на туркменские регионы – с расширением на юг нынешней Туркмении. (Creating an «Arc of Crisis»: The Destabilization of the Middle East and Central Asia. The Mumbai Attacks and the “Strategy of Tension” by Andrew G. Marshall)

И это, кажется, не игры праздного ума. События вокруг Мумбаи-Бомбея, когда США начали политику стравливания Индии с Пакистаном, говорят о том, что план раздела последней страны начинает воплощаться в жизнь. Американцы наращивают присутствие в Афганистане и готовятся уйти из Ирака, оставляя там «кипящий котел».

А от всего этого до «балканизации» всей Евразии – только один шаг. В сущности, Турция уже раздирается внутренним конфликтом. Отношения между Украиной и РФ «искрят», Крым становится «горячей точкой». Ну, а РФ можно дестабилизировать по сценарию, описанному автором этих строк и Валерием Александровым в статье «Война в стиле «Ирак-оранж?».

Не имеем ли мы дело с новым мощным течением заокеанской политики, с тенденцией на долгие времена?

P.S. Альтернативный доктринам Петерса и Льюиса план мирного переустройства Среднего Востока («Новый Средний Восток») выдвинут в РФ председателем Движения развития Юрием Крупновым (см. здесь).

Кто на Каспии играет на трубе? (За нефтью и газом Прикаспийского бассейна столпилось слишком много клиентов)

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес, Политика

Маркетинг и Консалтинг: Нефтегазовая тематика во все времена была важной и интригующей для многих вне зависимости от того, сколько стоит на данный момент баррель нефти и в какую сторону планируется проложить новый газопровод. Высока мировая цена нефти — все только и обхаживают страны-экспортеры «черного золота», упрашивая слезно их как можно внимательнее отнестись к разного рода альтернативным путям его доставки на международные рынки.

Но вот цена на нефть упала по сравнению с летом сего года более чем на треть, и все равно в Баку, Ашхабаде, Атырау не протолкнуться от нагрянувших в эти края министров, специалистов, аналитиков всех мастей и разного рода консультантов. Всем им хочется непременно что-то такое «сообразить» в этом перспективном с энергетической точки зрения регионе с тем, чтобы ни в коем случае не опоздать к дележке нефтегазового пирога, на который едоков собралось как никогда много.

«Сообразили на троих», пока остальные соображать не торопятся
Недавно в Туркменистане состоялась встреча трех президентов — Азербайджана, самого Туркменистана и, все активнее стремящейся в район Каспия, Турции — для того, чтобы обсудить реалии прокладки так называемого Транскаспийского газопровода по дну Каспийского моря, который даст возможность не только туркменскому, но и в перспективе, казахстанскому и узбекскому газу возможность попадать на мировые рынки через территории Азербайджана, Грузии и Турции.

Проект этот давно уже обсуждается, о нем каждый раз упоминают европейские представители, посещающие регион Каспия с челночными миссиями. Но пока все эти благие намерения так намерениями и остаются. Как правило, подобные «каспийские тройки» собираются больше не для того, чтобы что-то конкретно решить и действительно запустить какой-то судьбоносный для региона проект, а в основном для подачи «политического сигнала» всем тем, кто пока над данной проблемой размышляет и решений принимать пока не планирует.

Ранее в этих же краях собиралась еще одна «каспийская тройка», только немного в другом составе — к Туркменистану здесь примкнули Россия и Казахстан. Они также договорились, о прокладке трубопровода из зоны Каспия, только по другому маршруту — в сторону российской границы, и там не только туркменский, но и казахстанский газ будет играть немалую товарную роль.

Если внимательно посмотреть на карту Каспия, то выяснится, что в центре всей этой «каспийской игры» в газопроводы остается Туркменистан, а его президент Гурбангулы Бердымухамедов исключительно тонко продолжает проводить всю ту же линию, что умело осуществлял его предшественник Ниязов — а именно: держать на коротком «многообещающем поводке» всех заинтересованных в туркменском газе клиентов и мало что делать по существу для того, чтобы хотя бы один проект в этом регионе реально заработал.
Даже организованный Туркменистаном аудит, проведенный британской фирмой Gufne, Klein and associates мало что на самом деле прояснил. Ведь, с одной стороны, газа в туркменских недрах вроде бы действительно много, а с другой — число желающих подружиться на газовой основе с Ашхабадом столь велико, что на всех желающих этого «голубого богатства» может и не хватить.

Так, Евросоюз при поддержке Соединенных Штатов все бьется за проект Nabucco и окучивает Туркменистан по полной программе уже не первый месяц. Если с Азербайджаном вроде бы все договоренности по этому проекту уже достигнуты, то с туркменами дела идут не так просто. ЕС предлагает создать специальную компанию, которая будет, естественно, «мультиевропейской». Именно она и станет, по расчетам европейцев, управлять проектом по доставке природного газа из Туркменистана под дном Каспия на Азербайджан и далее в Турцию (конечная точка этого газопровода, напомню — Австрия).

Но как-то, очевидно, европейские чиновники не задумались о функционировании экономических механизмов да еще связанных с экспортом газа за границу в самом Туркменистане. Кто же это, спрашивается, даст в Ашхабаде европейцам самим поставлять туркменский газ, да еще решать по ходу процесса денежные вопросы? Естественно, Туркменистан на все эти привычные для Европы или США варианты не пойдет, и потому к трубе под названием Nabucco прислониться не очень-то пока спешит.
У Туркменистана есть варианты и прямого сотрудничества с теми же Австрией и Германией, с тем чтобы индивидуально (а не в составе «сборной европейской газовой солянки») заниматься экспортом собственного газа, и в этом плане туркменский президент Г. Бердымухамедов и с немцами, и с австрийцами на эту тему переговоры уже провел.

Делить Каспий уже все устали, а без этого у Nabucco шансов на осуществление немного
Нет пока никакой конкретики со всеми этими «каспийскими тройками» и в отношении будущего тех самых нефтяных и газовых месторождений, которые при любом раскладе должны будут учитывать международные реалии — а именно: до сих пор остающийся спорным статус вод Каспийского моря и нежелание того же Ирана пойти на какие-либо уступки странам СНГ, выходящим на Каспийский бассейн.
Пока страны Центральной Азии не торопятся давать какие-либо гарантии на заполнение возможной Транскаспийской трубы, потенциально роль основного газового поставщика из этого региона мог бы взять на себя Иран. Однако жесткие санкции, которые введены против этой страны Соединенными Штатами, а под их давлением — со стороны ЕС, не дают возможности иранцам ни продавать свой газ в Европу, ни получать оттуда новые технологии и инвестиции.

Вариант, который недавно обсуждался в Тегеране относительно создания совместного предприятия по добыче и сбыту газа при участии России, Ирана и Катара также пока мало осуществим, поскольку на Катар огромное влияние имеют США, да и для России помогать «раскручивать» своего потенциального конкурента по экспорту природного газа в Европу в лице Ирана не имеет особого смысла.
Существуют, правда, схемы, при которых иранский природный газ могла бы продавать европейцам компания, зарегистрированная, скажем, в Южной Корее. Но пока тем же европейцам куда проще покупать газ напрямую у России, а она уже по своим каналам договорится и с Туркменистаном, и с Казахстаном, и с Азербайджаном.

Нет особых перспектив соорудить из зоны Каспия магистральный газопровод из Ирана в Пакистан и Индию или из того же Туркменистана — далее в сторону полуострова Индостан. Во-первых, это совсем даже не понравится Китаю, а на его инвестиции тот же Иран немало надеется. А во-вторых, наличие перманентной политической нестабильности и в Афганистане, и в Пакистане вряд ли очень уж стимулирует зарубежных инвесторов, да еще при осуществлении проекта стоимостью в десятки миллиардов долларов.

Кстати, с точки зрения политических игр и вариантов и Иран, и Россию пока вполне устраивает неурегулированность статуса Каспия, что мешает, с одной стороны, прокладывать Транскаспийский газопровод (против него пока выступают и в Москве, и в Тегеране), а с другой — дает возможность той же России активнее давить и на Ашхабад, и на Астану, поскольку главные и нефтяные, и газовые маршруты доставки энергоресурсов из Туркменистана и Казахстана пролегают все еще через российскую территорию.

Правда, Россия пока не достигла договоренностей с Ашхабадом по поводу цен на туркменский газ, который через российскую территорию будет поступать на Украину, и продавать его будет российская компания «Газпром». Если раньше президент Туркменистана Г. Бердымухамедов постоянно поднимал цену за тысячу кубометров, и все с этим — в том числе и российская сторона — вынуждены были соглашаться, то теперь ситуация изменилась.

Нынче на мировом рынке нефть стоит уже ниже 50 долларов за баррель, и часть энергетических расходов те же европейские потребители вполне могут заменить на более дешевое топливо, нежели растущий в цене природный газ. Скорее всего, окончательные договоренности между Москвой и Ашхабадом по поводу новых цен на газ как минимум на первое полугодие 2009 года будут достигнуты ближе к Новому году. И тогда станет ясно, какие тарифы будет Россия выставлять тем же европейским потребителям и будут ли у них реальные альтернативы с поставщиками на ближайшую перспективу.

Пока газ будут сжижать, много воды на Каспии утечет
Есть и еще одна любопытная подоплека всех нынешних газовых раскладов на Каспии в преддверии подписания новогодних соглашений и контрактов. Так, после посещения Катара туркменские представители загорелись желанием превратить свою республику в центр по сжижению природного газа на всем Каспии. По трубам туркменский газ все-таки попадает в весьма ограниченное количество точек на карте мира, а вот судами, которые из того же Катара развозят сжиженный газ из района Персидского залива — практически повсюду.

На территории Туркменистана планируется построить всего около 20 заводов по сжижению газа, но доставлять его на мировые рынки при любом раскладе придется через территорию Азербайджана. К тому же в связи с мировым финансовым кризисом даже столь щедро раскошеливающиеся на подобные энергетические проекты компании из стран ЕС теперь вряд ли бросятся вкладывать в дорогостоящий проект Nabucco лишние миллиарды евро.

Что же касается чисто азербайджанского проекта под названием «Посейдон», по которому в Европу будет поставляться азербайджанский газ, то его строительство должно начаться в новом году. Но пока неясно, сможет ли эта труба «переварить» в случае необходимости дополнительные объемы природного газа из Туркменистана и Казахстана.

Также пока не идет дальше декларативных заявлений развитие идеи по сооружению нефтепровода Одесса-Броды, по которому нефть Каспия теоретически должна попадать на территорию Украины и Польши. Как неоднократно подчеркивали лидеры тех стран, которые поддерживают этот маршрут — Польши, Украины и Литвы, в прокладке и работе этого нефтепровода на первом месте стоит политика, а экономику, дескать, посчитаем потом.

Однако нынешняя финансовая ситуация в мире поставила как раз экономику на первое место, и выяснилось, что проект этот вообще-то никто еще и не считал, а соответственно, говорить о его эффективности или скорейшем запуске в дело просто несерьезно. К тому же Азербайджан, как неоднократно заявлял его президент Ильхам Алиев, никаких «политических комбинаций» в этом проекте разыгрывать не намерен, а готов поставлять для этого нефтепровода нефть только в том случае, если ему это будет выгодно.

В целом же пока складывается ситуация, при которой количество проектов и идей, куда и в каком направлении проложить нефте- и газопроводы из района Каспия, намного превосходит не только количество стран и их лидеров, которые идеи эти подают, но и реальных возможностей государств региона. Ведь даже при всем желании один Туркменистан не может со своей территории стать «газоспасителем» и стран ЕС, и Украины с Россией, и Ирана с Китаем, и в перспективе — Азербайджана, собственные запасы газа которого достаточно невелики.

Также очевидно, что и в будущем году все многочисленные энергетические проекты в районе Каспия, которые сегодня активно обсуждаются на различных симпозиумах, конференциях и саммитах, будут в своем большинстве политическими, нежели экономически выгодными для стран региона. Почти гарантированно можно предсказать, что «большая политика» и со стороны Европы, и со стороны США будет и дальше буквально навязываться в этом регионе и Туркменистану, и Казахстану, и Азербайджану.

И от того, насколько хватит силы воли и межгосударственной изворотливости лидерам этих стран не ввязаться в политические игры на Каспии, в конечном итоге будут зависеть и стабильность этого региона в целом, и его дальнейшие перспективы как ведущего энергетического бассейна для всех международных рынков.

Адрес публикации: http://www.iran.ru/rus/news_iran.php?act=news_by_id&_n=1&news_id=55145