Метка:Каспий

Иран: Договоренность по Каспийскому морю без участия всех соседей не имеет смысла

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Интернет-портал Посольства Ирана в России: Текст интервью Заместителя министра иностранных дел Исламской Республики Иран по вопросам европейских стран Мехди Сафари. Исламская Республика Иран считает, что проведение любых встреч по вопросу юридического статуса Каспийского моря без участия Ирана противоречит его национальным интересам. Нас беспокоит то, что принимаемые на Каспийском море какие-либо шаги, которые не получают единогласного одобрения, могут привести к тому, что те выгоды, которые получат все страны за счет коллективного сотрудничества на этом море, будут поставлены под вопрос.

Заместитель министра иностранных дел Исламской Республики Иран, специальный представитель Ирана по вопросам Каспийского моря Мехди Сафари заявил: Любые важные вопросы, касающиеся Каспийского моря, должны обсуждаться сообща, и по ним должно быть согласие всех прикаспийских государств.

Вопрос: Из опубликованных сообщений стало известно, что президенты четырех государств – Казахстана, России, Республики Азербайджан и Туркменистана собираются провести 13 сентября текущего года встречу в городе Актау в Казахстане. Скажите, какова программа этой встречи, и почему в ней не принимает участие Исламская Республика Иран?

Ответ: Министерство иностранных дел, как только получило сообщение о проведении этой встречи, сразу же включило этот вопрос в число своих важнейших дел, рассмотрев его внимательнейшим образом. Помимо того, что мы пригласили в министерство послов указанных государств в Тегеране, также мы дали указания нашим посольствам в этих странах встретиться с соответствующими руководящими лицами. На этих встречах данный вопрос был рассмотрен и в этой связи была высказана особая озабоченность Ирана. Его превосходительство господин Моттаки провел многочисленные телефонные переговоры со своими коллегами из указанных стран. На некоторых встречах было официально заявлено, что Исламская Республика Иран считает, что проведение любых встреч по вопросу юридического статуса Каспийского моря без участия Ирана противоречит национальным интересам Ирана.

В ходе принятия Министерством иностранных дел официальных шагов выяснилось, что главным поводом для указанной встречи стало проведение официальных мероприятий в связи с открытием ряда экономических и общественных объектов, а также ряда официальных церемоний, фестиваля и спортивных состязаний, которые пройдут с 11 по 13 сентября.

В этой связи министерство иностранных дел Казахстана в качестве принимающей стороны и организатора мероприятий официально объявило, что «В рамках этих мероприятий, равно как и на встречах в кулуарах, ни под каким предлогом не будут проводиться переговоры по вопросу юридического статуса Каспийского моря или по вопросу раздела дна моря, а проведение переговоров по вопросу юридического статуса возможно исключительно на пятисторонних заседаниях прикаспийских государств.» С другой стороны, президенты отдельных стран сообщили нам, что Иран может быть уверен, что вопрос юридического статуса Каспийского моря и другие вопросы, относящиеся к нему, ни под каким видом не будут обсуждаться и по ним не будут проводиться переговоры и принятие решений без участия Ирана. Более того, президент одной страны направил послание, в котором заверил, что если даже вдруг со стороны одного из государств будет затронут вопрос юридического статуса, то он запретит его обсуждение и покинет переговоры.

Вопрос: Можете ли вы пояснить, почему Иран так чувствительно относится к данному вопросу, и какие на этот счет существуют соображения?

Ответ: Каспийское море является закрытым морем. В течение последних двадцати лет оно стало объектом особого внимания. По многим проблемам этого моря, включая юридический статус, порядок разграничения водной поверхности и дня моря, правила разведки подводных месторождений энергоносителей, права и обязанности государств в этой области, военные вопросы и вопросы безопасности и др., все еще остаются не до конца проработанными и не решенными, и их решение требует согласия всех прибрежных государств. Как с точки зрения международного права, так и с точки зрения реальной практики, любые договоренности по важнейшим вопросам должны достигаться с участием и при согласии всех прибрежных государств, что мы называем принципом консенсуса.

Учитывая тот же принцип, мы убеждены в том, что
— во-первых, региональные совещания по вопросам правового статуса Каспия должны организовываться с участием всех стран побережья Каспийского моря;
— во-вторых, любые решения относительно правового режима Каспия, а также по вопросам, связанным с ним, принятые без согласия всех прикаспийских стран, не будут представлять никакой ценности, будут считаться неприемлемыми и никоим образом не будут исполняться;
— в-третьих, ни одна из стран Каспия не должна действовать таким образом, чтобы нарушать дух коллективного сотрудничества в Каспийском море.

Президенты прикаспийских стран на Тегеранском совещании в сентябре 2007 пришли к соглашению о проведении следующего раунда совещания глав государств под председательством Республики Азербайджан. Было решено, что данное совещание будет проведено в сентябре 2008 года, однако, к сожалению, до сих пор этого не случилось. Поэтому мы рекомендуем принимающей стране приложить усилия к тому, чтобы совещание, по проведению которого была достигнута договоренность, было организовано в ближайшее время.

Вопрос: В нынешних условиях как Вы оцениваете интересы Ирана на Каспии?

Ответ: Мы характеризуем и охраняем наши основные интересы на Каспии таким образом, чтобы они ни коим образом не оказались под угрозой, и ни при каких условиях не позволим этого сделать. Нынешний правовой статус Каспия восходит к двум договорам, заключенным в 1921 и 1940 годах между Ираном и Советской Россией, и будет по-прежнему иметь силу до достижения согласия по новому всеобъемлющему пятистороннему соглашению по правовому режиму Каспия. Относительно разграничения дна Каспийского моря мы также, принимая во внимание то, что эти соглашения непосредственно не затрагивают данный вопрос, убеждены, что любые определения границ должны производиться с учетом принятых принципов международного права, в том числе, принципа справедливости и пропорциональности, а также с учетом особых условий каждой страны. В этом случае доля квота Ирана на Каспии будет равняться 20%. По этой причине до времени достижения пятистороннего соглашения мы не дадим другим странам разрешения на проведение любой деятельности, связанной с разведкой и добычей в пределах своей 20-процентной зоны. Мы также убеждены, что должно полностью контролироваться военное положение Каспийского моря, и все страны должны внести свой вклад в обеспечение безопасности Каспия с тем, чтобы это море стало морем спокойствия, безопасности и стабильности. По этой причине мы не дадим разрешения на несанкционированный заход любых военных судов и плавсредств других стран в свои воды. Кроме того, по причине того, что всеобъемлющий правовой режим Каспия находится в стадии разработки, а также принимая во внимание особые условия и уязвимость окружающей среды данного моря, мы выступаем против строительства любых трубопроводов на Каспии для транспортировки нефти и газа между странами (проекты, подобные Транскаспийскому трубопроводу) и не дадим разрешение на проведение подобных работ.

Исламская Республика Иран считает, что Каспийское море принадлежит исключительно граничащим с ним странам и потому ни одна страна, не относящаяся к прикаспийским, не имеет права присутствовать и осуществлять судоходство на Каспии в любом виде и объеме, а также использовать свой флаг. Это положение закреплено в соглашении между Ираном и Советским Союзом, всегда выполнялось на практике и согласие по этому поводу содержится в Тегеранском заявлении глав пяти прикаспийских государств.

В действительности, мы обеспокоены тем, что действия в регионе Каспийского моря, лишенные единогласного одобрения, могут привести к тому, что будут поставлены под вопрос интересы всех стран, достигнутые в результате коллективного сотрудничества. В настоящее время разрабатываются весьма хорошие пректы в области экономики, сотрудничества в области безопасности, окружающей среды, рыболовства, гидрометеорологии и т.д., для осуществления которых требуются уважение принципу единогласия и коллективного сотрудничества в данном регионе.

Каспийское море разделят без Ирана

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

NefteGaz: В казахском городе Актау пройдет встреча лидеров России, Казахстана, Азербайджан и Туркменистана. Встреча была инициирована казахским лидером, но Дмитрий Медведев, Ильхам Алиев и Гурбангулы Бердымухаммедов поддержали идею.
«Ожидается, что в рамках встречи в Актау, а также последующего неформального общения в городе Кендерли, лидеры России, Казахстана, Азербайджана и Туркмении обсудят вопросы региональной и международной повестки дня», — отметил помощник президента РФ. В частности, будет обсуждаться энергетическое взаимодействие, прикаспийская проблематика, которая не дает покоя странам с момента распада СССР.
Встречу уже осудили представители Ирана. В частности, глава МИДа Манучера Моттаки заявил, что раздел Каспийского моря без участия его государства противоречит ранее достигнутым соглашениям. В ответ ему было заявление от представителей указанных стран, что тема спорной акватории лишь одна из многих, которая обсуждалась и ранее в формате СНГ.

Ресурсный ландшафт Каспия

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА: Нефть и газ Каспийского региона уже не раз оказывались в фокусе внимания. В последние несколько десятилетий в связи с изменением геополитической ситуации интерес к углеводородным ресурсам региона снова возрос, выведя прикаспийские страны на передний план мировой энергетической политики.

В 1991 году на берегах Каспийского моря появились новые независимые государства – Азербайджан, Казахстан и Туркменистан. Новые каспийские государства, которые до этого находились на окраинах Советского Союза, за короткий срок оказались в фокусе ведущих стран мира, прежде всего ЕС и США. Этому способствовали имевшиеся в Каспийском регионе углеводородные ресурсы, вокруг которых позже вспыхнул организованный западными странами ажиотаж – ведь вопросы месторождений нефти и газа всегда стояли у них на первом месте.

Проблема региона, если не брать в расчет геополитический фактор, заключалась в том, что углеводородное сырье, добываемое в прикаспийских странах, могло поступать на экспорт только через территорию России. Новые прикаспийские страны были лишены геополитического маневра, поскольку не имели прямых выходов на внешний рынок. Их планы, связанные с масштабной разработкой углеводородных ресурсов, могли быть реализованы только при увеличении мощностей трубопроводов, построенных еще во времена СССР. Альтернативой этому могло стать создание новых экспортных маршрутов, а потому данный вопрос практически сразу же был политизирован.

Не случайно очень скоро на переговорах прикаспийских государств с западными нефтяными компаниями вопросы разработки новых месторождений и доставки ресурсов на внешние рынки вышли на первое место. Этому способствовала, с одной стороны, заинтересованность прикаспийских государств привлечь в нефтегазовую отрасль иностранные инвестиции, а с другой стороны – западные страны увидели в каспийских углеводородах не только альтернативный источник энергии, но и возможность вновь разыграть энергетическую «карту».

Иных позиций придерживалась Россия, заинтересованная не форсировать разработку углеводородных ресурсов Каспия и сохранить прежние советско-иранские договоренности. Данный подход не отвечал интересам прикаспийских государств, поскольку прежний правовой статус Каспия служил препятствием для разработки месторождений нефти и газа. Российская позиция шла также в разрез с интересами внерегиональных стран и крупных нефтяных компаний, которые видели в Каспийском регионе «второй Кувейт».

Уже в июне 1993 года правительство Азербайджана намеревалось подписать с консорциумом западных компаний контракт на разработку крупных месторождений Азери, Чираг, Гюнешли. Тогда этому помешали внутриполитические события в Азербайджане. Однако вскоре переговоры возобновились и в 1994 году закончились проведением Бакинского нефтяного саммита, на котором был подписан «контракт века». Это стало событием, которое положило начало широкомасштабной разработке каспийских месторождений. Одновременно активизировались переговоры о международно-правовом статусе Каспия, поскольку односторонние действия Азербайджана привели к закреплению за ним части каспийского шельфа.

Подписание Азербайджаном соглашения с нефтяными компаниями по времени совпало с появлением в американской печати сведений о якобы огромных запасах углеводородного сырья, находящегося на шельфе Каспия. Подобные публикации подогрели и без того усиливающийся интерес к Азербайджану, а за ним к Казахстану и Туркменистану крупных нефтяных компаний. Одновременно с нефтяным бизнесом в регионе активизировали свою работу государственные структуры западных стран.

Манипуляции с заведомо неточной информацией и игра на тщеславии политиков прикаспийских государств уже к концу 1990-х годов позволили западным странам создать мощный финансово-политический прессинг. В итоге зарубежные нефтяные компании получили доступ к потенциально богатому углеводородными ресурсами региону, а государственные структуры западных стран – возможность влиять на внешнюю политику прикаспийских стран. Более того, неподтвержденные запасы месторождений в Каспийском регионе активно использовались США для включения прикаспийских стран в орбиту своих интересов. Каспийский энергетический актив привлекал внимание своей перспективностью и возможностью выведения его из-под влияния России.

Призрак «Большой игры»

Наступательный характер американской политики в Каспийском регионе, которую заложил Джордж Буш-старший, получил свое продолжение и при Билле Клинтоне. Столкновение интересов между Россией и США усилило между ними соперничество, которое стали называть «Большой игрой-2», тем самым проводя аналогии с соперничеством, которое разворачивалось в XIX веке между Россией и Великобританией в Центральной Азии.

Со стороны США и ряда западных стран была развернута мощная информационно-пропагандистская кампания, направленная на создание у новых прикаспийских государств иллюзии в скором нефтяном буме и выходе на лидирующие позиции в регионе. Наряду с этим США предпринимали усилия по вытеснению России с Каспия и изменению маршрутов экспорта нефти и газа через территорию других стран. Данные планы активно поддерживались Казахстаном, Азербайджаном и Туркменистаном. Таким образом они рассчитывали уменьшить зависимость от России и укрепить свои отношения с Западом. Не случайно еще в 1995 году США объявили о необходимости поддержки независимости соседей России, отнеся к ним в первую очередь Казахстан и Азербайджан.

Растущая благодаря иностранным инвестициям разведка и добыча нефти и газа в прикаспийских странах поставила вопрос об их доставке на внешний рынок. Это породило различные проекты экспортных маршрутов, которые должны были пройти из Каспийского региона. Очень скоро дискуссия относительно направления новых трубопроводов переместилась в политическую плоскость. В нее активно включились прикаспийские страны, западные государства и нефтяные компании. Большинство проектов разрабатывалось под мифические данные о запасах нефти и газа в Каспийском регионе.

Запах нефти вскружил голову

Перспективы получения значительных доходов от контроля над месторождениями углеводородного сырья в Каспийском регионе подпитывали сепаратистские движения внутри России. Речь идет о событиях 1990-х годов в Чечне. Создание собственного независимого государства с выходом на берега Каспия с установлением контроля над экспортными маршрутами энергетических ресурсов было ключевой задачей чеченского руководства, которое выступало против создания новых обходных маршрутов.

Нестабильная ситуация в Чечне и угроза полной остановки прокачки нефти по маршруту на Новороссийск привели к тому, что в Баку стали искать альтернативные маршруты транспортировки нефти на внешние рынки, которые бы обходили территорию России. Одним из них стал вариант транспортировки нефти из Азербайджана через Грузию (Баку–Супса), которая выразила полное согласие транспортировать азербайджанскую нефть через свою территорию.

Виртуальные ресурсы

В последние годы значительно активизировался переговорный процесс, связанный с обсуждением проектов создания новых трубопроводов, предназначенных для экспорта углеводородного сырья из Каспийского региона. Однако подписанные документы оставляют открытым вопрос относительно источников наполнения нефте- и газопроводов, что переводит все достигнутые договоренности в плоскость виртуальной игры.

Интерес к запасам углеводородного сырья на Каспии поддерживается благодаря усилиям западных стран, которые отмечают возрастающую важность региона. Это привело к обсуждению многих проектов строительства новых трубопроводов. Один из них: Баку–Тбилиси–Джейхан, несмотря на отсутствие необходимых объемов нефти, был осуществлен. На очереди находится еще ряд проектов.

Западные страны заинтересованы в том, чтобы установить контроль над энергетическими ресурсами новых прикаспийских государств и уменьшить влияние России в Каспийском регионе. При этом их не останавливает экономическая нерентабельность ряда прикаспийских месторождений и отказ от участия в разведке и добыче углеводородного сырья некоторых зарубежных компаний.
Каспийский регион не сможет в ближайшее десятилетие служить источником дополнительных объемов нефти и газа, поступающих на внешний рынок. Причина очевидна – запасы углеводородного сырья переоценены. Это подтверждают и данные об уровне добычи углеводородного сырья, достигнутом прикаспийскими странами в последние годы, а также прогнозные оценки на ближайшее десятилетие. Азербайджан, Казахстан и Туркменистан, чьи ресурсы рассматриваются в качестве основных источников для наполнения новых трубопроводов, не могут предложить необходимых объемов нефти и газа. Более того, согласно различным оценкам, через десять лет добыча в Казахстане и Азербайджане еще будет далека от того объема, который потребуют новые трубопроводы.

Не решены вопросы с доставкой углеводородных ресурсов на внешний рынок. Пока что все проекты создания новых трубопроводов, необходимых для транспортировки энергетических ресурсов на внешние рынки, являются не более чем геополитической игрой. Причина этого заключается в отсутствии реальных успехов, связанных с добычей ресурсов на месторождениях Каспия.

Нефть и газ Каспийского региона должны рассматриваться как потенциальный стратегический запас. Когда месторождения в других регионах будут исчерпаны, может возрасти интерес к новым трубопроводным проектам на Каспии. Одновременно возрастет роль Черноморского региона, через который нефть и газ должны поступать на внешние рынки.

Прикаспийские и причерноморские страны заинтересованы в быстрой разработке месторождений на Каспии и выводе их на максимальный уровень добычи, поскольку с транспортировкой сырья на внешние рынки они связывают получение дополнительных доходов. Между тем, по самым оптимистичным подсчетам, большинство планируемых трубопроводов может быть введено в строй не ранее 2013–2015 годов, а их выход на проектную мощность может состояться не ранее 2020–2025 годов. Да и то лишь в том случае, если для их заполнения будет найден необходимый объем углеводородного сырья.

Каспийский вектор российской политики

России необходимо учитывать ряд факторов, которые будут определять ситуацию в Каспийском регионе в ближайшее десятилетие. Прежде всего следует ожидать обострения борьбы за маршруты транспортировки пока еще не добытых ресурсов. По крайней мере, многие страны стремятся диверсифицировать источники получения ресурсов, что уже привело к росту соперничества вокруг новых проектов строительства трубопроводов. С учетом того, что вероятность строительства новых маршрутов транспортировки ресурсов из Каспийского региона остается весьма высокой, Россия может столкнуться с конкуренцией со стороны других прикаспийских государств, заинтересованных увеличить поставки добываемых нефти и газа.

Нельзя исключать усиление роли Ирана, который в перспективе может стать одним из главных конкурентов России в Каспийском регионе. Это может произойти, если прогнозы относительно роста потребления углеводородного сырья европейской экономикой оправдаются. В этом случае могут сместиться акценты в строительстве новых экспортных маршрутов. Роль Казахстана и Туркменистана, которые в настоящее время рассматриваются европейскими странами в качестве главных источников ресурсов для новых трубопроводов, может снизиться.

С каждым годом для прикаспийских государств возрастает роль месторождений Каспия в решении текущих экономических проблем. На фоне продолжающейся милитаризации региона это может повлечь за собой обострение отношений между прикаспийскими государствами.

Следует ожидать усиления интереса к региону США, которые рассматривают углеводородные ресурсы каспийских месторождений в качестве резервного источника ресурсов. Этим объясняется желание Вашингтона установить контроль над месторождениями нефти и газа, закрепив за собой потенциальные ресурсы без больших инвестиций.

Стремление западных стран навязать региону новую «Большую игру» на основе разработки нефтегазовых ресурсов является не чем иным, как стряхнуть пыль с исторических книг. Конкуренция за ресурсы может иметь нулевой результат, как это уже было в XIX веке, когда победители в схватке за влияние так и не были определены.

Nabucco обойдет Грузию через Армению

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

NefteGaz: Евросоюз, весьма способствовавший достижению соглашения между Арменией и Турцией, желает сменить маршрут Nabucco с Грузии на Армению. Одновременно с нормализацией отношений между Турцией и Арменией ожидается и смена региональных энергетических балансов. Стало известно, что Армения будет вовлечена в проект Nabucco, именно ее Евросоюз предпочитает сделать транзитной страной, а не Грузию.
По сведениям турецкой газеты Star, сближение Турции и Армении поменяет маршруты энергетических проектов региона. По сведениям высокопоставленного представителя энергетической отрасли Турции, Евросоюз долгое время желал, чтобы в проекте Nabucco участвовала и Армения. В особенности Франция педалировала участие Армении. Евросоюз не желает прокладки трассы Nabucco по территории Грузии, чтобы не провоцировать новые риски. Почему и в энергетических проектах Армения рассматривается в качестве новой альтернативы. Каспийские энергоресурсы будут переправляться в Европу по территории Армении и Турции. Этот маршрут рассматривается не только как альтернативный, но и самый безопасный.

Каспийский узел на пути «Набукко»

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Фонд стратегической культуры Вокруг газопровода «Набукко», строительство которого после заключения 13 июля 2009 года межправительственного соглашения между Турцией, Румынией, Болгарией, Венгрией и Австрией казалось делом решенным, возникла новая интрига, осложнившая перспективы этого проекта. В конце августа — начале сентября резко обострились отношения между Азербайджаном и Туркменистаном, первый из которых должен стать поставщиком газа и важной транзитной страной, а второй – ключевым поставщиком газа для «Набукко». Без использования газовых ресурсов Ирана, нормализовать отношения с которым Запад пока не готов, и Туркмении «Набукко» удастся заполнить газом лишь наполовину, что делает проект строительства газопровода в обход России гораздо менее рентабельным.

Обострение туркмено-азербайджанских отношений произошло после состоявшегося 30 августа расширенного заседания Государственного совета безопасности Туркменистана, на котором президент Г. Бердымухамедов заявил о планах по усилению военного присутствия на Каспии с целью защитить морскую границу республики «от чужих посягательств». В рамках этих планов к 2015 г. Туркмения планирует построить на Каспии военно-морскую базу постоянного базирования, создать систему локационного и оптического контроля морской акватории, закупить современные скоростные патрульные катера и два корабля, вооруженных ракетами. Для повышения боеготовности туркменских ВМФ планируется регулярно проводить военно-морские учения. Все эти меры, по словам Г. Бердымухамедова, направлены на борьбу «с контрабандистами, террористами и любыми другими силами, которые будут пытаться нарушать государственную морскую границу Туркмении или создавать там нестабильную обстановку».

Главной причиной обострения туркмено-азербайджанских отношений является спор по поводу принадлежности богатейших нефтегазовых ресурсов Каспийского моря, которые две республики не могут разделить со времени распада СССР. И в той и в другой стране нефтегазовый экспорт составляет основу экономики и основную статью доходов бюджета, что определяет длительность и остроту конфликта. Основные противоречия между Азербайджаном и Туркменией касаются принадлежности месторождения Сердар (азербайджанское название — Кяпаз), которое, по оценкам специалистов, содержит до 50 млн. тонн нефти. Спорными Туркменистан считает и месторождения Осман и Омар (Азери и Чираг), разработка которых уже давно ведется консорциумом западных компаний, включая ВР, ExxonMobil и Statoil, и в настоящее время дает Азербайджану основной объем добычи нефти. Кроме того, к числу спорных относится месторождение «Араз-Алов-Шарг», претензии на которое выдвигает Иран.

Длительный спор по поводу принадлежности нефтегазовых месторождений Каспийского моря складывается пока в пользу Баку, который, располагая довольно внушительными по меркам Каспия военно-морскими силами, имеет гораздо больше «аргументов» для отстаивания своей позиции. Так, разработку месторождений Чираг и Азери Азербайджан начал, невзирая на мнение Ашхабада, который первое из этих месторождений считал частично, а второе — полностью своим. Вскоре претензии Баку распространились и на Кяпаз, который расположен на 80 км ближе к туркменской территории. На разработку этого месторождения Азербайджан даже провел конкурс, победителями которого стали российские «Лукойл» и «Роснефть». Однако под давлением Ашхабада Россия от разработки Кяпаза отказалась. Провести конкурс на его разработку пыталась и Туркмения, однако победивший в нем американский Mobil также был вынужден отказаться от разработки по все той же причине спорной принадлежности месторождения.

На рубеже 1990-х — 2000-х гг. из-за противоречий между Ашхабадом и Баку сорвался еще один крупный проект – строительство газопровода из Туркмении в Азербайджан по дну Каспийского моря. Проект Транскаспийского газопровода, являвшегося тогдашним аналогом «Набукко», предусматривал ежегодную поставку из Туркмении через Азербайджан и Грузию в Турцию и далее в Европу 30 млрд. куб. метров газа. Однако после открытия месторождений газа на азербайджанском секторе Каспия Баку потребовал выделить ему квоту в размере 50% пропускной мощности газопровода. Являвшийся тогда президентом Туркмении С. Ниязов согласился выделить Азербайджану не более 5 млрд. кубометров, то есть около 1/6 его пропускной способности. Однако Баку это не устроило. В результате проект Транскаспийского газопровода так и остался на бумаге, а Азербайджан с 2007 г. поставляет свой газ в Турцию через территорию Грузии по новому газопроводу «Баку – Тбилиси — Эрзурум».

Однако даже в случае урегулирования всех разногласий между Туркменией и Азербайджаном нерешенной остается проблема правового статуса Каспийского моря. До 1991 г. на его берегах существовали только два государства – СССР и Иран, а само море, в соответствии с заключенными между ними договорами, имело статус внутреннего водного бассейна, закрытого для третьих стран. С распадом СССР на Каспии появились четыре новых независимых государства – Россия, Казахстан, Азербайджан и Туркмения, что потребовало корректировки его правого статуса. По этому вопросу в настоящее время сформировались две основных позиции. Россия предлагает не делить толщу воды на национальные сектора, чтобы не препятствовать свободе судоходства, а в целях регулирования недропользования разделить дно по принципу срединной линии. Против этого выступает Иран, который, располагая всего 14% побережья Каспийского моря, предлагает разделить его на пять равных частей по 20% каждой из стран. Туркмению и Азербайджан, которым в этом случае придется делиться с Ираном своими секторами, такая перспектива не устраивает. В 2003 г. Россия, Казахстан и Азербайджан подписали соглашение о частичном разделе Каспийского моря по срединной линии, однако проблему его статуса это соглашение не решило.

Неурегулированность статуса Каспия мешает прокладке по его дну газопроводов, поскольку окончательно неясно, кто и каким участком дна владеет. Так, эксперт Германского совета по внешней политике Александр Рар, слова которого цитирует информационное агентство «Регнум», считает, что Россия и Иран имеют возможности не допустить строительства любых газовых или нефтяных трубопроводов через Каспий, поскольку международное право требует согласия всех стран, которым принадлежат участки морского побережья. В этом контексте последний демарш Ашхабада свидетельствует о его стремлении к скорейшему разделению не только дна, но и водообъема Каспия, что позволит Туркменистану «иметь все юридические и политические возможности для прокладки новой газовой трубы в Европу».

Естественно, что конфликтная ситуация вокруг статуса Каспия и принадлежности его нефтегазовых месторождений снижает шансы на строительство газопровода «Набукко» и улучшает перспективы строительства Прикаспийского газопровода, проект которого поддерживает Москва. По словам главы участвующей в проекте «Набукко» австрийской компании OMV Вольфганга Руттенсторфера, первоначально газ для него планируется закупать в Азербайджане, Ираке и Египте, которые к 2015 г. смогут обеспечить 15-16 млрд. кубометров. По 7-8 млрд. кубометров будут поставлять Азербайджан и Ирак, и еще 1-2 млрд. – Египет. Иран, располагающий огромными запасами газа, пока не рассматривается на Западе в качестве поставщика для «Набукко» из-за его ядерной программы. То есть без транскаспийского газопровода ресурсов для заполнения газом «Набукко» хватит не более чем наполовину.

Учитывая, что программа модернизации туркменских ВМФ рассчитана на довольно отдаленную перспективу, а также тот факт, что баланс сил на Каспии она существенно не изменит, в ближайшее время следует ожидать очередного раунда дипломатической борьбы вокруг определения правового статуса Каспийского моря. Возможность для обсуждения каспийских проблем представится весьма скоро – на 13 сентября в казахстанском Актау запланирован неформальный саммит президентов России, Азербайджана, Туркмении и Казахстана. Однако отсутствие иранского президента наводит на мысль том, что окончательного решения вопроса о статусе Каспийского моря на этом саммите достичь не удастся, а его наиболее вероятным результатом могут стать двусторонние договоренности в нефтегазовой сфере.

Возможные изменения политики США в отношении стран Центральной Азии

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Институт развития фондового рынка: В настоящее время рядом аналитических центров администрации ведется проработка вопросов, связанных с уточнением политики администрации США в отношении стран Центральной Азии.

Экспертами, в частности, отмечается, что в первые годы независимости стран Центральной Азии этот регион не носил выраженной стратегической значимости для США: географическая удаленность, отсутствие выхода к морю, сложный рельеф и климат, а также существовавшие в то время приоритеты американской стратегии не давали региону особых приоритетов, хотя энергетические ресурсы региона, его близость к России, Китаю, Индии и Ирану, все же заставляли постоянно держать его в сфере интересов.

По ряду ранее существовавших оценок, богатство энергоносителями прикаспийских государств, сделало область значимой во внешней политике США и ряда ведущих европейских стран, а также Китая, Индии и Пакистана. Однако ряд экспертов прогнозируют, что регион сможет стать лишь незначительным поставщиком на глобальный рынок энергии, особенно в сравнении со странами Персидского залива и Россией. Так по оптимистическим прогнозам предполагается возможность региона производить одну десятую всей добываемой в мире нефти; пессимистические же оценки предсказывают производство еще на более низком уровне (до трети от оптимистического прогноза). Кроме того, даже безотносительно от фактических количеств, эффективные поставки энергоносителей станут возможными лишь через несколько лет, когда будет создана необходимая для этого инфраструктура.

Каспийский газ также не может легко транспортироваться на ведущие мировые рынки энергоресурсов и, таким образом, не затронет американские интересы. Поставки газа из каспийского региона на Запад сопряжены с существенными транспортными проблемами, что делает его достаточно дорогим. В то время как нефть может транспортироваться морским путем, для подобной транспортировки газа необходима специальная инфраструктура по его сжижению, которая в регионе практически отсутствует. Подводные трубопроводы также достаточно дороги и сложны в обслуживании. По мнению экспертов, есть надежды на строительство газопроводов до восточных рынков, однако их обязательно надо будет проводить транзитом через Афганистан и Пакистан. Успех таких проектов целиком зависит от развития политической ситуации в этих странах, которая остается нестабильной. Вместе с тем, эксперты подчеркивают, что Соединенные Штаты заинтересованы в том, чтобы энергоносители из прикаспийских стран поступали на глобальный рынок.

Ситуация изменилась в 2001 году вместе с изменением стратегических приоритетов США: регион приобрел одно из первостепенных значений. В регионе было проведено развертывание американских воинских соединений, была резко увеличена экономическая и военная помощь странам региона.

Однако ситуация еще раз претерпела существенные изменения после событий в узбекском Андижане, когда правительство этой страны заявило о категорическом несогласии американского военного присутствия на своей территории.

Высокая динамика изменений обстановки в регионе, заставляет американских аналитиков прогнозировать возможные сценарии ее развития и готовить варианты проведения политики США в отношении стран центрально-азиатского региона.

По мнению американских аналитиков, сегодняшняя ситуация в мире уже не дает возможности полностью отказаться от военного присутствия в регионе, хотя аналитики и сомневаются в вопросе эффективности долгосрочного военного присутствия в регионе.

Так, в частности, в исследованиях корпорации РЭНД отмечается, что значение региона в американской внешней политике возрастает, что требует наращивания американского присутствия в регионе. Причем такое присутствие должно быть в первую очередь экономическим и политическим, а не военным. Эксперты сомневаются в эффективности военного присутствия в условиях азиатского менталитета и доминирования ислама в регионе.

Вместе с тем эксперты отмечают, что даже в условиях снижения значимости военного присутствия, само значение региона для американской стратегии будет и дальше возрастать по целому ряду причин, далеко выходящих за границы Центральной Азии.

Исследование «U.S. Interests in Central Asia Policy Priorities and Military Roles», подготовленное в РЭНД в декабре 2005 года, было направлено на изучение политической ситуации и перспектив ее развития в регионе, уточнение роли ислама и отношений между центрально-азиатскими государствами с целью определить будущие требования и подходы к американской стратегии в Центральной Азии. Исследование проводилось в рамках Программы разработок стратегий и доктрин проекта РЭНД по взаимодействию с военно-воздушными силами США.

Экспертами РЭНД отмечалось, что американская политика в отношении Центральной Азии в ближайшие годы будет критическим компонентом американской стратегии национальной безопасности, но роль военной силы в этой политике будет достаточно малой по двум причинам:
во-первых, хотя вооруженные силы имеют важное значение в обеспечении безопасности, ключ к решению американских проблем в Центральной Азии лежит в экономической и политической сфере. Эксперты считают, что в ряде случаев американское военное присутствие лишь затрудняет достижение стоящих целей американской политики в регионе;
во-вторых, эксперты отмечают наличие лишь незначительных причин для существенного военного присутствия в регионе в стратегической перспективе. По их оценкам, существует всего несколько маловероятных сценариев развития обстановки, когда государства Центральной Азии станут настолько важными партнерами США, что потребуется постоянное военное присутствие в регионе.
В этой связи эксперты РЭНД рекомендовали администрации США стремиться максимально эффективно работать с другими заинтересованными сторонами с тем, чтобы продвинуть собственные экономические и политические интересы.

Так, в частности, Россия, Турция, Китай, Индия и ряд европейских стран разделяют американские цели стабильности и развития в Центральной Азии. Эксперты признают, что для многих из этих стран, особенно для России, область является намного более критической, чем для Соединенных Штатов. Планируя политику в регионе, США следует учитывать и интересы России с тем, чтобы меньшими затратами достигать собственных целей. Хотя такого сотрудничества в условиях сложной координации и недоверия будет трудно достигнуть, достижение такого партнерства будет критическим звеном в успешной американской стратегии в регионе.

Вместе с тем, роль американских войск в Центральной Азии экспертами РЭНД видится хотя и сравнительно незначительной, но критической, особенно для военно-воздушных сил США. Важнейшей задачей должно быть не постоянное военное присутствие, а создание инфраструктуры, способствующей оперативному развертыванию в регионе необходимых сил в случае изменения обстановки.

Эффективная стратегия для будущего американского военного присутствия в Центральной Азии, по мнению РЭНД, должна включать три базовых компонента.

Формирование и поддержка в «теплом» резерве необходимой инфраструктуры базирования, способной обеспечить возможности для быстрого развертывания необходимых сил и средств в регионе.
Детально проработанная программа тактического взаимодействия между вооруженными силами США и вооруженными силами стран-партнеров в Центральной Азии, нацеленная на отработку взаимодействия в условиях осложнения обстановки.
Стройная политика взаимодействия по линии военных министерств, направленная на обеспечение деятельности инфраструктуры базирования и ее эффективное использование в случае обострения обстановки.

Как разделить Каспий?

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Analitika: Новый виток внимания к вопросу определения правового статуса Каспийского моря со стороны российских властей, обозначенный президентом Дмитрием Медведевым на недавнем совещании в Астрахани, вызвал бурную реакцию в прикаспийских государствах. Апогеем усилий российской дипломатии должен стать неформальный саммит четверки, без Ирана, намеченный ориентировочно на 13 сентября в казахстанском Актау.

Неформальное общение президентов должно прояснить текущее положение дел в переговорном процессе, приблизить позиции сторон по острым вопросам, выходящим за рамки общения уполномоченных экспертов, контактирующих в рамках общей рабочей группы. Одной из ключевых тем переговоров четверки, выходящим за рамки определения правого статуса моря, станет создание новой экономической структуры — Организации Каспийского экономического сотрудничества (ОКЭС).

Первоначально авторство идеи – объединить прикаспийские государства в экономическом сообществе – принадлежало Ирану. Говорят, что высказана она была в самом начале передела каспийского пространства в 1992 году. Достоверно же известно, что необходимость ОКЭС была озвучена в ходе тегеранского саммита глав прикаспийских стран.

Однако на нынешнем этапе Россия перехватила инициативу с ОКЭС и стремится доказать ее важность своим партнерам. Здесь и начинаются казусы, которые лишний раз подчеркивают сложность общего процесса нахождения пятистороннего консенсуса в отношении всеобъемлющей конвенции о правовом статусе Каспийского моря.

Конечно, ни одна прибрежная страна сходу не отвергла российское предложение, но у каждой есть свое мнение относительно того, когда и как может быть создана такая структура. Особое внимание на себя обращает позиция Баку. Наладив дружеские отношения с Россией в Азербайджане не склонны рубить с плеча и отвергать российские инициативы. Согласившись с общим смыслом, Баку еще начале года, когда россияне реанимировали идею ОКЭС, взяли время на размышление, которое продолжается по сей день. Предметно реакцию азербайджанских властей выразил завотделом международных связей администрации президента Азербайджана Новруз Мамедов. По его словам, о создании ОКЭС можно будет говорить лишь после определения статуса Каспийского моря.

Для Баку вопрос статуса гораздо более актуален, чем скажем для Москвы и даже Астаны. Россия в этом отношении оказалась в привилегированном положении — ей удалось разрешить практически все статусные вопросы с соседями — Азербайджаном и Казахстаном. У Азербайджана же в соседях — неуступчивый и строптивый Иран, а также не менее капризная и притязательная Туркмения. В таком формате развивать общее экономическое сотрудничество азербайджанцам не с руки. А если вспомнить агрессивную реакцию Тегерана на попытку нефтяников начать разведку в южной акватории Каспийского моря или совсем недавний демарш Ашхабада относительно вызова Азербайджана в Международный суд по факту определения принадлежности месторождений, то многое в позиции Баку станет понятным.

Тема экономического сотрудничества обязательно поднимет множество других неразрешенных до сих пор вопросов, в частности подводных трубопроводов. Азербайджан и Казахстан полагают, что уже текущие договоренности, достигнутые на двустороннем уровне, позволяют прокладывать подводные энергетические магистрали. Однако и Россия, и Иран жестко пресекают всякие домыслы на сей счет – трубы можно класть только с согласия всей пятерки. Мотив прост – если нефтяная или газовая труба пересечет Каспий с восточного на западный берег, то Москва, да и Тегеран будут считать себя проигравшими, ведь через Азербайджан открывается прямой путь в Турцию и далее в Евросоюз.

Россия не скрывает, что желает переключить на себя весь транзит газа из прикаспийского региона, лишая альтернативные трубопроводы вроде «Набукко» ресурсной базы. Но Иран стремится к тому же – перевести на себя энергопотоки региона. В этом ему мешают экономические санкции и непримиримая позиция США, отрицающая сотрудничество с иранским режимом, который, по мнению Вашингтона, готовит собственную атомную бомбу.

Однако заблуждаются те эксперты, которые считают, что Москва нашла в Иране надежного партнера. На данном этапе, конечно, их интересы совпадают. Но как только статус Каспия будет зафиксирован, и в нем найдут отражение все ныне нерешенные вопросы, Иран станет жестким соперником России, в первую очередь, в соревновании за направление газовых магистралей. Такой же исход вероятен и без согласия пятерки по статусным вопросам. Уже сегодня в отсутствие контактов «Газпрома» с Туркменией газ этой среднеазиатской страны утекает в Иран, строится новая ветка газопровода.

На таком фоне идея с ОКЭС может лишь служить стимулом для скорейшего нахождения консенсуса внутри пятерки или, по крайней мере, четверки. А само сотрудничество в рамках новой структуры может собрать в себя все, кроме энергетики, иначе противоречий будет больше, чем точек соприкосновения.

Привлечь же на свою сторону Туркмению будет проблематично. Амбициозная позиция нового лидера безусловно конструктивнее, чем был у Туркменбаши, но от этого никуда не делись государственные интересы, которые требуют максимальных выгод от того или иного соглашения. Баку будет только рад, если Москва поговорит с Ашхабадом на предмет не только статуса Каспия, но и судьбы месторождений, которые надо делить внутренними переговорами, не вынося за пределы региона. Ведь иной формат чреват активным вмешательством внерегиональных игроков, которые россиянам совсем не симпатичны.

Евгений Кришталев

Источник: Вестник Кавказа

Армения становится транзитным государством

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес

Iran News: Правительство Армении объявило о том, что оно намеревается превратить Армению в транзитное государство, сообщает агентство ИСНА.

В течение последних 20-ти лет коммуникационные пути, связывавшие Армению с Турцией и Азербайджаном, остаются закрытыми, и в настоящее время Армения намеревается осуществить инфраструктурный проект, который позволит ей выйти из изоляции.

Начало реализации программы по установлению связей с внешним миром положит строительство железной дороги Север-Юг, которая свяжет Армению и Иран. Ереван с помощью этого проекта планирует получить выход на пути перевозки различных грузов и энергоносителей. На данный момент армянские железные дороги имеют выход только к черноморским портам через территорию Грузии.

Одновременно с железнодорожным проектом будет вестись строительство скоростной автомагистрали Север-Юг, которая свяжет город Мегри на армяно-иранской границе с портом Батуми в Грузии. С завершением строительства этой автомагистрали протяженностью 700 км расстояние между Ереваном и Батуми составит 450 км. Названная автодорога должна привести к развитию торговли в регионе и расширению транспортных перевозок.

Кроме того, в результате реализации названных проектов Грузия через Армению и Иран получит выход к Персидскому заливу и Каспийскому морю. В условиях разрыва отношений между Москвой и Тбилиси Грузия заинтересована в расширении торговли с Арменией и Ираном.

Азербайджан реализует новую нефтегазовую стратегию

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

NefteGaz: Английская Экологическая Компания по Управлению ресурсами окружающей среды – ЭРМ стала победителем международного тендера, объявленного Госконцерном «Азерикимья» по проекту «Оценивание безопасности окружающей среды и влияния на здоровье» по части нефтехимического комплекса Азербайджана и производства удобрения.

Реализация новой нефтяной стратегии, основа которой заложена общенациональным лидером нашего народа Гейдаром Алиевым, и успешно осуществляемой в жизнь Президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым, открывает новые и большие перспективы по динамическому развитию нефтехимической промышленности нашей страны.

В соответствии с задачами, поставленными главой Государства перед Госконцерном «Азерикимья» в связи с перспективным развитием нефтехимической и химической промышленности, успешно продолжаются работы по созданию нового нефтехимического комплекса, производство которого основывается на самые передовые технологии мира и, что очень важно, — на местную сырьевую базу.

На днях подведены итоги очередного этапа международного тендера, объявленного в связи с «оцениванием безопасности окружающей среды и влияния на человеческое здоровье» — по экологической части проектирования новосоздаваемого нефтехимического комплекса Азербайджана и производства удобрения. Победителем тендера объявлена английская Компания по управлению ресурсами окружающей среды – ЭРМ, которая в полном соответствии с высокими международными требованиями представила самое оптимальное тендерное предложение на основе высоких критерий, указанных в подготовленном сборнике основных условий.

Следует отметить, что новый нефтехимический комплекс, который будет построен на основе самой передовой мировой технологии, позволит Азербайджану стать в ближайшем будущем основным производителем в регионе разных видов нефтехимических продуктов и, что особенно важно, его производства полностью будут отвечать самым высоким международным стандартам по защите окружающей среды и здоровья людей.

Реализация этого большого проекта будет способствовать не только полному обеспечению внутренних потребностей страны в нефтехимических продуктах и азотных удобрениях, а также укреплению позиций Госконцерна «Азерикимья» на мировом рынке, лидерство Азербайджана в области нефтехимии и химии в широком регионе, охваченным Каспийским и Средиземными морями ещё на долгие и длительное годы.

Александр Рар: Россия и Иран способны предотвратить построение газовых или нефтяных трасс через Каспий

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

«Нефть России»: Интервью Day.Az с экспертом Германского совета по внешней политике Александром Раром.

— До сих пор неизвестно, кто займет пост сопредседателя в Минской группе вместо Мэтью Брайзы. Информация о том, что пост, скорее всего, займет Тина Кайданов, не подтвердилась. Кого, по вашему мнению, могут выдвинуть на этот пост США?

— Я не в курсе дела, это слишком сложный вопрос. Нужно разбираться во внутренних перестановках команды Барака Обамы. На этот вопрос, к сожалению, я не могу ответить.

— Когда был поднят вопрос о направлении миротворческих сил в Карабах, то было много мнений по тому, какие страны должны принимать в этом участие. В частности, возникал вопрос, стоит ли лучше задействовать нейтральные страны, нежели Россию или США, которые являются посредниками конфликта. Хотелось бы узнать ваше мнение на этот счет…

— Ну, вы знаете, всегда в такие горячие точки стараются посылать нейтральные страны в качестве «голубых касок». В частности, только они и могут наводить мир. Нейтральные страны всегда пользовались большим авторитетом среди миротворцев, в случае с Нагорным Карабахом, думаю, вопрос должен стоять также. Но также нельзя забывать, что конфликт вокруг Нагорного Карабаха имеет свой определенный «привкус», особенность.

Тут двойной вопрос – решение карабахского конфликта в юридической форме, ради стабильности на территории. Не секрет ведь, что вопросы энергетической безопасности, прокачки нефти и газа из России через Южный Кавказ, транспортировка газа в обход России – все эти вопросы играют очень важную роль.

Касательно миротворческих сил в Нагорном Карабахе, я не думаю, что будут задействованы только нейтральные страны. Естественно, великие державы, участники минского процесса будут стараться иметь там большой «пакет контроля» над ситуацией.

— В казахстанском городе Актау пройдет встреча лидеров прикаспийских стран, на которой пройдет обсуждение правового статуса Каспийского моря. Чего, по вашему мнению, стоит ожидать от этой встречи, которая, судя по всему, будет неофициальной?

— Я бы сказал, что ситуация на сегодняшний день не разрешаема. Вопросы о статусе Каспийского моря обсуждаются уже лет 20, с того времени, как развалился Союз, есть несколько четких позиций. Раньше их было несколько, сейчас осталось две — с одной стороны, это позиция России и Ирана, чтобы разделили все справедливо между пятью прикаспийскими государствами, а воду, конечно не разделишь, это международная собственность. Таким образом, Россия и Иран имеют определенный инструмент, способный предотвратить построение любых газовых, или нефтяных трасс, через водное пространство Каспия.

Вообще, я не думаю, что ситуация может изменится каким-то коренным образом, так как этот статус-кво является устоявшимся вот уже 10 лет.

— Насколько вы считаете важным согласие всех прикаспийских государств при обсуждении каких-то проектов, связанных с каспийскими трубопроводами?

— Я думаю, международное право требует согласия всех участников процесса, всех стран, которые имеют прямое отношение к Каспийскому морю, которым принадлежат участки самого моря. Я думаю без этого, ситуация никоим образом не может быть поставлена под юридический контроль в правовом поле. Международное право должно действовать, оно есть, должно применяться, о нем должны договориться.

Почему это не удается сделать сейчас? Потому, что Россия и Иран не хотят, чтобы была построена западная труба, в обход России и того же Ирана, и они будут тормозить весь процесс полного открытия Каспийского моря для построения этих самых труб.

В то же самое время, можно понять Азербайджан, Туркменистан, Казахстан – страны, которые хотят выйти из нынешней изоляции, в которой находятся, и нужно использовать построение трасс через Каспий, чтобы укрепить свою независимость от российских транзитных путей. Я думаю, что это вопрос очень сложных переговоров, тут нужно иметь терпение.

Я не думаю, что Россия и Иран будут идти на какие-то поблажки, думаю нужно выдержать и продолжать вести переговоры. Результат изменения нынешнего статус-кво я не ожидаю, — передает Day.Az.