Метка:Каспий

Для Nabucco придется строить новые трубопроводы из Ирака и Египта в Турцию?

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

«Нефть России»: Экспортные доходы Азербайджана будут зависеть не только от контрактной цены на газ второй стадии Шах-Дениза, но и от маршрута, по которому он будет транспортироваться на зарубежный рынок. Об этом сообщает собственный корреспондент журнала «Нефть России» в Каспийском регионе Владимир Мишин.

Между тем соглашение по Nabucco вдохновило министра энергетики Грузии Александр Хетагури на откровение по поводу транзитных условий, заготовленных Тбилиси. «Когда проект Nabucco заработает, Грузия получит от него газ по формуле “5+5”. Это означает, что 5% от объёма транспортируемого сырья мы получим бесплатно, и ещё 5% — по льготной цене!», – заявил он. Считая, что сейчас Азербайджан стремиться продавать свой газ по цене 320 долларов за 1 тыс. м3, а также учитывая, что грузинский участок ЮКТ имеет длину 248 км, получаем прогнозный размер «грузинского аппетита»: 6,45 доллара за перекачку 1 тыс. м3 на расстояние 100 км. И это только в контексте 5% бесплатного газа! С учётом же 5% льготного сырья стоимость грузинского транзита вырастит до 8-10 и более долларов! То есть Азербайджану придётся недосчитаться 20-25 долларов с каждой 1 тыс. м3 «голубого топлива». И это без затрат на транспортировку по ЮКТ.

Здесь стоит отметить, что приведённые расценки применимы лишь к газу Азербайджана. А вот Туркменистану с учетом общей длины ЮКТ (690 км) транзит 1 тыс. м3 через Южный Кавказ обойдётся уже в 55-69 долларов.

Другое дело, готов ли Азербайджан материально поддержать Грузию, или свой коммерческий интерес Баку всё же ближе? Если ближе, тогда маршрут газа предопределён – он пойдёт на север, где нет «транзитных друзей». И Nabucco в таком случае надо ориентироваться на иракское и египетское сырьё и строить не только 3300 км самой магистрали, но и новые трубопроводы из Ирака и Египта в Турцию. Но в этом случае «удовольствие от Nabucco» обойдётся европейцам уже не в 7,9 млрд евро, а заметно дороже, да и сроки реализации проекта существенно удлинятся.

Россия и Иран рука об руку

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

На этой неделе продемонстрирован маленький, но существенный факт — совместные российско-иранские военные учения в Каспийском море с участием, примерно, 30 судов. Они частично замаскированы заботой о защите окружающей среды.

В манёврах, названных «Региональное сотрудничество для безопасного и чистого Каспия», объединены охрана морских целей в Каспийском море, крупнейшем в мире озере, а также — главного энергетического узла, который в настоящее время является площадкой для конкурирующих альтернативных путей передачи энергоносителей.

Это свидетельствует о новой тенденции военного сотрудничества Ирана и России, которое, вероятнее всего, из-за получения Ираном статуса наблюдателя в Шанхайской организации, будет в ближайшем будущем расти. Но продолжающееся противостояние вокруг ядерной программы Ирана может затронуть это потепление отношений.

Готовность Ирана присоединиться к этим манёврам представляет собой разворот на 180 градусов от позиций семилетней давности. В мае 2002 года Тегеран резко отреагировал на российские военные учения на Каспии, состоявшиеся после провального саммита по этому вопросу (ядерной программы Ирана), отказавшись даже направить наблюдателей на манёвры.

Несмотря на все взлёты и падения ирано-российских отношений, под тяжестью геополитических и геоэкономических соображений обе страны, к большому огорчению Вашингтона, который стремится изолировать «предъядерный Иран», всё в большей степени переходят к широкому сотрудничеству.

В то время, когда Россия чувствует подрывную политику США в регионе и тревогу из-за отсутствия каких-либо компромиссов с администрацией Барака Обамы по поводу планирующейся установки противоракетного щита в Восточной Европе, Москва расчётливо намерена обновить свои военные связи с Тегераном.

Сигнал для Вашингтона заключается в том, что Россия в отношении Ирана, одного из основных столпов антиамериканских настроений в регионе, не потерпит каких-либо прямых или косвенных сценариев «смены режима».

За двухдневными военными учениями внимательно наблюдают другие прикаспийские государства — Азербайджан, Туркменистан и Казахстан, а также соседние государства Кавказа и Центральной Азии, некоторые из них равняются на Запад и с осторожностью относятся к качественно новому уровню российско-иранских военных связей.

Если Россия исполнит своё обещание ввести в эксплуатацию столь долгожданную электростанцию в Бушере, которую она строит в Иране, немало нынешних иранских опасений по поводу России исчезнет.

В конце концов, Россия является единственным иранским ядерным партнёром, и президент России Дмитрий Медведев открыто дал отпор попытке Обамы во время недавнего посещения тем Москвы, связать новый договор об ограничении вооружений с вопросом о новых санкциях в отношении Ирана.

Неудивительно, что накануне российско-иранских военных учений, госсекретарь США Хиллари Клинтон высказалась об ужесточении подхода к Ирану, категорически заявив, что США выступают против иранской программы «полного обогащения», хотя она допустима в соответствии со статьями Договора о нераспространении ядерного оружия, который подписал Иран.

Воскресное выступление госпожи Клинтон находится в резком контрасте с заявлением Обамы в ходе его поездки по Праге, когда он намекнул, что США готовы согласиться с иранской программой обогащения урана в тех пределах, пока она полностью контролируется Международным агентством по атомной энергии Организацией Объединённых Наций.

А всё увеличивающийся разрыв между Москвой и Вашингтоном по отношению к Ирану неоспорим, и, скорее всего, воздействует на планы администрации Обамы по введению новых жёстких санкций в конце этого года. Тегеран уже получил удар по своей ядерной программе в виде ступенчатых санкций ООН, а также тех санкций, что США ввели в одностороннем порядке.

Министр обороны США Роберт Гейтс, посещая Израиль на этой неделе, сообщил принимающей стороне, что он по-прежнему «полон надежды» на встречу в ближайшие несколько месяцев представителей администрации США с руководством Ирана, намекая на предельный срок для такой «встречи». Это заставило занервничать Израиль и некоторые умеренные арабские государства.

По сравнению с гипотетическим американо-иранским взаимодействием, отношения между Россией и Ираном из геостратегических соображений развиваются в направлении медового месяца.

Совместные учения на Каспии могут быть отправной точкой для более тесного военного сотрудничества между российскими и иранскими ВМС, в частности, если Москва отложит в сторону свой предыдущий запрет на прохождение новых иранских военно-морских кораблей в Каспий через свою систему речных каналов.

Каспийским соседям России, прежде всего — Азербайджану, это может не понравиться, поскольку идёт спор между Тегераном и Баку о каспийской нефтяной области. Тем не менее, необходимость более тесного сотрудничества России и Ирана для отражения влияния Запада диктует необходимость усиливать иранское военно-морское присутствие на Каспии.

Важным вопросом являются возможные последствия российско-иранского военного сотрудничества для зашедшего в тупик разграничения права собственности на Каспии. Бóльшая часть Каспия уже нарезана на части в соответствии с двусторонними и трёхсторонними соглашениями с участием России, Азербайджана и Казахстана. Иран по-прежнему недоволен отсутствием сотрудничества России по этому вопросу.

Это, в некоторой степени, компенсируется тем, что обе страны согласились на совместное использование поверхности Каспийского моря, отталкиваясь от Ирано-Российского соглашения о дружбе 1921 года. Пакт дал легальную основу для сегодняшнего военно-морского сотрудничества между двумя странами.

В то же время в Иране преобладает взгляд, что Москва, чтобы придать Тегерану полную уверенность, должна сделать ряд уступок по сложному вопросу о разграничении юридических полномочий на Каспии. Иранским официальным лицам, отвечающим за вопросы Каспия, представляется ясным, что именно Россия может сделать в ситуации, которая частично контролируется со стороны других прикаспийских государств.

Обвинения в адрес России о заведении в тупик юридического разграничения прав на Каспии являются любимым времяпрепровождением некоторых иранских реформистов, которые презирают Москву за объятия с президентом Махмудом Ахмадинежадом после президентских выборов 12 июня. Такая критика должна быть отрезвлена пониманием, что влияние России на другие прикаспийские государства, которые поделили внутреннее море между собой, всё-таки ограничено.

Другой вопрос, поднятый манёврами, касается Персидского залива, считающегося де-факто «американским озером», где через сделку об устройстве постоянной военной базы с Объединёнными Арабскими Эмиратами на сцену вышла Франция. Самым слабым ответом Ирана на французское появление, непростительное с точки зрения иранской внешней политики, для поддержания равновесия может быть проведение аналогичных ирано-российских военных учения в Персидском заливе.

Сами совместные манёвры на Каспии вполне могут оказаться предвестником более широкой повестки дня, которая включает в себя концепцию создания газового картеля.

Кавех Л. Афрасиаби, доктор философии, является автором книги «После Хомейни: новые направления иранской внешней политики». Его последняя книга, «Толкование иранской внешней политики после 11 сентября».

Источник: Переводика

У Каспийского моря появится статус

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Bakililar.AZ: Президент России намерен в ближайшее время провести встречи с президентами Азербайджана, Казахстана, Туркмении и Ирана для определения правового статуса Каспийского моря.

Как сообщает Bakililar.AZ, президент России Дмитрий Медведев провел в Астрахани совещание по вопросам прикаспийского сотрудничества.

По словам Медведева, для России приоритетом на Каспии являются интересы Российской Федерации и других прикаспийских государств. «Наша основная задача — сохранить Каспийское море для будущих поколений, не допустить его экологической деградации. В этой связи необходимо соблюдать баланс между освоением богатств Каспия и сохранением уникального разнообразия его флоры и фауны, ценных пород рыб», — заявил Медведев.

Он отметил, что переговоры по сотрудничеству между прикаспийскими государствами проходят очень трудно, по словам Медведева, этим переговорам нужно придать импульс.

Российский лидер отметил, что в ближайшее время намерен встретится с президентами Азербайджана, Казахстана, Туркмении и Ирана для определения правового статуса Каспийского моря.

Источник информации: http://www.iran.ru/rus/news_iran.php?act=news_by_id&_n=1&news_id=58731

Туркмения протянет Ирану газопровод

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

КОММЕРСАНТЪ: Туркмения в отсутствие договоренностей с Россией введет в строй в декабре 2009 года дополнительную ветку газопровода в Иран, который планирует нарастить закупки топлива с 8 млрд до 20 млрд куб. м в год. В то же время проекты совместного строительства газопроводов с Россией — Прикаспийский, Восток—Запад и расширение САЦ-4 — так и не сдвинулись с мертвой точки. Одновременно упущенная выгода «Туркменгаза» от прекращения экспорта газа в апреле-июле в РФ составила как минимум $2,5 млрд. Эксперты отмечают, что если Москва и Ашхабад не договорятся в этом году о возобновлении закупок газа, то Туркмения на каком-то этапе может присоединиться к трансъевропейскому газопроводу Nabucco.

Вчера туркменское госагентство «Туркмен хабарлары» сообщило, что Гурбангулы Бердымухамедов поздравил в телефонном разговоре Махмуда Ахмади-Нежада с избранием на пост президента Ирана и обсудил с ним возможность расширения сотрудничества в области энергетики и транспорта. Туркменский лидер, в частности, пригласил своего иранского коллегу посетить Ашхабад с официальным визитом в третьей декаде декабря и поучаствовать в торжественных мероприятиях по поводу ввода в строй газопровода Довлетабат—Серахс—Хангеран, по которому туркменский газ начнет поставляться в Иран.

Общая протяженность нового газопровода, берущего свое начало с крупнейшего газового месторождения Туркмении Довлетабат, составит 30,5 км (диаметр трубы — 1020 мм). Проектная мощность — 12,5 млрд куб. м газа в год. Иран наряду с Россией является традиционным покупателем туркменского газа. По трубопроводу Корпедже—Курт-Куи (с месторождения Корпедже на западе страны) Туркмения ежегодно поставляет в Иран 7,5-8 млрд куб. м газа. По итогам двусторонних переговоров, проведенных в Ашхабаде в июле, была достигнута договоренность об увеличении этих поставок до 14 млрд куб. м газа в год и строительстве нового газопровода. Вчера было объявлено, что цена будет формироваться по международным стандартам. Но, как сообщил «Ъ» источник в «Туркменгазе», пока она не определена.

Газ с Довлетабадского месторождения традиционно экспортировался в Россию (30-42 млрд куб. м в год). Поэтому решение о поставках сырья с той же ресурсной базы было принято после того, как Россия прекратила закупать в Туркмении после взрыва газопровода САЦ-4 на границе с Узбекистаном 9 апреля. Главный редактор The Russian Energy Михаил Крутихин отмечает, что, по его данным, ремонт после взрыва на САЦ-4 был завершен через четыре дня, «однако «Газпром» отказывается брать газ». «У Туркмении нет иного выхода, как искать альтернативные России источники заработка — Иран, Китай и Nabucco»,— говорит эксперт. Как следствие, все проекты с Россией оказались заморожены. Расширение газопровода САЦ-4 и строительство Прикаспийского так и остались на бумаге. А тендер по строительству газопровода Восток—Запад, о котором президент России Дмитрий Медведев договаривался с господином Бердымухамедовым еще в марте, по-прежнему не завершен. «Европейцы, насколько я знаю, сделали Туркмении хорошее предложение по строительству Востока—Запада. Единственное, что они просят,— дать немцам и австрийцам в разработку месторождения. И с если ЕС поможет, то Баку и Ашхабад начнут решать вопрос демаркации границ Каспийского моря, и я ожидаю, что на каком-то этапе реализации Nabucco Туркмения присоединится к этому проекту»,— рассказывает господин Крутихин.

Аналитик «Арбат Капитала» Виталий Громадин отмечает, что ранее планировалось, что «Газпром», покупая газ у Туркмении по рыночной цене, будет поставлять его Ирану в обмен на энергоресурсы в Персидском заливе. «Туркмении, скорее всего, было не столь важно, кому продавать газ, если цена справедливая. Когда же «Газпром» перестал покупать газ, пришлось задуматься о других вариантах сбыта. В противном случае мощности по добыче простаивают зря, и страна теряет прибыль»,— говорит эксперт. Директор East European Gas Analysis Михаил Корчемкин рассчитал, что доход «Туркменгаза» в первом квартале от экспорта газа в Россию составил $3,5 млрд, а недополученный доход в апреле-июле — $2,5-4 млрд. В 2008 году «Газпром», по его расчетам, купил туркменского газа на $5,9 млрд. «Цены в этом году были повышены вдвое, но продажи продлились всего три месяца»,— говорит эксперт.

Все три опрошенных аналитика сходятся во мнении, что «Газпром» постепенно теряет влияние над газовыми поставками из Туркменистана.

Москва – Вена: меняющееся нефтегазовое партнёрство

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Фонд стратегической культуры: 13 июля 2009 года канцлер Австрии Вернер Файман подписал в Анкаре государственный контракт о Евразийском энергетическом проекте под эгидой председателя Еврокомиссии Жозе Мануэла Баррозу и премьер-министра Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. «Набукко» (таково название запланированного проекта, который должен быть построен к 2014-2015 годам) следует вполне определённой геополитической логике: он должен ослабить позиции России как поставщика энергоресурсов в Западную Европу и обогнуть территорию Украины и Белоруссии.

Через 40 с лишним лет после подписания первого контракта между Веной и тогда ещё советской Москвой крупнейшее энергетическое предприятие Австрии OMV (Austrian Mineral Oil Administration) начинает действовать против интересов России, беря на себя ведущую роль в ряде ключевых аспектов проекта «Набукко».

Можно по-разному оценивать жизнеспособность проекта «Набукко» в целом, но совершенно очевидно, что участники проекта, который поможет качать газ из Каспийского региона через Турцию, Болгарию, Румынию и Венгрию в обход России и Украины, настроены очень решительно. Учитывая, что технически газопровод длиной 3.300 километров можно использовать в обоих направлениях, Турция рассматривается как страна, в которой будут регулироваться направления топливных потоков будущей европейской системы газоснабжения. Эта техническая инфраструктура поможет превратить черноморские порты Турции в исключительно важные центры, через которые пойдет не только азиатский газ (включая, кстати, и российский газ), но также и алжирский и ливийский газ. В этом смысле проект «Набукко» знаменует отход от исторически сложившегося российско-австрийского взаимодействия и приближение в будущем австрийско-турецкому взаимодействию. Вариант контрстратегии мы наблюдаем в Балтийском море, где полным ходом идёт строительство российско-германского газопровода.

К истории вопроса

Когда в августе 1945 года был подписан Потсдамский Договор, объявивший, что союзники могут использовать «германскую собственность» (Deutsches Eigentum), чтобы взыскать компенсацию со вновь образованного австрийского государства, Франция и Советский Союз не преминули воспользоваться этой возможностью. СССР взял под свой контроль энергетический сектор Австрии с его хорошо разработанными месторождениями нефти к северо-востоку от Вены и всю нефтяную промышленность в тот момент, когда страны-победители разделили Австрию на четыре зоны и каждая контролировала свою. До Второй мировой войны большая часть нефтяных месторождений в так называемой территории Мархфельд принадлежала Socony Vacuum Oil Group (позже — Mobil Oil), а также Royal Dutch (позже – Shell Oil). После того как в марте 1938 года Австрию оккупировала фашистская Германия, немецкие инвесторы, такие как «Preussag», открыли новые месторождения нефти, а когда в декабре 1941 года США объявили войну Германии, большинство иностранных владельцев продали или были вынуждены продать свою собственность германским предприятиям. В августе 1945 года нефтяная промышленность Австрии, в большой степени снабжавшая страну энергией (и до сих пор поставляющая 10% необходимой нефти), находилась в целом в руках германских компаний.

И в этот самый момент, в конце августа 1945 года, возник план осуществления объединённого австро-советского проекта эксплуатации месторождений нефти на востоке Австрии […] Однако Вашингтон начал шантажировать австрийских официальных лиц и пригрозил непризнанием первого правительства Австрии, а также отсрочкой вручения документа о передаче имущества в случае осуществления австро-советского энергетического проекта. В результате план «Санафта» провалился.

Своим приказом № 17 от 5 июля 1946 года советский генерал Курасов объявил бывшую германскую собственность советской. И только три недели спустя австрийское правительство приняло закон о национализации ряда основных отраслей экономики, особенно нефтяной промышленности. Закон был принят в соответствии с позицией Соединённых Штатов и мог рассматриваться как последняя попытка избежать перехода к СССР прав собственности на бывшие американские, британские и голландские предприятия. Но Москва не торопилась признать решения о национализации в Советском секторе, который находился под контролем Красной Армии, включая нефтеносные регионы на востоке Австрии. В 1946-1955 гг., пока войска четырёх держав-союзниц не покинули Австрию, разработка и очистка нефти в стране осуществлялась под советским контролем. Компания Soviet Oil Administration, (SMV), управлявшаяся советским Министерством энергетики и контролировавшаяся Госпланом СССР, разрабатывала и расширяла нефтеносные районы. В 1954 г. на SMV работало 12.000 человек, директорами были советские граждане, а многие рабочие состояли в Коммунистической партии Австрии.

Несколько недель, которые оставались до подписания Государственного договора 15 мая 1955 года, обеспечивавшего Австрии полный суверенитет, оказались решающими для австро-советских отношений в области энергетики. Вена и Москва достигли соглашения о передаче прав собственности на советскую компанию от СССР Австрии. В Московском меморандуме от 15 апреля 1955 года договорённость была зафиксирована следующим образом: Москва продает SMV за 150 миллионов долларов, а Австрия обязуется поставлять нефть Советскому Союзу в течение 10 лет. Политически Москва обязала Вену дать гарантию, что вновь обретённая австрийская собственность не попадёт в руки бывших иностранных владельцев (германских, американских и британских). Данное вето на восстановление прав бывших собственников было включено в статью 22/13 Государственного договора и нарушено австрийскими и американскими официальными лицами ещё до того, как Государственный договор был подписан.

10 мая 1955 года, то есть всего за пять дней до получения Австрией полного суверенитета, Австрия и США обсудили условия так называемого Венского меморандума. Вашингтон оказал чудовищное давление на австрийских официальных лиц с тем, чтобы те отказались от ограничивающей статьи касательно прав американских владельцев на энергетический сектор Австрии в до-нацистское время. В результате согласования Венского меморандума австрийские переговорщики подписали прямо противоположное тому, на что они согласились в Московском меморандуме. Австрия гарантировала Соединённым Штатам восстановление прав бывших американских и других иностранных предприятий на эксплуатацию месторождений. В тот момент Венский меморандум не был опубликован. Позднее Австрийский Канцлер Бруно Крайский, участвовавший в качестве заместителя Государственного Секретаря в переговорах в Москве и в Вене и подписавший противоречащие друг другу меморандумы, дал автору этих строк интервью (уже после отставки с поста Канцлера), в котором назвал Венский меморандум обманом Москвы.

После подписания государственного договора SMV был национализирован. В 1960 году Socony Vacuum Oil (Mobil) и Shell были восстановлены в правах на добычу нефти и газа на месторождениях восточной Австрии. Более того, они установили систему распределения топлива для заправочных станций. В рамках австрийской системы нефтеочистки Mobil и Shell владели по 13% акций централизованного австрийского нефтяного и газового консорциума, в сумме 26%, что делало их блокирующим меньшинством, то есть они могли заблокировать решения всей нефтегазовой отрасли страны.

Энергетический договор Вены и Москвы

В разгар холодной войны Австрия была первой и долгое время единственной страной, торговавшей нефтью и газом с Советским Союзом и другими странами СЭВ. Эти особые отношения коренились в периоде 1945-1955 годов, а также в Московском меморандуме, в соответствии с которым Австрия должна была поставлять нефть в Советский Союз. В конце 60-х годов направление торговли энергоресурсами изменилось. Газ стало возможным поставлять на большие расстояния. И теперь уже советский газ закачивался в газопровод «Дружба», чтобы обеспечить энергией Австрию и другие страны Запада.

Первое совместное предприятие было создано Австрией и ЧССР в 1966 году, когда две страны подписали договор, позволявший эксплуатировать общее месторождение газа между австрийским Zwerndorf и словацким Vysoka. Австрийский OMV начал покупать словацкий газ. Гораздо более масштабное соглашение было подписано двумя годами позже, в 1968 году. На этот раз Москва и Вена подписали контракт, по которому Австрия подключалась к «Дружбе» для получения советского газа. Советско-австрийский договор по газу 1968 года, подписанный поначалу на 23 года, продлевался затем несколько раз и остаётся в силе до сих пор. С 1 сентября 1968 года российский газ бесперебойно подавался в Австрию, пока 6 января 2009 года Киев не заблокировал подачу газа с целью оказать давление на Европейский Союз. В конце 60-х годов на австрийском рынке появилась советская нефть. В октябре 1973 года промышленно-развитые западные страны испытали нефтяной шок оттого, что ОПЕК подняла цены на 75%. Нефтеперерабатывающее предприятие OMV в австрийском городе Schwechat было вынуждено заниматься очисткой только советской нефти (30% от всего объёма). Государственное австрийское нефтеперерабатывающее предприятие OMV (Austrian Mineral Administration) было приватизировано в конце 80-х. Один крупный иностранный инвестор (Abu Dhabi Investment Group) приобрёл 13% акций. Сегодня (последние имеющиеся данные относятся к 2007 году) структура собственности большого австрийского поставщика энергии OMV выглядит следующим образом: 31.5% — государственный холдинг ÖIAG, 17.5% — IPIC/Abu Dhabi и 50.9% — мелкие акционеры (10% Великобритания, 9% США). Нефть поступает из Казахстана (23%), Ирака (17%), Алжира (13%), Ливии (10%), из собственно австрийских месторождений (10%) … России (3%).

Газ в Австрию в 2008 году поступал из следующих стран: Россия – 40,5%; собственные австрийские месторождения – 37,3%; Норвегия – 8,8%. В качестве одного из глобальных игроков на энергетическом рынке OMV активно разрабатывает газо- и нефтеносные месторождения во всём мире. Подписано также два соглашения о работе в России (в Республике Коми и в Саратовской области).

Шок января 2009 года

В ночь на 7 января 2009 года газопроводы вокруг газораспределительного центра в Баумгартене оказались пустыми в первый раз более чем за 40 лет. Баумгартен находится в 6 километрах к западу от словацкой границы и функционирует как распределитель газа партнёрам из Италии, бывшей Югославии и Германии. Обычно центр в Баумгартене распределяет 30% российского газового экспорта, что составляет примерно 45 миллиардов кубических метров газа в год. Структура российского газового экспорта на Запад следующая: газопровод с полуострова Ямал, идущий через Белоруссию; газопровод меньшей мощности «Голубой поток» через Чёрное море и, наконец, газопровод «Дружба».

С тех пор как протеже Б.Ельцина, бывший Премьер-Министр России В.Черномырдин обратил в собственный капитал средства советской газовой промышленности и создал в 1992 году ГАЗПРОМ, одно из самых мощных предприятий в мире, Европа увидела ряд политических изменений, за которыми последовали экономические. История ГАЗПРОМА изобилует примерами резкого повышения цен на энергоресурсы. Белоруссия и Украина — единственные транзитеры российского энерго-экспорта на Запад — испытывают на себе постоянное давление. Это давление представляет собой смесь экономических конфликтов из-за цен на топливо и стоимость транзита, а также спор за право владения трубопроводами и газокомпрессорными станциями, с одной стороны, и серию политических вмешательств — с другой. Киев и Минск платят той же монетой.

Контрактные отношения между Москвой и Веной также подверглись изменениям. Обе стороны используют разные формы нападок на некогда определённые и надежные долгосрочные договоры. Москве потребовалось более 10 лет, чтобы удержать в своих руках собственность после распада СССР, сопровождавшегося дикой приватизацией в процессе первоначального накопления. В момент, когда российское государство вновь обрело способность контролировать, по крайней мере основные отрасли экономики, такие как развитие и поставка энергоресурсов, международные отношения вернулись на договорную основу […]И хотя совершенно очевидно, что НАТО, ЕС и США используют национально-этническую дезинтеграцию в результате распада СССР в своих собственных интересах, Москва демонстрирует неспособность реинтегрировать этот регион. Мощь ГАЗПРОМА не влечёт предложений более широкой интеграции с соседями и бывшими партнёрами СССР. Вместо этого ГАЗПРОМ смешивает экономические и геополитические интересы кремлёвского правящего класса. Это задевает Западную Европу, которая использует любые расхождения между Москвой, с одной стороны, и Киевом, Минском, Кишинёвом — с другой, чтобы углубить раскол между бывшими партнёрами. Вместе с тем Австрия после вступления в 1995 году в Европейский Союз утратила инструменты ведения собственной национальной внешней политики. Более того, присоединившись к ЕС, Вена нарушила свой нейтралитет, что было неформальным условием подписания Государственного договора 1955 года не только в институциональном и политическом смысле, но также и в военном. Австрийское правительство подписало «Амстердамский договор» 1997 года, по которому Европейский Союз становится военным союзом. Вена сдала свои национальные интересы (а не только интересы получения энергоресурсов) в систему общеевропейского регулирования. Это означает, что де-факто, если не де-юре, Вена не является больше субъектом экономических и политических отношений на международной арене.

Приватизация ГАЗПРОМА и использование его мощи правящим классом, группирующимся вокруг Кремля, с одной стороны, исчезновение национальных «австрийских» интересов в результате серии приватизаций в конце 1980-х и членства Австрии в ЕС — с другой, в корне изменили отношения между Москвой и Веной. Брюссель использовал шантаж со стороны «оранжевого» Киева c угрозой прекращения подачи российских энергоресурсов в Западную Европу во время острого российско-украинского конфликта из-за цен на топливо и стоимости транзита, чтобы продвинуть идею диверсификации источников энергопоставок на Запад. Результат – крупная австрийская энергетическая компания OMV превратилась в движущую силу поиска новых путей поставок энергии в Западную Европу. При взгляде из Москвы Вена в этом плане отодвинулась дальше на запад и потеряла свою былую роль посредника между Москвой и столицами Западной Европы.

_______________

Hannes HOFBAUER (Австрия) — издатель и журналист.

Продолжает обостряться ситуация на Каспии

Опубликовано Обновлено на от wpmrРубрики:Политика

«Нефть России»:   МИД Туркмении в опубликованной во вторник в газете «Нейтральный Туркменистан» статье заявляет, что «Туркмения считала и считает неприемлемым осуществление на Каспии каких-либо односторонних действий, без заключения соглашения между соответствующими прикаспийскими государствами, определяющего их юрисдикцию в отношении конкретных участков морского дна».

По мнению туркменского МИД, согласно Конвенции о континентальном шельфе, принятой в 1958 году в Женеве, разграничение дна и недр Каспийского моря осуществляется на основе соглашений, заключаемых между государствами, имеющими смежные или противолежащие берега. При этом делимитация дна и недр Каспия должна осуществляться на основе серединной линии, которая и служит границей между государствами.

В международном праве существует общепризнанная методика построения такой линии, основанной на принципе равного удаления ее точек от базовых береговых исходных линий. При этом в мировой практике срединная линия определяется с учетом «особых обстоятельств», связанных с крайне неординарной географической конфигурацией берегов (резко выступающие в море участки суши, либо острова, исторически не связанные с сушей), указывается в статье.

Именно эти «особые обстоятельства» негативно влияют на реализацию принципа справедливости при разграничении морских границ, который закреплен в Конвенции ООН по морскому праву 1982 года.

В этой связи Ашхабад твердо придерживается позиции, что разграничение дна и недр Каспия между Туркменией и Азербайджаном должно осуществляться без учета влиянии полуострова Апшерон и острова Жилой, которые по международному морскому праву являются «особыми обстоятельствами» и поэтому не должны приниматься во внимание при проведении серединной линии.

МИД Туркмении в статье отмечает, что туркменская сторона приложила максимум усилий, чтобы решить все вопросы по морской границе в рамках двусторонних переговоров с Азербайджаном. Внешнеполитическое ведомство Туркмении полагает, что в сложившейся ситуации будет верным обращение в международные арбитражные инстанции, что является способом правового цивилизованного разрешения спорных ситуаций между странами.

Разногласия между Туркменией и Азербайджаном возникли из-за трех нефтегазовых месторождений — «Сердар» (в азербайджанской версии «Кяпаз»), «Омар» («Азери») и «Осман» («Чираг»), расположенных в спорной части Каспийского моря.

На заседании туркменского правительства 24 июля президент Гурбангулы Бердымухамедов, заслушав информацию об очередном, безрезультатном, 16-м по счету раунде туркмено-азербайджанских переговоров по разграничению морского дна, дал поручение МИД Туркмении досконально изучить этот вопрос с привлечением специалистов по морскому праву и для его справедливого решения подготовить документы в Международный арбитражный суд. При этом Бердымухамедов подчеркнул, что Туркмения примет любое решение Международного арбитражного суда, каким бы оно ни было.

В ответ на это министр иностранных дел Азербайджана Халаф Халафов заявил, что Азербайджан готов защитить свою позицию по вопросу принадлежности месторождений на Каспии на любом уровне, в том числе посредством всех дипломатических средств
«Мы готовы защищать интересы Азербайджана всеми доступными средствами, в том числе и дипломатическими. Что касается судебных процедур, то в случае если возникнет такая необходимость, то мы готовы рассмотреть и их», — сказал Х.Халафов.

Он подчеркнул, что Азербайджан еще в начале 90-х годов прошлого века, до подписания «контракта века» провел необходимые исследования по вопросам разработки месторождений, включая географические, физические, и правовые аспекты.

«Мы провели все необходимые исследования для обоснования нашей позиции и прав», — сказал Х.Халафов.

Вопрос о спорных с Азербайджаном морских территориях по Каспию не поднимался во времена СССР, и приобрел особую актуальность после распада Союза. Из-за этих территорий во время правления первого президента Туркмении Сапармурата Ниязова отношения между Туркменией и Азербайджаном почти полностью прекратились.

Туркменбаши в этих вопросах компромисса не признавал, требуя вернуть Туркмении все спорные территории, на что Азербайджан не соглашался, считая эти территории своими. С избранием в феврале 2007 года президентом Туркмении Гурбангулы Бердымухамедова появилась надежда, что стороны смогут найти взаимоприемлемое решение по определению двусторонней границы по Каспию. Неопределенность границ на Каспии и проблемы спорных территорий на море препятствуют в целом выработке соглашения между прикаспийскими государствами по правовому статусу Каспийского моря, что препятствует освоению богатейших природных ресурсов этого уникального водоема, — передает «Новости-Азербайджан».

У Nabucco новые проблемы из-за спора между Туркменистаном и Азербайджаном

Опубликовано от wpmrРубрики:Бизнес, Политика

EnergyLand: Возобновившийся внезапно спор между Туркменистаном и Азербайджаном по поводу месторождений углеводородов в центре Каспийского моря стал очередным препятствием на пути реализации проекта Евросоюза по прокладке газопровода Nabucco.Спор по поводу прав собственности на каспийские месторождения уже более десяти лет отравляет туркмено-азербайджанские взаимоотношения, пишет турецкое издание «Turkish Weekly» (перевод публикует inosmi.ru). Но на протяжении двух последних лет представители обеих стран под нажимом руководства ЕС и США регулярно проводили встречи, возродив надежду на то, что проект Nabucco все же будет реализован.
24 июля по этим надеждам был нанесен новый удар, когда туркменский президент Гурбангулы Бердымухамедов во время заседания кабинета министров упомянул о докладе заместителя министра иностранных дел Тойлы Комекова.
Бердымухамедов сказал, что согласно выводам доклада, тупиковая ситуация, сложившаяся в вопросе разграничения дна и недр Каспийского моря, остается неразрешенной «из-за особой позиции Азербайджана. Главная причина такой ситуации в том, что прямо в спорных районах Каспийского моря находятся месторождения полезных ископаемых. Азербайджан претендует на право владения этими месторождениями, включая месторождение, которое в советскую эпоху было известно как «Промежуточное», и которое сейчас мы называем своим месторождением «Сердар»».
Далее Бердымухамедов упомянул месторождения «Омар» и «Осман», заявив, что Азербайджан уже приступил к их разработке, хотя, по его словам, эти запасы «принадлежат нам». Туркменский президент выразил сожаление в связи с тем, что 16 двусторонних встреч так и не привели к решению проблемы, а затем дал указание министру иностранных дел Рашиду Мередову передать это дело на рассмотрение Международного арбитражного суда.
Это может создать мощное препятствие на пути планов ЕС по строительству трубопровода Nabucco. Предлагаемый к прокладке 3300-километровый трубопровод должен пройти от западной границы Грузии в Европу через территорию Турции. В трубы Nabucco планируется закачивать газ из Cредней Азии, в частности, из Туркменистана, который обладает крупнейшими запасами «голубого топлива».
На протяжении 15 лет данный план предусматривает сооружение «транскаспийского» газопровода по дну Каспия из Туркменистана в Азербайджан, где эту ветку планируется подключить к трубопроводу, идущему к западной границе Грузии. Но спор между Ашхабадом и Баку за право собственности на три каспийских месторождения помешал сооружению этого газопровода.
Недавно произошло некоторое потепление в отношениях между двумя странами, когда Бердымухамедов в прошлом году посетил Баку. Это породило надежды на то, что трубопровод все же будет построен.
Выступая 25 июля по государственному телевидению, заместитель министра иностранных дел Азербайджана Халаф Халафов дал понять, что Баку готов к судебному разбирательству по вопросу собственности на месторождения. «Мы считаем, что готовы отстаивать позицию и права Азербайджана на всех уровнях», — сказал он.
Азербайджанский эксперт по вопросам энергетики и редактор ежедневного информационного бюллетеня Turan Energy Ильхам Шабан рассказал туркменской службе «Радио Свободная Европа/Радио Свобода», что после многолетних споров решение суда может стать самым «цивилизованным» способом выхода из тупика.
«Передать это дело в суд — вполне естественный шаг, и мы надеемся, что суд вынесет справедливый вердикт», — заявил Шабан.
Он добавил, что решение вопроса о праве собственности может заложить основу для радикального улучшения туркмено-азербайджанских отношений, а это, в свою очередь, откроет дорогу таким проектам, как Nabucco. В рамках этого проекта предусматривается, что львиная доля из предполагаемого объема закачки газа в 31 миллиард кубометров будет поступать из Туркменистана.
«У меня есть ощущение, что этот суд вынесет такое решение, которое еще больше сблизит наши страны, если Ашхабад и Баку примут и будут соблюдать постановление Международного арбитражного суда», — заявил Шабан.
Он признал, что если две страны не проявят уступчивость и будут как и раньше занимать жесткие и несговорчивые позиции, которые уже очень долго портят двусторонние отношения, то суд может тянуться годами, ставя под угрозу сооружение транскаспийского трубопровода и трубопровода Nabucco.

Россия поможет Ирану добыть газ для «Набукко»

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Каспаров.ру: Огромное количество упоминаний о «Набукко» в СМИ в последние две недели наводит на мысль о заранее спланированной информационной акции. Началось все неожиданно: глава Туркмении сделал официальное заявление о готовности участвовать в проекте. Газ для «Набукко», имеющий проектную мощность примерно 30 миллиардов кубометров топлива в год, предположительно будут поставлять Азербайджан (7-8 млрд кубометров) и Ирак (15 млрд кубометров). Эти пока что виртуальные посулы тем не менее легли в основу заявлений на весь мир, что проблем с наполняемостью трубопровода больше нет. По этой причине активизировался и договорной процесс.

В Анкаре главы правительств Турции, Австрии, Венгрии, энергокомпаний Болгарии и Румынии парафировали соглашение по проекту «Набукко». Более того, на церемонии подписания документа присутствовали более 30 представителей иностранных государств и ЕС, в том числе представители Грузии и Украины. При этом число сторонников конкурента «Набукко» — российского проекта газопровода «Южный поток» — резко поубавилось. В частности, новый премьер-министр Болгарии заявил о пересмотре всех крупных энергетических сделок с Россией.

О поддержке проекта «Набукко» заявили сразу несколько представителей властей США, правда, не из числа первых лиц, а всего лишь крупных чиновников, что, впрочем, неудивительно.

США вообще являются основным лоббистом «Набукко», но на этот раз была предпринята попытка привлечь на сторону проекта и нового президента Барака Обаму. С открытым письмом в его адрес обратилась большая группа европейских политиков, в том числе экс-президент Литвы Валдас Адамкус, экс-президенты Польши Лех Валенса и Александр Квасьневский, экс-президент Чехии Вацлав Гавел, бывший премьер-министр Эстонии Март Лаар, экс-президент Латвии Вайра Вике-Фрейберга и многие другие. Они призвали Обаму проявлять бдительность в отношении Москвы и с целью укрепления евро-атлантической мощи избавить Европу от энергетической зависимости от России. Дескать, США уже помогли построить нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан, так помогите построить «Набукко», призывают в письме политики. Это послание помогает развязать руки США.

Другая цель у всей этой информационной кампании — раздразнить Россию. Изначально процесс противодействия «Набукко» российские власти строили на договоренностях с производителями газа. Россия закупала оптом газ по выгодной цене у Туркменистана и Азербайджана. Но в этом году в условиях кризиса она предложила еще снизить цену на газ в расчете удержать эти страны другими способами. Например, перекрыть газ из Азербайджана в Европу можно за счет возобновления карабахского конфликта, в урегулировании которого важную роль занимает Россия. Из Туркменистана газ пока также на сможет поступать в Европу, поскольку не решены проблемы транзита голубого топлива по дну Каспийского моря. В то же время путь на восток для Туркменистана открыт, и для страны гораздо более выгодным в настоящее время является договор по строительству газопровода с Китаем. Так что все свои дипломатические усилия российские власти направили на другого потенциального поставщика газа — Иран, обладающего к тому же самыми большими запасами голубого топливо.

Заметно, что тактика России по противодействию «Набукко» изменилась, о чем свидетельствует реакция наших властей на событие в Анкаре, которая была необычайно спокойной. Подписание соглашений прокомментировал президент Дмитрий Медведев, отправившийся после Южной Осетии и Абхазии в Германию. Там на пресс-конференции, отвечая на вопрос по «Набукко», он совершенно спокойно заметил, что раз этот проект нужен Европе, то он нужен и России. «Мы ведь тоже европейцы», — подчеркнул Медведев. Это спокойствие связано с тем, что России удалось договориться с Ираном о совместной разработке иранских газовых месторождений. Так что предложение Ирана участвовать в проекте «Набукко» исходит и от России тоже.

Эту новую конфигурацию «Набукко», в трубу которого, возможно, будет поступать все тот же российский газ, США до конца еще не осмыслили. На данном этапе американские чиновники отвергают участие в проекте Ирана по той причине, что к нему есть вопросы у МАГАТЭ.

Однако последнее слово, возможно, будет за европейцами, ведь речь идет все же о газе для Европы. Здесь российские власти нашли себе союзника в лице Германии. Ангела Меркель после встречи с Дмитрием Медведевым заявила, что «Набукко» не должен финансироваться за счет средств европейских налогоплательщиков, она высказалась в пользу привлечения частных инвестиций. По всей видимости, Меркель имела в виду прежде всего германские фирмы, которые уже вкладывают средства в газоразведку перспективных месторождений ряда стран — поставщиков голубого топлива. Германия явно будет стремиться играть большую роль в проекте «Набукко» в ответ на то, что европейские страны чинят препятствия в реализации газпромовского «Северного потока».

Очевидно, что усиление позиций России в Иране, да еще в стратегически важной нефтегазовой сфере, не понравится США, которые считают для себя жизненно важным установление контроля над ресурсами всей планеты.

Ситуация вокруг «Набукко» по большому счету близка к взрывоопасной. Какой же выход есть из нее? Это отказ вообще от всех трубопроводных проектов, как лоббируемого США «Набукко», так и российских «Северного потока» и «Южного потока». Слишком нездоровую атмосферу они вокруг себя создают, подпитывая паразитарные настроения многочисленных государств, желающих прислониться к трубе. Тут необходимо помнить, что существует более достойная альтернатива трубопроводным проектам, притом реализуемая.
На рынок Европы вышел реальный конкурент России — маленький Катар, который, впрочем, уже сейчас является крупнейшим в мире производителем сжиженного природного газа, а к 2012 году собирается нарастить экспорт до 220 млрд кубов газа, то есть будет экспортировать больше, чем Россия.

Запасы природного газа Катара составляют порядка 60 процентов от российских. Катар совместно с рядом крупных нефтекомпаний из США и ЕС строит по периметру Европы терминалы по регазификации (уже подписал договор с Польшей). Причем терминал по регазификации будет расположен вблизи польско-германской границы, так что покупателем катарского газа будет и Германия. Европа и сама стремительно наращивает мощности по регазификации. В совокупности они составляют около 128 млрд кубов и продолжают расти.

Эта альтернатива более выгодна и Грузии. Она может реализовать свою мечту стать перепродавцом газа, но не в рамках «Набукко», а в результате строительства терминала для принятия сжиженного газа в Поти. Помощь в этом ей обещает оказать Румыния, и соответствующие соглашения уже подписаны. Аналогичный проект — строительства терминала для принятия сжиженного газа — рассматривается и на Украине. Так что и она вполне может найти замену российскому газу и своему трубопроводному бизнесу. Не говоря уже о том, что бешеными темпами в мире идут поиски альтернативы углеводородному топливу. И они, вне всякого сомнения, будут найдены.

Проект «Набукко» обходит «Южный поток» в региональной энергетической гонке

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

 EnergyLand: Проект трубопровода «Набукко» заметно продвинулся вперед, тогда как конкурирующий российский маршрут «Южный поток» начал, похоже, сбавлять обороты.

Изменению ситуации на энергетическом поле способствовали два недавних события: подписание 13 июля транзитного соглашения по «Набукко» и состоявшиеся в начале июля выборы в Болгарии, пишет американское издание «EurasiaNet» (перевод публикует inosmi.ru). Церемония подписания договора по «Набукко» с участием Турции, Болгарии, Румынии, Венгрии и Австрии показала всем, что после длительных колебаний продвигаемый США и Евросоюзом проект начинает, наконец, набирать обороты. По итогам же выборов в Болгарии к власти пришел экс-мэр Софии Бойко Борисов, уже заявивший о своем намерении добиться выхода Болгарии из возглавляемого Россией консорциума по строительству трубопровода «Южный поток». А без Болгарии проекту «Южный поток», скорее всего, придет конец. Российские власти постарались преуменьшить значение заявлений Борисова, приписав их, по сообщению деловой российской газеты «Коммерсант», поствыборной «эйфории».

Спрос на природный газ — вот ключевой фактор, который, похоже, и определит, какой из трубопроводов будет построен. Требования к каждому из проектов поистине огромны. Центральноазиатские производители должны будут транспортировать гигантские объемы природного газа транзитом по территории многочисленных стран, прежде чем энергоресурсы попадут к конечным потребителям. И чем больше стран при этом будет задействовано, тем больше вероятность возникновения сложностей при реализации любого из вышеозначенных проектов.

Оправдать гигантские расходы на строительство может только спрос. А если спрос невысок, как сейчас, предпринимать ни «Набукко», ни «Южный поток», возможно, нет никакого смысла. Поскольку никто не может сказать, когда нынешняя ситуация со спросом и низкими ценами изменится, участники строительства новых маршрутов, понятное дело, будут пребывать в нерешительности. На сегодняшний момент представляется маловероятным, что проекты «Набукко» или «Южный поток» будут реализованы в заявленный срок. По существующим планам, «Набукко» должны ввести в эксплуатацию в 2014 году, в «Южный поток» — в 2015 году.

До недавнего времени казалось, что именно проект «Набукко» рискует остаться не у дел. Но сейчас эта судьба, похоже, уготована «Южному потоку», и самым слабым звеном на его пути стала Болгария. Проблемы в отношениях Кремля и Софией со всей очевидностью проявились в 2009 году, когда Болгария отклонила предложение контролируемого российским правительством «Газпрома» о приобретении 50-процентной доли в газораспределительной сети страны. Остается неясным, придется ли России строить новые трубопроводы или она сможет использовать существующую в Болгарии систему. Похоже, что приход Борисова к власти стал просто еще одним, дополнительным, осложнением на пути реализации проекта «Южный поток» в Болгарии.

Еще в мае этого года будущее «Южного потока» казалось сравнительно безоблачным. На торжественной церемонии в городе Сочи российское руководство и должностные лица Болгарии, Греции, Италии и Сербии подписали соглашения, обеспечивавшие «Южному потоку, как тогда казалось, безусловное лидерство в соперничестве с «Набукко». Так, в рамках одного из соглашений итальянская энергетическая компания ENI SpA согласилась более чем вдвое увеличить ежегодную мощность газопровода, доведя его до 63 млрд. куб.

Но этими, подписными в мае, договорами были заложены и семена раздора. Так, например, итальянская ENI выступала за наращивание мощности трубопровода, движимая желанием продавать газ не только в Италии, но и на всем пути прохождения трубопровода. Таким образом, страна потребовала увеличить свою долю в потенциальных поставках «Южного потока». Эти требования привели к трениям с Россией.

Финансирование сооружения трубопровода также не является таким уж решенным делом, как это казалось раньше. В апреле «Газпрому» пришлось выкупить у ENI свою долю в нефтяном подразделении компании, причем за цену намного выше рыночной, и теперь Италия добивается от «Газпрома» дополнительных гарантий в обмен на свое участие в финансировании «Южного потока». После аварии, имевшей место в апреле месяце на трубопроводе «Газпрома», Туркменистан приостановил продажу газа России и явно выбирает между «Набукко» и «Южным потоком», желая получить для себя лучшую цену. Азербайджан также пока не взял на себя никаких твердых обязательство перед Россией.

В конечном итоге, самое разрушительное воздействие на «Южный поток» оказывает скаредность России. По имеющимся на данный момент планам, сотни километров трубопровода должны пройти по дну Черного моря, причем на большем протяжении по самым его сложным глубоководным участкам. Москва не располагает технологиями морского строительства, необходимыми для прокладки подобного маршрута, а также финансовыми средствами на его сооружения. Но Москва, тем не менее, желает получить большую долю в проекте, хоть и требует, чтобы европейские страны приняли участие в финансировании строительства. В нынешней ситуации желаемое вряд ли удастся Москве.

Кроме того, в списке приоритетов Кремля «Южный поток» явно уступает двум другим крупным проектам — освоению Ямальского и Штокманского газовых месторождений. По словам некоторых экспертов, для обеспечения соответствующих поставок для «Южного потока» необходимо задействовать ямальские резервы. Проблема для России, однако, состоит в том, что сложные экономические времена заставили «Газпром» урезать в 2009 году соответствующие инвестиции на 26 процентов.

Без ТЭО никто не сможет оценить точность выкладок Москвы по «Южному потоку». Россия планирует, что сооружение проекта обойдется в 15 млрд. долларов. Некоторые же западные эксперты полагают, что стоимость строительства приблизится к 45 млрд. долларов.

Финансирование остается проблемой и для проекта «Набукко». В сложившейся ситуации вполне может статься, что в ближайшее время ни один из трубопроводов не будет реализован, а Европа с Россией будут вынуждены вести торговлю по существующим трубопроводам, идущем по украинской территории. Подобная перспектива никого не радует, особенно в свете сложившихся в последнее время непростых российско-украинских отношений. Единственно, что можно предсказать с той или иной степенью определенности, это что данные трубопроводы и впредь будут оставаться источником серьезной геополитической напряженности в Каспийском и Черноморском регионах.

Синьцзян — энергетические ворота Китая

Опубликовано от wpmrРубрики:Политика

Геополитика: Волнения в Синьцзян-Уйгурском районе разразились спустя 15 лет после начала масштабной трансформации этого региона в геоэкономический трамплин для китайского прыжка в бывшие советские республики.

Волнения на крайнем Западе Китая – в Синьцзян-Уйгурском автономном районе разразились спустя 15 лет после начала масштабной трансформации этого региона в геоэкономический трамплин для китайского прыжка в бывшие советские республики Центральной Азии и регион Каспийского моря, оставшиеся бесхозными после распада СССР.
Этот огромный регион, в три раза превышающий Калифорнию и бывший до того известен лишь как место ядерных испытаний Китая в Лобноре, стал играть большую перспективную роль как место транзита среднеазиатских углеводородов. Одновременно повысилась и его собственная роль как важного поставщика энергетических и минеральных ресурсов в промышленно развитые восточные провинции Китая.
Центральное правительство традиционно поощряло миграцию китайцев-хань в этот регион, формально называющийся Синьцзян-Уйгурским автономным районом, и вместе с тем создавало экономические условия для переселения уйгуров, лишенных возможностей для развития на своей родине, в восточные провинции Китая.
Новые магистрали, проложенные в этом районе, позволяют не только резко увеличить товаропоток идущий из Синьцзяна в Центральную Азию, но и контролировать его со стороны правительства. Западный Синьцзян граничит с Таджикистаном, Киргизией, Казахстаном и двумя частями Кашмира, расположенными по обе стороны индо-пакистанской линии демаркации (часть Кашмира находится под китайским контролем). Остальные части Синьцзяна граничат с Россией, Монголией и Тибетским автономным районом Китая.
По данным Китайской Национальной Нефтяной Корпорации, газовые запасы Синьцзяна насчитывают 17,4 трлн. кубометров. Однако чрезвычайно сложный рельеф и экстремальная глубина залегания затрудняет разработку многих из них. В начале девяностых годов многие западные кампании платили очень высокие пошлины за право производить здесь геологоразведку, однако результаты их разочаровали.
Несмотря на это Синьцзян содержит одну седьмую часть нефтяных запасов Китая, здесь производится одна четверть китайского бензина, угольные запасы провинции составляют две пятых от всех угольных запасов Китая.
В 2005г. открылся Западно-Восточный газопровод (ЗВГП), длиной в 4000км, ведущий из бассейна Тарима в Шанхай. Газопровод призван уменьшить зависимость Китая от угля. В настоящее время КНР ищет пути замещения генераторных станций, работающих от сжигания угля, газовыми источниками. Несмотря на это, новые станции по сжиганию угля увеличиваются в геометрической прогрессии, т.к. этот вид топлива наиболее дешев, к тому же уровень газоснабжения оставляет желать лучшего.
В прошлом году прогнозы ожидали уровень спроса Китая в «голубом топливе» в 99 млрд. кубометров, в то время как ежегодная добыча газа в этой стране составляет 80 млрд. Газ в общем энергетическом балансе страны покрывает лишь 2,5%, в то время как в общемировом балансе такой показатель никак не меньше 25%. В то время как Индия отвергла проект IPI (газопровод Иран-Индия-Пакистан), Китай ищет пути подключения к данному проекту и транспортировки газа через Пакистан.
Мощность ЗВГП в настоящее время составляет 12 млрд. кубометров, предполагается довести ее до 17 млрд. Строительство второй ветки газопровода началось в начале 2008г. Ее протяженность составит 9000 км, и она продвинется по направлению к Ганьсу, с дальнейшим ответвлением к Гуанчжоу.
Объем прокачиваемого через вторую ветку газа будет составлять 30 млрд. кубов, а его наполнение будет составлять проектируемый газопровод Туркменистан-Китай. Существуют также планы строительства третьей и четвертой веток.
Все эти проекты связаны с анонсированной правительством КНР десять лет назад программой «Марша на Запад». Согласно этому плану руководство страны стремится дать ускоренное экономическое развитие не только Синьцзяну, но и Тибету, на территории высокогорного плато которого обнаружены большие запасы природных ископаемых. Причем локомотивом развития этих слаборазвитых китайских регионов должны выступить высокоразвитые восточные приморские районы. Эта программа рассчитывает дать толчок развитию страны на протяжении следующих нескольких десятилетий.
Программа «Марш на Запад» была органично увязана с кампанией ужесточения борьбы с политическими противниками, начатой в десятилетнюю годовщину событий в Тяньаньмэне, так что как уйгурские бунты, та к и их подавление не является новинкой для Синьцзяна и имеют давнюю предысторию.
Власти в Пекине хотят умерить недовольство уйгуров миграционной политикой. Конечно, она не имеет ничего общего с насильственным выселением чеченцев Сталиным в сороковых годах, но и естественным процессом переселения ее не назовешь.
Недавние беспорядки в Синьцзяне, унесшие жизни 156 человек, могут лишь усилить подозрительность властей по отношению к местному населению.

Роберт Катлер — директор Института Евразийский и Российских исследований Карлтонского университетат (Канада)

Перевод с английского Александра Кузнецова