Метка:Каспий

«Деловая неделя»: Несмотря на значительно упавшие с осени прошлого года мировые цены на нефть, от ее экспорта, а также от закупки природного газа ни одна страна не отказалась. По прогнозам ученых, на ближайшие как минимум 70-75 лет без нефти мировая экономика при любых раскладах не сможет развиваться. А следовательно, и все те районы на нашей планете, которые богаты нефтью и газом, все равно будут иметь первостепенное значение для всех ведущих мировых держав.
Не обделен вниманием уже на протяжении многих лет в этой связи и Каспий, который особенно после распада Советского Союза стал настоящим «энергетическим международным Эльдорадо», где пересекаются интересы и России, и Соединенных Штатов, и Европы, и Китая, и многих других.
Но если еще пару-тройку лет назад те же США в этом регионе вели активную дипломатию и всячески проталкивали самого различного рода альтернативные трубопроводы по доставке нефти и газа (главным образом — на европейские рынки), то в последние месяцы нахождения у власти президента Дж. Буша эта деятельность практически замерла.
Пришедший в январе этого года в Белый дом новый американский президент Барак Обама также пока ничем своего интереса к Каспию не обозначил, а в это же время Россия, страны ЕС, Китай, Иран, напротив — серьезно активизировали свое присутствие в этом регионе и фактически оттеснили американцев от разного рода «каспийских труб».
 
Почему Америке Каспий стал малоинтересен?

Сразу же после распада СССР все американские администрации регулярно заявляли о том, что регион Каспия для них является жизненно важным, а нефтяные и газовые запасы вдоль Каспийского моря будут стратегически необходимы Соединенным Штатам и их союзникам на долгие годы вперед. К тому же после начала операции сил коалиции в Афганистане США стали рассматривать все пограничные с этой страной государства как стратегически приоритетные и имеющие для американских вооруженных сил повышенную важность.
Тем не менее вся политика Соединенных Штатов на Каспии в течение как минимум 15 последних лет сводилась главным образом к прокладке новых трубопроводов из этого региона в обход России, стремлении максимально изолировать Иран от влияния на энергопоставки с Каспийских месторождений, а также не допустить роста влияния в регионе таких стран, как Китай.
Любой проект по прокладке нефте- или газопровода Соединенные Штаты подавали как успех в деле обеспечения энергетической безопасности стран Каспия, а подписанные соглашения с Азербайджаном и Казахстаном (плюс активный приход в эти республики ведущих американских энергетических компаний) считался в Вашингтоне большим достижением.
Но летом прошлого года Соединенные Штаты не вмешались в военный конфликт между Грузией и Россией и, по мнению ряда американских экспертов в области энергетики и геополитики, потеряли свою возможность существенно влиять на транзитные маршруты по поставке энергоресурсов с Каспия в Европу.
Также, по оценкам ряда экспертов, Соединенные Штаты уступили инициативу в решении конфликта вокруг Нагорного Карабаха России. Теперь президенты Армении и Азербайджана чуть ли не регулярные посетители Москвы, а российский президент фактически отодвинул американское руководство от переговорного процесса между Баку и Ереваном.
При этом теоретически для Соединенных Штатов важно как можно быстрее разрешить этот застарелый конфликт мирными средствами, обеспечить тем самым надежный транзит нефти и газа из региона Каспия в направлении Турции, и далее — в Европу. Однако то, что конфликт вокруг Нагорного Карабаха может помочь странам региона разрешить именно Россия, свидетельствует об ослаблении позиций Вашингтона и на Каспии, и в целом на Кавказе, считают американские специалисты.
И, наконец, о «чистой воды энергетике» Каспия. Несмотря на все усилия и администрации Дж. Буша, и его предшественников, все те альтернативные нефте- и газопроводы, которые были проложены на Каспии в обход территории России, все-таки перекачивают на Запад лишь крайне незначительную часть энергоресурсов региона. По-прежнему нефть и газ Каспия идут в определяющих объемах через территории России и Китая, на что те же Соединенные Штаты никоим образом повлиять не в состоянии.
 
Укрепит ли позиции США на Каспии «военный вектор»?

Принимая во внимание и определенный спад дипломатической и экономической активности Соединенных Штатов на Каспии, следует отметить, что в связи с расширением операции в Афганистане США значительно расширили варианты своего военного сотрудничества с ключевыми каспийскими странами (Казахстан, Азербайджан, Туркменистан). Во многом эта американская инициатива была не только результатом чисто же американской заинтересованности, но и обоюдного желания самих каспийских государств активизировать связи с США в этом направлении.
При этом, расширяя контакты с Казахстаном (особенно с военно-морским присутствием на Каспии) и предложив новые программы кооперации в военной области Ащхабаду, Соединенные Штаты по своей региональной классификации стали относить к «Каспийскому военному вектору» и свои связи с Узбекистаном.
Связано это с тем, что Узбекистан является одной из ключевых точек для обеспечения снабжения натовской группировки в Афганистане, а также желанием самого Ташкента возобновить и военное сотрудничество с Соединенными Штатами (прерванное в 2005 году после Андижанских событий) и в целом с НАТО.
К тому же нельзя забывать, что Узбекистану (пусть только на перспективу, но все же) прописано сыграть немалую роль в поставках природного газа для планируемых на Каспии газопроводов, идущих из Центральной Азии в Европу. Помимо этого, узбекский газ намечается поставлять и в Китай по трубопроводу, который пойдет из Туркменистана, что имеет важное значение для будущего транскаспийского трубопровода Nabucco.
Кстати, развитие военных связей Соединенных Штатов с каспийскими странами преследует и обеспечение безопасности нынешних и будущих энергопоставок из этого региона. Так, США считают, что как бы в дальнейшем ни развивалась ситуация на Каспии, проектируемые нефте- и газопроводы отсюда в Европу появятся и реально заработают еще очень нескоро.
Так, масштабные поставки нефти из Казахстана в Азербайджан специальными танкерами могут начаться не раньше 2012 года, прокладка газовых трубопроводов между отдельными месторождениями в Туркменистане и Азербайджане может быть завершена не раньше, чем через пять-семь лет. А тот самый проект Nabucco, который уже несколько лет не сходит со страниц европейской и американской печати, так и вовсе может появиться лет через восемь-десять.
А если к этому добавить нахождение в этом регионе без пяти минут ядерной державы Иран, то можно понять желание американских представителей как можно теснее «завязаться» с каспийскими странами СНГ в военной области и расширить по возможности свое собственное военное присутствие в этих краях.
Важно еще отметить, что, в принципе, подобное беспокойство Соединенных Штатов относительно безопасности поставок энергоресурсов из региона Каспия находит понимающие отклики в столицах стран региона. И для Баку, и для Астаны, и для Ашхабада именно доходы от экспорта на внешние рынки нефти и природного газа являются определяющими для валютных поступлений в бюджеты.
Без американских и европейских инвестиций, а также активного участия в добыче и доставке энергоресурсов со стороны ведущих энергетических компаний США и ЕС странам, выходящим на Каспий, будет очень сложно в короткие сроки выйти из нынешнего экономического кризиса.
Более того, именно американцы уже сделали предложения странам Каспия задуматься о совместной работе над развитием возобновляемых источников энергии, которые могли бы существенно снизить зависимость этих государств от взлетов и падений мировой конъюнктуры цен как на нефть, так и на природный газ.
 
Может ли энергосырье «пахнуть» демократией?

Рассматривая необходимость активизации политики Соединенных Штатов в районе Каспия, ведущие американские эксперты сходятся во мнении, что помогать и содействовать и инвестициями, и технологиями, и военной «крышей» желательно только тем странам региона, в которых пусть и со скрипом, но все таки осуществляются демократические реформы. И где руководство этих государств намерено и дальше при всей своей многовекторности все же отдавать предпочтение западным, а не авторитарным ценностям.
По этим показателям, что интересно, только Казахстан из всех каспийских стран рассматривается Вашингтоном как пусть пока еще не полностью демократическая страна, но все же «идущая в правильном направлении». А вот Туркменистан, Азербайджан и Узбекистан (хотя он и не выходит непосредственно на Каспий) считаются американскими экспертами государствами авторитарными, где никакой демократией (даже после осуществления сотен разного рода программ и спустя 18 лет после развала СССР) даже и не пахнет.
Поэтому уже сегодня новым лицам и в госдепартаменте США (хотя тот же Ричарду Баучер по-прежнему остается главным координатором всей американской внешней политики в регионе Передней и Южной Азии), и в Пентагоне предлагается все же обращать внимание и на соблюдение прав человека в странах Каспия, и на то, как власти той или иной страны региона обращаются с оппозицией и насколько каспийские государства прислушиваются к «старшим товарищам» из ЕС и Соединенных Штатов относительно более активного внедрения демократических ценностей в своих социальных системах.
И, наконец, ведущие американские эксперты уверены в том, что президенту США Обаме нужно как можно скорее назначить специального представителя по Каспию, как это уже было сделано по Ближнему Востоку и Афганистану-Южной Азии, а также Северной Корее. В принципе, для поддержания доверительного диалога с каспийскими странами наличие спецпосланника вполне логично (так, скажем, поступает относительно этого региона Россия, руководство ЕС, а также Китай).
Однако, как показывает американская дипломатическая практика, назначение специального «гонца» по региону, который, как правило, наделяется довольно широкими полномочиями и «степенями свободы», производится только в том случае, когда решение проблем данного региона является приоритетным для всей внешней политики Соединенных Штатов.
Так вот пока Каспий при всех его несметных энергоресурсах именно «критически важным» для Вашингтона по своей значимости вовсе не является. Да, присутствуя здесь, США будут сохранять диалог и, безусловно, поддерживать его, но пока в этом регионе ничего такого «пожарного», что бы потребовало наличие на Каспии «президентова уха», для Белого дома не просматривается.
А раз так, то даже при определенной активизации Соединенных Штатов в этом регионе в ближайшие месяцы влияние России, стран ЕС и Китая на Каспии будет намного существеннее американского. И от того, как оперативно сумеют воспользоваться те же российские представители для проталкивания решения, к примеру, по карабахскому конфликту или по блокированию прокладки газопровода Nabucco, будут в конечном итоге зависеть все политико-экономические «пейзажи» Каспийского региона в нынешнем году.

Юрий Сигов, Вашингтон